Страница 112 из 158
Глава 38
Глава 37
Киран
Киран: Во сколько приедешь?
Моя будущая жена: В половине девятого
Моя будущая жена: Как и в любой другой понедельник
Моя будущая жена: А что...?
Моя будущая жена: Стоит начинать бояться? Почему-то кажется, что да
Киран: Просто проверяю, как там дела у лучшей няни в мире
Киран: Сама понимаешь, выполняю долг босса
Моя будущая жена: Ты терпеть не можешь, что приходишься мне боссом
Киран: Ничего подобного
Моя будущая жена: Ты сказал это слово в слово
Киран: До того, как ты перестала быть против флирта с боссом ;)
Киран: Теперь, когда могу сделать тебе куни и оставаться начальником – я просто обожаю этот титул
Киран: В нем есть что-то порочное, прямо как в твоих книжках
Моя будущая жена: Я удаляю переписку
Киран: Да ладно тебе, солнышко
Киран: Мы оба знаем, как тебе нравится, когда я говорю пошлости
Я нервничаю.
Больше чем нервничаю.
Нет, в словаре просто не найти подходящего слова, чтобы описать, как сердце бьется о ребра, вопя, что я кретин и зашел слишком далеко.
Вытирая потные ладони о задние карманы джинсов, я в миллионный раз выглядываю в окно второго этажа, чтобы проверить, не появилась ли машина Лайлы на подъездной дорожке.
— Лай? — подает голос стоящая рядом Эмми.
Ее милый голосок и прозвище, подхваченное от Беллы, заставляют бешено колотящееся сердце на секунду замереть, а затем оно с новыми силами возобновляет попытки пробить грудную клетку и вырваться наружу.
Я киваю, вгрызаясь зубами в ноготь большого пальца, и тут же отдергиваю руку.
— Да! Лай уже едет, малышка.
Она кивает в ответ настолько серьезно, словно я отдал самый важный приказ в ее жизни. Бежит в спальню, из которой открывается лучший вид на дорогу, хватает плюшевого ретривера и забирается с ногами на кресло-качалку – то самое, в котором спал первые три недели после ее появления. Эмми не отрывает взгляда от окна, хотя я более чем уверен: с ее роста видно только небо.
Губы дрогают в улыбке.
— Знаешь же, что ты мой лучший друг, да? — наклонившись, я целую ее в лоб, впитывая тепло улыбки. — Только дяде Грейсону не говори. Его удар хватит.
Эмми хихикает, словно я только что выдал лучшую шутку века, хотя сильно сомневаюсь, что она вообще понимает смысл сказанной фразы.
Я сажусь рядом с ней и жду. И только когда машина Лайлы въезжает на подъездную дорожку, шумно выдыхаю, осознав, что все это время задерживал дыхание. И, естественно, Эмми этого не замечает, потому что в лучшем случае ей видны только верхушки деревьев.
Фыркнув, я подхватываю дочь на руки и сажаю к себе на колени, указывая пальцем:
— Вот и Лайла.
Эмми радостно ахает.
— Лай!
Она начинает ерзать, требуя отпустить ее. И стоит только маленьким ножкам коснуться ковра, как Эмми срывается с места и мчится по коридору встречать няню, в которую влюбилась по уши.
Это прозвище для Лайлы она начала использовать только на выходных. Я тогда просто остолбенел. Да и Лайла, казалось, расплачется.
Я слышу детские визги и смех, пока сам иду по коридору. Когда взгляд падает на дверь комнаты, из-за которой и нахожусь в мандраже, паника вспыхивает в груди с такой силой, что я едва не падаю на колени.
Господи Иисусе.
Заставив себя сделать глубокий вдох, я выхожу к лестнице. Эмми сидит у Лайлы на руках, и да, по щекам девушки катятся слезы.
Она поднимает те самые льдисто-голубые глаза, которые преследуют меня во снах, и шепчет:
— Ты слышал?
Я улыбаюсь им – двум моим самым любимым девочкам на свете.
— Она повторяла это все выходные.
Лайла ахает.
— И ты не сказал?!
— Зачем портить момент? — я пожимаю плечами. — Вживую гораздо ценнее.
— Ты прав, это лучший сюрприз, — Лайла прижимает Эмми к себе еще крепче, пока та не начинает кряхтеть.
— Только не раздави, — тяну я.
— Она просто до невозможности милая.
Эмми тычет пальчиком куда-то наверх, и во взгляде Лайлы вспыхивает подозрение. Она поворачивается ко мне и упирает руку в бок.
— Ну-ка, рассказывай, чем вы занимались на выходных и почему ты не спускаешься?
Мои губы подрагивают.
— Очень дерзко с твоей стороны так разговаривать со своим боссом.
Лайла закатывает глаза настолько сильно, что я боюсь, как бы они не остались в таком положении.
— Говорит человек, отправляющий мне пошлые сообщения.
Я пожимаю плечами.
— Просто применяю на практике книгу, которую ты прислала.
Ее щеки вспыхивают пунцовым, почти сливаясь с цветом волос. Я не могу сдержать улыбку.
— Пожалуйста... только не паникуй, ладно?
Ее спина мгновенно выпрямляется.
— Ну вот, теперь я точно начну паниковать, — она поднимается по лестнице, оценивающе оглядывая меня. — Что ты натворил?
Покачнувшись на пятках, я снимаю бейсболку – талисман на удачу, который решил сегодня надеть, – запускаю пальцы в волосы и натягиваю ее обратно, козырьком назад. Лайла останавливается прямо передо мной и вздыхает.
Я ухмыляюсь.
— Уже разочарована?
— Нет, — она отмахивается. — Ты и эта дурацкая бейсболка, — бормочет Лайла себе под нос.
— Бейсболка?
Она снова вздыхает – на этот раз долго и протяжно – и делает шаг назад.
Взгляд мечется по ее лицу, заглядывая в глаза, и тут я замечаю едва уловимый жар, искрящийся в ледяной синеве. Если бы не нервничал из-за того, что Лайла вот-вот оторвет мне голову за самодеятельность, я бы ни за что не упустил этот момент. А Эмми, всегда все подмечающая, переводит взгляд с меня на Лайлу и обратно, начиная терять терпение.
Широким жестом я указываю вперед.
— Прошу.
Аромат окутывает меня, когда она проходит мимо, и я, как последний извращенец, глубоко втягиваю воздух, наслаждаясь запахом, который принадлежит только
ей
. Это как концентрат счастья во флаконе, лучистая радость, которая мгновенно разбегается по венам.
Все в этой девушке – сплошное солнце.
Она – маяк. Тот самый, что озаряет мою жизнь.
— Куда идти?
— Стой. Здесь.
Черт, у меня что, дрогнул голос?
Судя по тому, как резко Лайла поворачивает голову – да, так и есть.
Возьми себя в руки.
Откашлявшись, я слегка мотаю головой и встаю перед дверью пустующей спальни – точнее, пустовавшей до недавнего времени. Не понимая, что сказать или сделать, просто бормочу:
— Да пошло оно все.
Я поворачиваю ручку, затаив дыхание, толкаю дверь и отступаю в сторону.