Страница 102 из 110
— Позовите Натали, – вызвав слугу, приказал милорд Лаэрт.
Есень
— Вы слышали о скандале во дворце? – ворвался в комнату общежития наследник Торн.
Я вздрогнула от неожиданности и первым делом взглянула на Эджина, сидящего рядом. Воспользовавшись возможностью, он держал мою руку под столом и нежно поглаживал пальцами.
Неужели обо мне узнали во дворце?
Недавно Игл рассказывал о возмущении короля сюжетом пьесы. Он смеялся и забавлялся, не догадываясь, какие последствия для меня может иметь его фантазия.
— На то он и королевский дворец, чтобы в нем постоянно случались скандалы, – философски заметил Гарольд. – Какой именно, ты имеешь ввиду?
— Посланник Симлы потребовал в счет уплаты дани девушек, получивших отказ принца! – выпалил с выпученными глазами Торн.
— Что?! Что?! – подскочили все со своих мест. – Как он посмел? А что король ему ответил? Совсем обнаглели!
Возгласы возмущения сыпались от наследников. Я молчала, но была с ними солидарна. Каждый год приходится отправлять деньги и рабов в Симлу, много лет назад победившую в войне. Теперь жадные до чужого добра соседи-враги потребовали девушек из благородных семей.
— Не знаю, что ответил король. Мне не сообщили. Бросили весточку лишь о требовании посланника, – ответил сразу на все вопросы наследник Торн и помчался сообщать новость дальше.
— Значит, миледи Бонин могут отправить в Симлу, – глухо проговорил Вирил, сжимая с силой кулак и треснув им по столу.
Несчастная мебель согласно скрипнула, но устояла против ярости наследника. Викард побледнел, а губы затряслись.
— Не расстраивайся раньше времени, – сочувственно произнес Гарольд и похлопал его по плечу, подойдя ближе. – Король не согласится на несправедливое требование.
— Сколько можно терпеть иго Симлы?! – возмутился Игл и, вскочив на ноги, принялся мерить комнату шагами. – С каждым разом их требования становятся все мерзостней!
— Вирил, ты разговаривал с Бонин? Предлагал брак ее семье? – Спросил Эджин, не выпуская моей руки.
Он говорил спокойно, но по тому, как он сжал мои пальцы, поняла, насколько он возмущен и в нем клокочет негодование.
— Нет. До объявления результатов отбора никто не имел права заговаривать о заключении союзов ни с девушками, ни с их семьями, – покачал головой Вирил.
— А может .. – робко произнесла я. – Может, госпожа Бонин станет женой принца?
Мне достался полный страдания взгляд блондина.
— Я в том смысле, что ее не отправят в Симлу, и вы сможете видеться, – поспешила смягчить эффект от произнесенных слов.
— От этого Вирилу не легче, – покачал головой Эджин.
— Дело не в Бонин и Вириле, – мягко произнес Гарольд. – Девять из десяти девушек из благородных семей по требованию должны будут отправиться в Симлу. Есень, никто не собирается брать их в жены. Понимаешь? В лучшем случае они станут утешительницами. Их могут продать как рабынь или отдать в прислуги.
— Девушек из народа ожидает такая же судьба, – напомнила я.
— Верно. Зависимое положение нас и возмущает. Мы не желаем никому подобной участи и не хотим терпеть власть Симлы над нами!
В комнате повисло тягостное молчание. На Вирила было страшно смотреть. Его переживания и страдания читались на красивом лице. И никто не мог найти слов утешения. Мы могли его поддерживать, но повлиять на решения короля не в наших силах.
— Если объявят войну, я первым пойду сражаться с Симлой! – тихо, но твердо произнес Вирил. – Мне терять нечего.
— Мы команда, а значит, будем воевать вместе, – улыбнувшись решимости друга, сказал Эджин.
Мое сердце испуганно сжалось. Война? То есть, парни всерьез об этом думают?
— Эджин говорит верно, – согласился Игл. – Мне претит мысль, что кто-то из команды может пострадать, но я буду сражаться.
— Я с вами, – просто отозвался Пакрин, пожав плечами.
— А я? – робко задала вопрос.
— Ребенок, конечно, ты с нами! – обняв меня за плечи, подсел Игл. – Без тебя мы никуда, зато с тобой победим любого врага.
— Давайте подождем объявления войны, а потом подумаем, брать ли нам Есень с собой, – недовольно высказался Эджин.
— Посол Хваин не вовремя выступил с требованием, – король устало прикрыл глаза и откинул голову назад, ощущая, как боль разливается внутри.
В последнее время отбор невест отнял много сил. Казалось, после объявления результата можно выдохнуть и планировать свадьбу. Но Симла, словно затаившаяся змея выпустила свой яд, расколов общество. Во дворце который день шли обсуждения и споры.
Можно понять семейства, чьих дочерей запросили в счет уплаты дани. Король прекрасно понимал их возмущение и требование выставить посла из страны. Что в свою очередь повлечет объявление войны. И хотя военная кампания планировалась, но несколько позже, после политического брака принца.
— Он дал нам прекрасный повод объявить войну, – спокойно произнес Стоик, не выходя из тени.
— Повод хорош, – согласился с ним главнокомандующий, – но наши войска еще не готовы. Мы планировали выступать с началом лета, а сейчас едва зима закончилась.
— Понимаю, что придется поднапрячься, но мы не можем позволить послу Симлы увезти дочерей высокородных семей, – принц выглядел хмурым.
Он свел брови к переносице и его взгляд внимательно изучал карту государства.
— Регулярная армия набрана не полностью, новобранцы плохо обучены, – вставил свое слово главнокомандующий.
— Есть возможность затянуть отправку дани? – спросил принц, адресуя вопрос королю.
— Посол Хваин не оставил лазеек, – не открывая глаза, ответил его величество.
— В столице народ волнуется. Среди горожан много несогласных и решительно настроенных. На улицах требуют начать войну, – вмешался молчавший до этого глава городской стражи.
— Бунт? – уточнил принц.
— Нет. Они патриоты. Их устремления нацелены на независимость страны.
— Хорошо, – устало выдохнул король.
На некоторое время в кабинете повисло тягостное молчание.
— Леон, выскажи свое мнение. Что ты думаешь? – заговорил его величество и, открыв глаза, устремил взгляд на друга юности.
— Надо проводить свадьбу, – спокойно проговорил преподаватель Шторм.
— В неспокойное время вы предлагаете устроить праздник? – возмутился принц.
— Ваше высочество определился с выбором, семья невесты готовится к церемонии. Зачем откладывать? – пожал плечами Шторм. – Это прекрасный повод взять отсрочку по выполнению требования. Никто не посмеет огорчать принца и его супругу выплатой дани.