Страница 9 из 150
Глава 3
Дайон
Вечером я праздновала окончание трудного дела. Госпожа Арым, получив письменное уведомление от судьи, поспешила вернуться в родной город, где ее ожидали дети и родители. Я старалась с пользой провести время.
Знаменитая таверна на одной из центральных улиц славилась своей кухней. К тому же по вечерам на сцене давались представления. Найти свободное место в часы выступлений удавалось с трудом. Мне повезло. Освободился небольшой столик почти в дальнем углу от сцены, и я устроилась с заказанными ребрышками в кисло-сладком соусе. Обычно предпочитала не шиковать, но сегодня мне удалось не только найти преступника, но и доказать его виновность, а значит, двойной праздник.
В воздухе огромного зала с высоким потолком витал аромат праздника. Пряные запахи дразнили обоняние, а музыканты, настраивающие инструменты, готовились к представлению. Я сидела, как на иголках в ожидании начала. Говорили, будто труппа состоит из нескольких танцовщиц, одна краше другой. Кроме привлекательной внешности, они обладали талантом, что притягивало в таверну любителей искусства.
Музыкальные инструменты на мгновение замолчали, привлекая внимание публики. Первые аккорды мелодии прозвучали протяжно и призывно, словно пытались разгорячить интерес. Свет над сценой вспыхнул яркими магическими огнями, освещая полукруглое пространство. Женщины в похожих красных нарядах грациозно выплыли на сцену. Их длинные юбки касались пола, но тончайшая ткань не сковывала движения.
Когда они начали двигаться под переливчатую музыку, публика взорвалась овациями. Я не стала исключением. Бросила в тарелку косточку, захлопала в ладоши, что есть сил. Многие вскочили со своих мест, не желая пропустить детали представления. Я подпрыгивала на месте, но из-за удаленности столика от сцены, не могла толком рассмотреть. Желая насладиться мастерством танцовщиц, поспешила вперед, оставив недоеденный ужин. Когда расплачивалась, решила все съесть до последней крошки, но любопытство погнало меня вперед.
Девушки отличались стройностью. Они словно яркие бабочки порхали на небольшом возвышении. Взмахи руками в такт музыки завораживали, от высоких прыжков взлетали подолы юбок, приоткрывая стройные ноги, скромно спрятанные под театральными панталонами.
Их танец отличался от кривляний уличных артистов. Перед зрителями разворачивалось действо, напоминающее сказку. Вспышки магических сфер, рассыпающих искры на девушек, полыхающий настил под ногами, обутыми в вышитые туфельки с невысоким каблучком, создавали потрясающую иллюзию, от которой невозможно оторваться.
Засмотревшись и слегка приоткрыв рот от восхищения, я пробиралась вперед, если чья-либо спина загораживала обзор. К концу танца я оказалась прямо перед сценой, стиснув руки у груди, переполняемая испытываемыми эмоциями.
— Красивый танец, - услышала мужской голос, потонувший в громких аплодисментах.
Абсолютно согласна! Ничего прекраснее не видела!
— И все равно им не сравниться с Асоль, - закончил фразу мужчина.
Недовольно обернулась. Как можно говорить подобное! Девушки танцевали великолепно, подарив восторг моей душе.
— Асоль? – кто-то переспросил, когда музыка закончилась, позволив зрителям выплеснуть эмоции, и вновь началось представление.
— Давно это было. Асоль блистала здесь .. даже не помню, - мужчина замолчал, а я подошла поближе, ожидая продолжения. – Наверное, лет двадцать-двадцать пять прошло.
Сердито взглянула на мужчину с благородной сединой на висках. Вспоминая молодость, наверняка ощущает себя моложе. Всем известно, что у стариков и солнце ярче светило и вода была мокрее, и девушки лучше танцевали.
— Действительно давно, - согласился с ним собеседник, сидевший ко мне спиной, но по голосу показался более юным. – Неужели вы помните подробности, кто и когда танцевал?
Вот-вот! Правильный вопрос. Мог и приврать для красного словца.
— Асоль невозможно забыть, - взгляд возрастного собеседника стал задумчиво-мечтательным. – Она покоряла красотой, умом и талантом.
— Танцевать-то хоть умела? – не выдержав, спросила скептически.
— Асоль не просто танцевала, она творила во время танца, - добродушно отозвался мужчина. – Ей подвластна была не только музыка, но и краски. Каждым взмахом руки она наносила мазок на полотно, создавая шедевр. Асоль соединяла музыку, танец и живопись. Казалось, она уносилась в другой мир, где черпала вдохновение. Ее стиль ни с кем не спутаешь, а картины ценились настолько же высоко, как и красота.
— Неужели Асоль существовала? – недоверчиво переспросила я, без разрешения усаживаясь за столик мужчины, заинтригованная рассказом.
— Я о ней слышал, - подтвердил молодой собеседник. – От родителей.
Сидя за соседним столом, он прекрасно слышал разговор. Кинув на него взгляд, оторопела на месте. Ночной гость из дома утешительниц! Кажется, его называли господин Соним. Или что-то в этом роде. Но как он здесь оказался? Ищет новых развлечений? Вчера плотские, сегодня духовные.
— Верно, молодой господин, - кивнул старик. – Двадцать пять лет назад Асоль блистала на этой сцене. О ее таланте знали все жители столицы, да и в провинции.
Заинтригованная я наслаждалась представлением девушек и продолжила расспрашивать словоохотливого собеседника.
— Где она сейчас? Вышла замуж? – стул подвинула ближе, чтобы не пропустить ни слова.
— Не знаю, - печально вздохнул мужчина. – Однажды она просто перестала выступать. Многие, в том числе и я, приходили к хозяину таверны, интересовались причинами, однако он ничего не мог объяснить. Асоль пришла из неоткуда и исчезла, оставив после себя лишь воспоминания.
Господин Соним сделал вид, будто меня не узнал, или на самом деле не смог угадать вчерашнюю утешительницу, а я не стала напоминать о ночной встрече.
— Странная история, - произнес он, рассеяно глядя на сцену. Казалось его вообще не волнует танец прекрасных девушек. – Асоль исчезла, хозяин таверны тоже.
— Хозяин таверны пропал? Неужели они вместе решили изменить свою судьбу, оставив столицу? – удивилась я.
— Почему вы так решили? – в свою очередь удивился старец. – Он и сейчас владеет зданием. Возможно больше не руководит, уйдя от дел и передав в руки сыну.
— Ничего не понимаю, - честно признался Соним. – Прежнего владельца звали Ильчин, а нынешнего Сиджин. Абсолютно разные имена.