Страница 43 из 150
Принц Хван некоторое время сидел мрачнее тучи, глядя перед собой. После ухода Асоль полог зацепился и открывал небольшую полосу между штор.
Таверну друзья покинули после ухода старшего наследника. По дороге его высочество то восхищался талантливой танцовщицей, то возмущался на поведение брата. Шторм по привычке отмалчивался, лишь иногда прося друга соблюдать осторожность в высказываниях.
На следующий день они поторопились на представление, но с огорчением узнали, что Асоль не будет выступать.
Учебная декада длилась невыносимо долго. Изучение магии не отвлекало от мыслей о танцовщице, оставшейся один на один с принцем Хваном. Как оказалось, многие учащиеся в академии видели выступления. Вечерами только и говорили, насколько актриса очаровательна. Каждый из наследников горел желанием познакомиться с ней, чем вызывал у Леона неприятное, тянущее в груди чувство. По какой-то иррациональной причине он считал Асоль своей. Он первый ее встретил и обратил внимание. Он первый купил ее картины. А теперь каждый из его знакомых претендовал на ее внимание. Чувство ревности Шторм унимал с трудом.
Едва наступили выходные, друзья поторопились в таверну. Отдельная ложа не предназначалась принцу Хвану. Это обстоятельство чрезвычайно обрадовало обоих. Они наслаждались танцем, сказкой о цветах, высаженных влюбленной девушкой. Девушка рассказала о своих чувствах прекрасным растениям и попросила передать ее слова молодому человеку. История любви получилась милой и трогательной, вызвавшей улыбку на губах зрителей. Они не желали уходить, ожидая нового рассказа.
Когда Асоль ушла за кулисы, его высочество не выдержал и отправился следом. Шторм последовал за ним. Пришлось преодолеть сопротивление слуг, не позволявших нарушить уединение актрисы. Вызванный переполох заставил выглянуть из комнаты девушку, прислуживающую танцовщице.
— Спросите, может ли госпожа Асоль нас принять? – спросил принц Тьери.
— Госпожа отдыхает! – попыталась захлопнуть дверь она.
— Покажите ей это, - Шторм успел протянуть свернутый рисунок.
Некоторое время они стояли в полумраке коридора, ощущая крепкие запахи, скопившиеся в тесном пространстве без окон. Мужчины недобро посматривали на непрошенных гостей, ожидая решения госпожи.
— Молодой господин? – выглянула сама Асоль. – Заходите.
— Госпожа, ваш рассказ .. - воодушевленно начал говорить принц Тьери.
— Вы не пришли на наше последнее представление, - словно не слыша, о чем ей говорят, девушка смотрела, не отрываясь, на Леона.
— Да. Я его пропустил, - подтвердил Шторм. – Вернулся через два дня, но вы покинули улицу.
— Вы знакомы? – удивленно переспросил его высочество.
— Рисунки, которые вы посчитали неправильными, нарисовала во время выступления госпожа Асоль, - вежливо ответил Леон.
— Я понятия не имел, как они создавались! – покаялся принц. – Но сейчас хочу высказать свое восхищение ..
— Вы запомнили мое имя, - она улыбнулась и разочарование у Тьери из-за невнимания растаяло.
— Вы его громко прокричали, - Шторм невольно улыбнулся в ответ.
— Госпожа Асоль! Вы волшебница! Впервые вижу, чтобы Леон улыбался, - обрадовался его высочество.
— Позвольте мне представить вам моего друга, - вспомнил о приличиях Шторм. – Это ..
— Можете меня звать господин Тьери, - перебил друга принц.
Асоль кивнула и предложила устроиться на жестких стульях. Комната небольших размеров в задней части служебных помещений таверны едва вмещала двух человек. Сейчас в ней собралось гораздо больше, вызывая неудобство.
— В прошлые выходные мы смотрели ваш танец о райских птицах, - заговорил Шторм, не в силах отвести взгляд от знакомого и одновременно незнакомого лица.
— Вы говорили о принце Хване? – спросил Тьери.
— Мои истории сами приходят. Я никогда не задумываюсь заранее, о чем буду рассказывать. Образ райских птиц возник с первым звуком музыки, - пояснила Асоль. – Не ожидала, что мой рассказ поймут именно так.
— Но ваш посыл был услышан. Я пришел, чтобы помочь освободиться, - воодушевленно произнес Тьери.
— Действительно? – в удивлении девушка посмотрела на него. – Не нужно бросаться обещаниями. Если станете выступать против его высочества, вас обвинят в предательстве королевской власти.
— Госпожа Асоль, права, - хмуро согласился Шторм.
— Я обязательно добьюсь для вас свободы, - упрямо повторил его высочество.
— Госпожа, пора готовиться к выступлению. Зрители ждут, - напомнила помощница.
Она робко вжалась в угол, не решаясь прервать разговор. Однако, хозяин может строго с нее спросить, если актриса не подготовится вовремя.
— Хорошо, - легко отозвалась Асоль.
Девушка поднялась и попрощалась с посетителями. Она положила руку на рукав Шторма и задержала его.
— Рада, что вновь встретилась с вами. Сегодня чудесный день, - взгляд ее глаз, улыбка выражали абсолютное счастье.
В истерзанном переживаниями и неоправданной ревностью сердце стало теплее. Шторм глубоко вздохнул, переводя дыхание. Их ожидало еще одно представление.
— Ты ее знал! Почему ничего не сказал? – накинулся с вопросами его высочество, когда они возвращались в общий зал.
— Я не был уверен. Ее лицо скрывала вуаль. Манера поведения сильно изменилась с того времени, когда мы встретились, - спокойно объяснил Шторм.
— Где? Где вы встретились? Почему меня не было рядом? – от нетерпения принц теребил рукав друга.
— Она натолкнулась на меня, когда совершала кувырки, зазывая людей на улице посетить их балаган, - не стал скрывал он.
— Не может быть! – Тьери казался потрясенным. – Она производит впечатление утонченной женщины с аристократическими корнями. Как хрупкий цветок мог выжить на улице?
— Мне показалось, они едва сводили концы с концами. Я купил картины по цене, какую они запросили.
— Отдай их мне! – потребовал принц и протянул руку за свитком.
— Вы говорили, что они неправильные. – напомнил Леон.
— Я ошибался. Они представляют ценность. – нашелся с ответом принц.
— Верно.
— Заплачу, сколько скажешь! – продолжал настаивать его высочество.
— Рисунки дороги воспоминаниями, а их невозможно оценить, - возразил Шторм. – Вы обратили внимание, как обрадовалась госпожа Асоль, увидев полотна? Ей приятны воспоминания о рассказанных историях.
Тьери недовольно отвернулся, но долго находиться в плохом настроении не мог. Он оживился при звуках музыки. Асоль начинала танцевать.
— Я куплю сегодняшнюю картину, - с вызовом сообщил его высочество другу.