Страница 25 из 150
Глава 7
Соним
— Ты сегодня поздно, - госпожа Соним поспешила встретить сына.
— В магистратуру приезжал военный министр, - рассказал Илар.
— Министр? Что ему понадобилась? – удивилась мать.
— Произошло убийство кухарки милорда Маджин, - пояснил сын, усаживаясь за накрытый стол.
— Постой, - задумалась госпожа Соним. – Не он ли дальний родственник короля?
— По женской линии, - подтвердил Илар.
— Точно-точно! Он женился на племяннице вдовствующей королевы, - присела за стол мать, чтобы составить компанию. – После свадьбы он получил пост главы округа и переехал в большой дом.
— Ты его знаешь? – заинтересовался молодой человек.
— Что ты! – рассмеялась мать. – Я смогла лишь краешком заглянуть на нарядный балдахин невесты. Говорят, она не отличалась красотой, но молодой Маджин завоевал сердце верностью и преданностью. Об этом вся столица сплетничала, что жених ожидал много от брака с родственницей королевы, а потому приложил немало усилий.
— В конце концов он достиг положения в обществе, - внимательно выслушав, пожал плечами Илар.
— Заключить выгодный брак – обычное дело, - согласилась мать.
Некоторое время они молчали. Молодой человек ужинал, а госпожа Соним не торопилась с расспросами.
— Илар, ты ничего не узнал? – этот вопрос она задавала каждый вечер в течении последних трех лет.
— Нет, мама. Как только что-нибудь станет известно, обязательно скажу, - привычно отвечал тот.
Им не требовалось объяснять, о чем именно они говорят. Поиски, затянувшиеся на годы, не продвигались. Любая ниточка или зацепка ничего не давала, едва поднимался вопрос о событиях двадцатипятилетней давности. По прошествии многих лет, если и находились свидетели, то отказывались говорить. Они либо отмалчивались, либо советовали не ворошить прошлое.
Илар сочувственно посмотрел на поникшую женщину. Каждое утро она провожала его на службу в надежде на новости, а вечером ее ждало разочарование. Поступая в магистратуру, он рассчитывал, что должность позволит ему провести расследование законно, но занимаясь своими обязанностями, ему не хватало времени на личное и важное дело.
Раз в неделю он выкраивал время и отправлялся в архив, где просматривал записи двадцатипятилетней давности. Однако, чтобы просмотреть все книги учета, убранные в дальний, темный угол, сложенные без порядка в хронологии, требовалось приложить много усилий. Соним не сдавался. Он понимал, официальные документы не всегда верно отражают произошедшие события, но надеялся найти имена свидетелей, которых можно допросить.
— Вистам, ваши осведомители больше не связывались? – утром спросил Илар, войдя в крохотную комнату, выделенную им.
— Пока рано. Общие сведения они собрали быстро, теперь придется подождать. Вечером встречусь с ними, - отозвалась Дайон.
Девушка стояла у окна и печально рассматривала идеально чистый подоконник и стоящий рядом с ним шкаф. До вчерашнего дня свитки и листы с записями лежали в строгом порядке, любой документ можно было найти сразу. Теперь же аккуратно убранные они представляли собой кучу бумаги. Поначалу Илар и его подчиненная старались соблюсти хоть какой-то порядок, но после того, как министр вошел в магистратуру, им пришлось срочно запихнуть документацию как попало.
— Соним! Вистам! – вошел начальник с суровым выражением лица. – Как продвигается расследование?
После общения с военным министром, сообщившим, что он будет лично контролировать магистратуру, господин Муним преисполнился желанием в кратчайшие сроки найти преступника, даже если придется перетряхнуть всю столицу.
— Господин магистрат, мы сейчас выходим на место преступления, - с готовностью отрапортовал стражник.
Дайон озадаченно на него посмотрела. Слова командира отличались от принятого накануне решения.
— Одобряю, - солидно кивнул господин Муним. – Поторопитесь с результатами!
Когда дверь за ним закрылась, Дайон не выдержала:
— На место преступления? Разве мы не собирались идти в дом к милордам Маджин?
— Ты забыла, что министр подчеркнул, чтобы не беспокоили их? – напомнил Соним.
— Я его особо не слушала. Говорил громко, много и в резком тоне. Отключила внимание, чтобы не утруждать уши.
— Вистам, даже в пространных словах, сказанных для мотивации, можно найти информацию, - укорил стражник.
— Неужели? И что вы узнали из высокопарной речи господина министра? – заинтересовалась Дайон.
— Например, милорды Маджин не хотят видеть ни одного следователя на своей территории.
— Я не удивлена. Со стражниками мало хотят иметь дел, -девушка пожала плечами и потянула на себя верхний слой бумаги.
Листы потянулись с полки и посыпались на пол. Илар бросился на помощь Дайон. Они хватали бумажный водопад, насколько хватало ловкости, но еще больше сыпалось мимо.
— Чертоги богов, дайте долгих лет жизни военному министру! – в сердцах выкрикнула Вистам.
— Ты его сейчас будто прокляла, - хмыкнул Соним.
— Не могу я его послать в чертоги богов! Хотя очень хочется, - покаялась она.
Они стояли напротив друг друга, прижимая к груди пойманные документы. Вокруг них расстилалось бумажное поле. Оба озадаченно осмотрели пространство, заваленное листами, и мысленно желали долгих лет жизни военному министру.
— Убираем обратно в шкаф, - принял решение Соним.
— Документы надо разобрать, - слабо возразила Дайон.
— Мы за неделю не управимся, а начальник прав. Нам необходимо поймать убийцу.
Они покинули магистратуру, едва затолкали помятые листы обратно на полки.
В таверне «Стрекача» стражники заняли облюбованный столик и подозвали хозяина. Мужчина поторопился обслужить постоянных клиентов.
— Ничего необычного не случилось? – спросил Соним, получив заказ.
— Торговля идет хорошо, - с поклоном отозвался хозяин.
— Слухи какие ходят? – отпив тонизирующую настойку, продолжил расспросы стражник.
— Говорят, что кухарка погибла по велению судьбы, - многозначительно покачал головой собеседник.
— Неужели? Боги решили ее наказать и забрать к себе в чертоги преждевременно? – Насмешливо спросила Дайон.
— Зря вы, молодая госпожа, смеетесь. Дело-то серьезное, - мягко укорил хозяин. – Проклятье ее сгубило.
Девушка демонстративно возвела очи к потолку, демонстрируя свое отношение к слухам.
— Проклятье семейное, наведенное или просто от дурного настроения? – сохранив серьезность, задал вопрос Соним, предпочитая внимательно выслушать собеседника.