Страница 22 из 150
— Командир, торговкам голову солнцем напекло, вот и плели не весть что, - вступила в разговор я, спасая ситуацию.
По блеску в глазах Николь догадалась, что сказанное попало в цель, информация у ребенка была. Оставалось завоевать его доверие.
— Хозяин, принеси нам песочного печенья и освежающего напитка из лесных ягод, - попросила, не сводя внимательного взгляда с лица мальчика.
В его глазах засветилось желание попробовать вкусности. Отлично! Поднажмем!
— Варенье у вас есть? Несите!
Николь стоял не шелохнувшись. Он слышал каждое слово, и оно откликалось в его душе. Особенно про варенье запало.
— Кушай, - милостиво предложила я. – Варенье и печенье для тебя заказала, а мы с командиром прохладный отвар выпьем. Жарко сегодня.
— Ага, - счастливо поддакнул Николь.
— Говоришь, мага видел? – между прочим спросила его.
— Чего видел? – отозвался мальчишка, увлеченно черпая из миски варенье. – Живет он у нас. Я служу ему.
Мы переглянулись. Значит один из слухов оказался верным.
— Неужели из стен выходит? – недоверчиво спросил Соним.
— Истинно так. Сам видел, - солидно закивал Николь. Он поднял голову и найдя кого-то взглядом, обрадованно закричал. - Господин Стоик!
В ответ на его приветствие молодой мужчина махнул рукой, но не улыбнулся на проявление радости мальчишки.
— Кто это?
— Это он?
Задали мы вопросы одновременно. Я засмотрелась на благородное лицо молодого человека. Темные глаза, словно глубокие озера зимой, таили в себе тайну и опасность. В них хотелось нырнуть до самого дна, узнать загадку, скрывающуюся в глубине. Но оставалось неизвестно, возможно ли выплыть из бездны. Взгляд манил и не отпускал, притягивал и будоражил. Дыхание перехватило, когда он посмотрел на меня. Он не казался надменным, скорее отстраненным, но до щемящей боли в груди красивым.
— Господин Стоик маг, выходящий из стен, - с гордостью представил нам Николь незнакомца. – Он недавно приехал из Симлы.
Название соседнего государства невидимым темным полотном окутало все вокруг. Неожиданно голоса торговцев стали тише, небо затянулось тучами, а улыбки на лицах людей исчезли. Конечно, сыграло роль мое воображение, а не мгновенное преображение, но до сих пор при упоминании Симлы, сердце заходится от горя.
Много лет назад Симла завоевала наше государство, предложив королю, правящему на тот момент, выбор: либо Аграл теряет независимость и попадает под управление завоевателя, либо обязан платить дань деньгами и людьми. В одну из выплат мои родители были отданы рабами.
— Господин Стоик, можем с вами поговорить? – вырвал из воспоминаний голос Сонима.
Молодой человек осмотрел нашу форму, перевел взгляд на Николь и неторопливо подошел. Он сложил руки на груди, ожидая инициативы.
— Вы прибыли из Симлы? – спросил командир.
— Верно. Есть какие-то проблемы? – надменный взгляд окатил холодом.
— Могу я узнать, с какой целью вы прибыли в Аграл? – не отступил Соним.
— Мне не обязательно отчитываться перед стражниками о мотивах своих поступков, однако, отвечу. Хочу познакомиться со страной, в которой я родился, - собеседник отвечал сухо, почти с безразличием, отчего пропадало желание задавать дальнейшие вопросы.
— Ваша Родина Аграл? – удивился командир. – Как случилось, что вы проживали в Симле?
— Во младенчестве меня отдали в рабство в счет дани. Сейчас срок закончился, - в полнейшей тишине дал исчерпывающий ответ Стоик. – Я удовлетворил ваше любопытство? - Он развернулся и собирался уйти.
— Постойте! У меня есть к вам несколько вопросов, - остановил его Соним.
— Командир, не надо настаивать, - проникнувшись судьбой молодого человека, попыталась остановить расспросы.
Господин Стоик неторопливо поднялся наверх, где по всей видимости снимал комнату.
— Николь, ты можешь идти, - улыбнулась мальчишке, внимательно прислушивающемуся к разговору взрослых. Обычно на детей мало обращают внимания, зато они стараются не пропустить ни слова.
— Почему он отказывается отвечать на вопросы? – недовольно выдохнул Соним.
— Вы выросли в Иратоне и не понимаете тяжесть судьбы жителя Аграла, которого либо самого, либо его родственников отдают в счет дани. Срок рабства одинаков для всех. Ни разу не слышала, чтобы кто-то доживал до конца. Детей редко забирают, они часто не выживают в пути, либо умирают от тяжелого труда. Взрослые мужчины не выдерживают, а что говорить о малышах? Женщины попадают либо в дома утешительниц, либо, если повезет, становятся наложницей без прав, - замолчала, представляя через что пришлось пройти господину Стоику. – Думаете ему не больно видеть подозрение во взгляде жителей Аграла?
— Тогда зачем вернулся? Его срок закончен, может устроиться в любом месте, - покачал головой Соним.
— Неужели не понимаете? В Симле господин Стоик был совсем один. То, что он дожил до своих лет, уже чудо! О его скитаниях и страданиях страшно подумать. Ни одной родной души рядом не было, только хозяева, которые не считали его за человека. Легко ли ему пришлось? Думаю, господин Стоик вернулся в Аграл, чтобы найти привязанность. Возможно, живы его родные, мысленно похоронившие его. Всем людям требуется любовь и забота. Особенно она необходима тем, кто идет по жизни в одиночестве.
— Ты говоришь о себе? – задал вопрос в лоб командир.
— Оставшись сиротой, остро почувствовала нехватку любви и поддержки. Я хотя бы живу в своей стране, а ему пришлось гораздо хуже, - с сочувствием смотрела на лестницу, по которой поднялся Стоик.
— Как ты справлялась? – заинтересовался Соним.
— Поначалу меня приютила соседка, - пожала плечами. – Лишние руки в работе пригодятся. Когда подросла, она хотела продать меня в наложницы провинциальному чиновнику.
— В наложницы? Сколько лет тебе было? – казалось, мои слова шокировали его.
— Четырнадцать, - вздохнула. – Попыталась сбежать, но меня закрыли в сарае. Задаток тетка уже получила. Я удрала во время пути, когда везли в дом чиновника. Наверняка, он не простил потери и наказал тетку, но я не стала интересоваться ее судьбой. В столице перебивалась случайными заработками, пока меня не попросили выследить кое-кого. У меня получилось. Вора поймали, наказали, и я придумала заняться частным сыском. Нравится призывать к ответу негодяев.
— Занимаясь частным сыском невозможно выполнять работу в одиночку. Кто поставлял тебе сведения?
— Так я и рассказала! Коммерческая тайна, - назидательно подняла указательный палец.