Страница 135 из 150
— Собственно говоря, я знаю немного. Сиятельная супруга .. - начала говорить Инсан, но ее прервал громкий возглас наследника Берла.
— Чертоги богов! Как такое возможно! Раон?!
— Игл, что случилось? – первой всполошилась Есень, подбежав к находящемуся в шоке молодому магу.
Наследник Берл выбежал из палатки, ничего не объяснив.
— Может надо за ним пойти? – спросила Инсан у друзей.
— Когда посчитает нужным, он сам расскажет, - отрицательно мотнул головой Эджин.
— Только Гарольд мог понять его, - добавил блондин.
Присутствующие долго смотрели на вход, а потом решили вернуться к разговору, выпытывая подробности жизни Гарольда Пакрина в Симле. Они беспокоились о судьбе друга и радовались его счастью.
Стоик
Послание из Симлы оказалось неожиданностью. Сиятельная супруга сообщила старшему сыну милорда Пакрина о покушении на короля и принца. Подробности узнать не удалось, но в любом случае необходимо ускорить подготовку.
В лесу за пределами военного лагеря Стоик ожидал прихода друзей. Туман и Хмурый вышли из тени, но их присутствие он заметил гораздо раньше, используя отдельную реальность. Приближающиеся светящиеся фигуры вначале показались яркими точками в беспросветной тьме, позже приобрели очертания и вскоре маги вышли в своем обычном физическом виде.
— Где Саран? – задал вопрос Стоик.
— Хваин увез ее, - хмуро отозвался Хмурый.
— Мы не узнали, куда именно, - поспешил пояснить Туман. – В поместье об отъезде говорят, выдвигают предположения о свадьбе молодой госпожи и столичного высокопоставленного чиновника.
— Он не может так поступить, - кулаки Стоика сжались сами собой.
— Не переживай. Мы обязательно ее найдем, - поспешил успокоить Хмурый.
— В столичном доме Хваин с дочерью не останавливались. На постоялых дворах по описанию никто не подходил, - Туман искренне переживал за друга.
— Где он мог ее спрятать? – судорожно выдохнул Стоик.
— Хваин понимает, что она для тебя значит, потому постарался.
— Из Симлы пришло секретное послание. В нем говорится о планируемом убийстве короля и принца, - Стоик взял себя в руки, успокоился и рассказал друзьям о главном.
— Неприятно, - поморщился Хмурый. – Но ничего отменять не будем.
— Действуем, как запланировано, но подготовку придется ускорить. Необходимо обезопасить Саран.
— Сделаем.
Туман и Хмурый растворились в тени у подножья деревьев. Стоик проводил светящиеся фигуры друзей и с тяжестью на сердце вернулся в лагерь.
Милорд Хваин в состоянии навредить собственной дочери, если его раб ослушается. Он очень хотел вывести из-под удара любимую девушку заранее, но хитрый лис успел спрятать. Теперь у Стоика не остается выбора. Необходимо исполнить приказ хозяина и убить короля и принца. Клятва верности, данная им при вступлении в должность, не позволит самому нанести удар. Туман и Хмурый станут его орудием. Милорд Хваин все просчитал.
— Доклад! Доклад! – громко кричал вестовой, пробегая через лагерь к шатру его величества.
— Идем. Началось, - посуровел принц Тэо и направился к выходу.
Ират с неохотой выпустил руки Инсан и последовал за другом. Телохранитель принца оглянулся на девушку, кивнул, словно прощался, и вышел за друзьями. Ничего не понимающая Инсан проводила их растерянным взглядом, но она осталась одна и задать вопросы о ситуации было не кому. Оставалось дождаться возвращения парней.
— Ваше величество! – встав на одно колено, громко проговорил вестовой. – Послание из военного лагеря Симлы!
Протянутый свиток король взял лично. Некоторое время он сжимал и разжимал пальцы свободной руки, словно готовился к прочтению вестей. Его величество развернул послание и быстро пробежался по ровным строчкам.
— Посол Хваин предлагает провести переговоры о прекращении войны, - озвучил содержание свитка он.
— Посол?
— У него достаточно власти, чтобы говорить о прекращении войны?
Вопросы раздались со стороны военных начальников, недовольных прекращением победоносных действий. Казалось, еще немного и Симла падет, осталось лишь правильно использовать новое оружие.
— Наследный принц возглавит делегацию, - ответил король.
— Неужели император решил сдаться? – усомнился главнокомандующий.
— Послушаем их предложение и узнаем, - ответил его величество. – Ответьте приглашением. Приготовьтесь к встрече.
— Слушаюсь!
Слуги и командиры поспешили выполнить указания. Принц Тэо и его друг остались для обсуждения дальнейших действий. Стоик по обыкновению отошел в сторону и замер в темном углу. Он не принимал участия в разговоре, но очень внимательно слушал. Вскоре план по приему важных переговорщиков был создан и его величество распрощался с сыном.
На следующий день в лагере суета началась с раннего утра. Накануне до позднего вечера шли приготовления к приему посланников, а сейчас все с нетерпением посматривали в сторону вражеского войска. Простых солдат беспокоила мысль, неужели Симла решила прекратить войну и откажется от ежегодной дани? Командиры покрикивали на подчиненных, напоминая о дисциплине. Наследники, собравшись командами, обсуждали предстоящее событие. Все мечтали, чтобы страны наконец-то договорились и стали жить мирно. Однако, жители Аграла хорошо знали жадность соседей, потому опасались заранее надеяться.
Наследный принц Симлы и его младший брат возглавляли процессию из двух десятков человек. Их кони ступали не спеша, позволяя любопытным подробно рассмотреть богатую упряжь. Молодые маги держали себя с достоинством и с легким высокомерием, которое списывали на происхождение. Дети императора не могут иначе смотреть на окружающих, как на подданных.
Встречающий их принц Тэо и наследник Пакрин держались с достоинством и не реагировали на проскользнувшее пренебрежение на лицах прибывших. Стоик рассмотрел знакомую фигуру милорда Хваина, восседающего на гнедой кобыле. А от вида всадника, сопровождающего посла, сердце отдалось болью. Отец взял на переговоры Саран.
Девушка прикрыла лицо вуалью, но перепуганный взгляд синих глаз скользил по вооруженным людям, окружающих процессию. Она держалась за луку седла, а пальцы побелели от волнения. В момент, когда она узнала Стоика, оба не могли отвести потрясенного взгляда. Проезжая мимо, Саран дрожала всем телом. Посол Хваин не обратил внимание на бывшего раба и не удостоил взглядом дочь.