Запретная клятва

Глава 14

Дамиано

Я убью Андреаса Монтони.

Эта мысль стучит в моей голове с каждым ящиком, который я таскаю, с каждой партией груза, которую я утверждаю для склада. Антонио и Джованни обмениваются обеспокоенными взглядами, но ничего не говорят. Они достаточно умны, чтобы распознать жажду убийства в глазах мужчины.

Антонио всё ещё восстанавливается после огнестрельного ранения. Его плечо перевязано, и он двигается осторожно, но он настоял на возвращении к работе, потому что просто сидеть дома — сводит его с ума.

Мне знакомо это чувство.

Я продолжаю представлять, как Андреас обнимает Люси за плечи и целует её в щёку, словно она уже принадлежит ему, а она позволяет ему это. Просто стоит и терпит, потому что у неё нет выбора, и это знание — словно нож, поворачивающийся у меня в кишках. Если он поцелует её, она и это позволит? Что, если он попытается раздеть её? Я схожу с ума от ревности, просто представляя это и едва не затеваю драку с Джованни только ради того, чтобы кому-нибудь врезать.

Джованни абсолютно предан мне. Мне нужно взять себя в руки, блядь.

— Босс, ты в порядке? — спрашивает Антонио, обеспокоенно наблюдая за мной.

— В порядке.

— Ты не выглядишь в порядке. Похоже, ты хочешь кого-то убить?

— Так и есть. — я не вдаюсь в подробности.

В разгар дня я придумываю предлог и ухожу домой, собираясь переодеться и отправиться на пробежку. Час бега по тротуару под гремящую в наушниках музыку — единственный способ утихомирить ярость, кипящую в моей крови.

Когда я захожу внутрь через гараж и кухню и направляюсь к лестнице, открывается входная дверь, и на пороге появляется Люси. На ней красивое платье с принтом и туфли на каблуках, а оттенок помады делает её губы невероятно желанными для поцелуя.

Прямо за ней идёт Андреас, входя в мой дом так, словно он здесь хозяин. Словно он хозяин Люси.

Люси видит меня, и её глаза виновато опускаются в пол. Андреас направляется ко мне с усмешкой и хлопает меня по плечу, как старого друга. Мне требуется вся моя выдержка, чтобы не сломать ему запястье.

Он шагает по коридору в сторону кабинета отца.

— Куда он идёт? — спрашиваю я Люси опасно тихим голосом.

Она всё ещё смотрит в пол и не может мне ответить. Я замечаю, что она прячет левую руку за спиной.

Леденящее предчувствие пробегает по моему позвоночнику. Она бы не стала. Она не могла. Ужин был всего две недели назад.

— Люси. Дай мне посмотреть на твою руку.

Она качает головой и пытается обойти меня, но я встаю перед ней.

— Что ты прячешь?

— Ничего. Не беспокойся об этом, Дамиано.

Она снова пытается обойти меня, но я хватаю её за запястье и тяну к себе, заставляя её показать руку.

Я чувствую себя так, словно меня ударили. Боль медленная и сокрушительная, будто моя грудная клетка проваливается внутрь.

На безымянном пальце Люси сверкает помолвочное кольцо с бриллиантом. Оно массивное. Безвкусное. Всё то, чем Люси не является. Я ненавижу его каждой фиброй своего существа.

— Люси, — выдыхаю я глухим голосом. — Когда это произошло?

— Нужно было узнать размер. Мы забрали его сегодня. — её голос звучит тихо.

От мысли о том, как Андреас надевает это кольцо ей на палец, а она это позволяет, мне хочется что-нибудь разбить. Через несколько месяцев, а может и меньше, она пойдёт к алтарю навстречу Андреасу Монтони и мне придётся на это смотреть.

— И ты согласилась.

— Какой у меня был выбор? Ты же знаешь, что у меня нет выбора, Дамиано. Если ты думаешь, что он опустился на одно колено и просил меня выйти за него замуж, подумай ещё раз. Он спросил отца, а потом надел это кольцо мне на палец. Это не помолвочное кольцо. Это поводок.

Уродливый

поводок. Канареечные бриллианты, которые я купил для неё, были выбраны потому, что от них загорались её глаза.

— Оно отвратительно.

У неё вырывается удивлённый смешок.

— Так и есть, правда?

Андреасу плевать, чего хочет Люси. Его волнует статус. Работа на публику. Я ненавижу его жгучей яростью, которая грозит поглотить меня. Я ненавижу каждого человека и каждое обстоятельство, которые толкают Люси в постель другого мужчины.

— Мне следовало бы сорвать это с твоего пальца. Я должен надеть своё собственное кольцо тебе на палец. То, которое ты действительно выбрала сама. То, которое что-то значит. — я притягиваю её ближе. — Ты моя, Люси. Не его. Моя.

— Я знаю. — слёзы теперь катятся по её щекам. — Я знаю, что я твоя. Но это единственный способ сохранить нам обоим жизнь.

Я заключаю её в объятия, и на этот раз она не сопротивляется. Она прижимается ко мне, и я чувствую, как её тело сотрясается от беззвучных рыданий. Моя рука запутывается в её волосах. На эти несколько украденных секунд она моя. Не его.

Моя

.

Я слышу шаги. Андреас возвращается, вероятно, разыскивая Люси. Она, должно быть, тоже слышит их, потому что быстро отстраняется от меня, вытирая глаза.

— Мне пора, — говорит она.

— Люси...

— Он не должен знать, что я к тебе чувствую. — она отстраняется и спешит по коридору к Андреасу, на лице которого играет удовлетворённая улыбка человека, считающего, что он заполучил нечто драгоценное. Я провожаю её взглядом, едва дыша, пока ревность бушует в моём сердце, когда она идёт навстречу своему будущему мужу.

Андреас думает, что победил, и верит, что заявил права на то, что принадлежит мне.

Но он ошибается.

Люси моя. И я найду способ вернуть её.