Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 65 из 89

Глава 17

Дейзи

Я опустилась на один из элегантных диванов, пытаясь собраться с мыслями, когда Томас Мейсон стремительно направился ко мне. Его улыбка была самодовольной, а обаяние — наведённым, как грим.

— Добрый вечер, мисс Элфхорн, — промурлыкал он — слишком близко, слишком сухо. — Прекрасны, — сказал он, опускаясь на сиденье рядом со мной. Прежде чем я успела среагировать, он схватил мою руку и прижался к ней губами. Этот жест вызвал у меня приступ тошноты. — Абсолютно очаровательны.

— Добрый вечер, мистер Мейсон, — пробормотала я, заставляя себя сохранять спокойствие. Моя улыбка была похожа на судорогу, когда я выдернула руку обратно. Мой взгляд метался по фойе в поисках Дамиана, Марлона. Никого. Только он и я.

Мейсон откинулся назад, изучая меня с хищной остротой.

— Вы думали над моим предложением в Риме?

— Я не знаю, о каком предложении вы говорите.

Он огляделся, затем наклонился ближе.

— Я хочу, чтобы вы работали на меня.

— Мне жаль, но это исключено. Вы могли бы предложить мне весь мир, но я всё равно откажусь. Я люблю свою работу с мистером Миллером и никогда не уйду от него.

Его улыбка стала тоньше.

— Или дело в том, как он тебя трахает?

Меня пронзило шоком. Я попыталась встать, но его рука сжала мою руку — железная, наказующая.

— Это не ваше…

— Если дело в этом, — плавно перебил он, его тон стал острее бритвы, — тогда у меня есть другое предложение. От которого вы не сможете отказаться.

Холодный ужас разлился по мне.

— О чём вы говорите?

— Я хочу тебя с того самого момента, как увидел в том ресторане. И если ты не сделаешь в точности то, что я скажу, я уничтожу Дамиана Миллера. Один телефонный звонок — и сегодня вечером его маленький антикварный магазин вспыхнет. Всё, что он построил, исчезнет. И это только начало. Я разберу его компанию по кусочкам, пока ничего не останется. Пока он сам не станет ничем.

— Вы не посмеете, — прошептала я, мой голос дрожал.

Он наклонился ближе, его глаза сверкали угрозой.

— Десять минут. Комната 126. Если ты произнесёшь его имя или моё, я подожгу спичку. И ты будешь смотреть, как я уничтожаю его.

Я встала, и на этот раз он позволил мне.

— Вы блефуете.

— Хочешь проверить? — Его улыбка была тонкой, жестокой. — Дамиан Миллер был бы не первым, кого я уничтожил. И он мне не нравится. Это всё упрощает.

Слёзы жгли мои глаза. Я знала, что он говорит серьёзно. У меня не было выбора.

— Хорошо, — прошептала я едва слышно. — Я сделаю, что вы хотите.

Выражение лица Мейсона смягчилось до самодовольства.

— Вот так-то лучше. Я знал, что ты умная женщина. — Он плавно поднялся, и затем его не стало, оставив меня дрожать на его пути.

Моя рука двинулась раньше, чем мой разум. Один вдох и мой телефон уже был в моей ладони, экран светился, имя моего отца заполняло его. Мой большой палец завис над кнопкой вызова — одно нажатие, и он приедет. Одно. Всего одно.

На одно биение сердца я почти нажала на него. Я почувствовала, как моё дыхание сбилось, поверхностное, прерывистое. Боже, как я хотела. Позволить ему покончить с этим. Позволить ему сжечь Мейсона дотла.

Но затем правда обрушилась на меня, достаточно острая, чтобы вырвать воздух из моих лёгких. Если мой отец узнает, что какой-то мужчина угрожал мне, он не остановится на Мейсоне. Он приедет со всей своей охраной, вытащит меня из этого отеля, силой увезёт обратно в Рим, положит конец моей работе, моей жизни — каждому дюйму свободы, за которую я боролась.

Мой большой палец дрожал так сильно, что я не могла заставить его коснуться экрана.

Я замерла, затем медленно опустила телефон, но не отпустила его. Я не могла. Дрожащий выдох вырвался наружу, когда мои пальцы сжались вокруг него крепче. Я не могла позвонить ему. Не так. Никогда.

Мои мысли метались. У меня не было выбора. Чтобы защитить Дамиана, я должна была уступить. Но мысль о том, чего это будет стоить мне —

чего это будет стоить нам

— сжала моё горло.

Моя рука всё ещё дрожала, когда я пошла к лифтам, сжимая телефон, как спасательный круг. Я заставила свой большой палец двинуться, заставила экран разблокироваться — заставила себя солгать.

19:25 Дейзи

: Я опаздываю.

Фойе наполнялось прибывающими — смех, разговоры, шелест дорогих тканей. Сквозь движущуюся толпу я увидела Марлона. Его взгляд скользил по комнате, ища. Ища меня. Моё сердце подпрыгнуло, надежда хлынула. Я хотела помахать, позвать —

Лифт закрылся от мира и от любой версии меня, которая всё ещё могла сказать «нет».

Нетвёрдыми ногами я прошла по коридору, пока не оказалась перед комнатой 126. Как и угрожал, Мейсон направился ко мне, огляделся в обе стороны по коридору, затем провёл своей карточкой через слот. Он толкнул меня внутрь и запер за собой дверь.

— Я рад, что вы решили заключить эту сделку, мисс Элфхорн. Вы избавляете вашего друга от множества страданий, — сказал он, снимая обувь и жилет. — На диван, — приказал он. Затем он потянул свой галстук, его язык облизнул губы.

— Зачем вы это делаете? Вы богаты. Вы могли бы получить любую женщину.

— Вы не понимаете. — Его ухмылка стала шире, волчьей. — Это личное. Я хочу ту, которую трахает Дамиан.

— Задери платье. Я хочу кое-что увидеть.

Во мне шла внутренняя борьба. Был ли это действительно правильный выбор? Могла ли я принести эту жертву ради Дамиана?

— Не веди себя так. Ты можешь уйти, если хочешь, но я сказал тебе, что случится с твоим любовником, — пригрозил он, доставая из кармана презерватив. Затем он стянул штаны, обнажился и начал гладить свой член жадным взглядом. Тошнота подступила ко мне.

— Сними трусики. Я хочу увидеть твою киску.

Я сделала то, что он требовал, моё тело двигалось, в то время как мой разум отшатывался.

Мейсон издал тёмный стон.

— О, я мог бы кончить прямо на это красивое лицо. Но нет, я хочу, чтобы мой член был внутри тебя.

Он шагнул ближе, поднял ногу и раздвинул мои колени.

— Раздвинься, — рявкнул он. — Вот так.

Он надел презерватив, толкнул меня обратно на диван и набросил своё тяжёлое тело на меня с гортанным стоном.

Я замерла. То, что последовало, я могла воспринимать только фрагментами. Я не могла двинуться. Даже не хотела сопротивляться. Я хотела только, чтобы это закончилось. Я пришла к нему по своей воле и теперь должна была заплатить цену.