Разрушенные. Книга 1

Глава 3

Дейзи

Первые лучи утра пробивались сквозь полог листвы вдоль улицы, отбрасывая тени на булыжную мостовую перед лавкой.

— Доброе утро, мисс Элфхорн, — поприветствовал меня Марлон кивком. За четыре недели я уже знала имена всех телохранителей — людей, которые работали на мистера Миллера. Их присутствие дарило мне странное чувство безопасности. Широкие плечи. Острые глаза, которые никогда не отдыхали. Они всегда были здесь до моего прихода и оставались, когда я уходила.

— Доброе утро, Марлон. Доброе утро, Рик, — ответила я.

Лицо Рика, казалось, было вырезано в постоянную маску суровости. Его кивок был резким. — Доброе утро, мисс Элфхорн.

Беатрис переехала в Швейцарию несколько недель назад, пообещав, что однажды навестит нас. Она всё ещё часто звонила, проверить, всё ли идёт гладко. Я сама удивилась тому, как быстро вошла в здешний ритм. Всякий раз, когда в лавке было тихо, я зарывалась в архивы, изучая артефакты и их историю. Не всегда, но достаточно часто. Я уже обнаружила детали, которые упустила Беатрис — неправильно прочитанные надписи, неверные даты. Я исправляла их тихо. Утро казалось спокойным, может быть, слишком спокойным. С чашкой кофе в руке я устроилась за своим столом и включила компьютер. Стянув резинку с запястья, я скрутила волосы в небрежный пучок и окинула взглядом доску объявлений, забитую записками. Среди них была визитка Дамиана Миллера. Календарь напоминал: доставка в 15:00.

Я отпила глоток, просмотрела электронные письма, пометила несколько, ответила на другие. Затем обновила складские списки, внося недостающие квитанции в базу данных. Когда с административной работой было покончено, я повернулась к поставке, полученной прошлой ночью, как вдруг мой телефон завибрировал. На экране высветился незнакомый номер.

— Дейзи Элфхорн.

— Доброе утро, мисс Элфхорн. Меня зовут Патрисия Кронфорт. Я одна из ассистенток мистера Миллера. Я отправлю вам письмо с инструкциями. Следуйте им точно.

— Хорошо, — сказала я. — Могу я спросить, по какому это поводу?

— Вы найдёте все подробности в письме.

Она повесила трубку.

Через несколько минут письмо пришло. Я вошла в свой аккаунт Miller & Co. и прочитала инструкции. Ровно в десять утра я должна была доставить артефакт XN79335 к седьмому окошку в Нью-Йорке. В 9:30 меня будут ждать два телохранителя и машина.

Мой пульс участился. Я сразу же направилась на нижний уровень, туда, что Беатрис всегда называла сокровищницей. Достав папку с полки, я пролистала страницы, пока не нашла нужную запись. Затем разыскала складской ящик.

Внутри, закутанный в бархат, лежал артефакт.

Я откинула ткань. У меня перехватило дыхание.

Золотой подвеска мерцал в свете. Камни ловили сияние и разбивали его на части — свет преломлялся, словно сама птица дышала. В форме феникса, с распростёртыми крыльями, усыпанная драгоценными камнями: рубинами, сапфирами, изумрудами, бриллиантами, каждый был огранён с невозможной точностью. Предмет, казалось, пульсировал, будто жар-птица могла вырваться на свободу в любой момент.

Узнавание ударило меня. Я видела его раньше, в манускрипте, запертом в Библиотеке Ватикана. То изображение впечаталось в меня. Это не могла быть настоящая вещь. Должно быть, это подделка. Мастерская, да, но всё же.

Если это действительно был тот самый подвеска из манускрипта, я держала в руках не состояние. Я держала саму историю.

Я снова завернула феникса в его бархатное покрывало осторожными пальцами. Почти девять часов. Время на исходе. Прижимая ящик к себе, я поспешила наверх.

Снаружи на меня нахлынул прохладный утренний воздух, и я запахнула кардиган туже. У входа был припаркован чёрный джип, его краска блестела как зеркало. Рядом с ним стоял Ференц, его присутствие разрезало тишину. Его тёмный костюм сидел с безупречной точностью, подчёркивая ту силу, которая делала неподвижность более внушительной, чем движение.

— Доброго дня, мисс Элфхорн, — сказал Ференц своим спокойным, размеренным голосом, открывая заднюю дверь. Внутри Карл поприветствовал меня коротким кивком.

— Здравствуйте, — пробормотала я, забираясь внутрь. Салон слабо пах кожей. Не успела я устроиться, как Ференц присоединился ко мне, заняв место рядом.

— Добрейшего вам дня, мисс Элфхорн. Меня зовут Бастьен. Я отвезу вас в Нью-Йорк и обратно. Вы готовы? — спросил водитель с дружелюбной улыбкой.

— Да. — Ящик лежал у меня на коленях, надёжно упакованный в сумку.

Двигатель джипа ожил с тихим урчанием, низким и мощным. Пока Бастьен вёл нас вперёд, я откинулась на прохладную кожу, ровняя дыхание перед тем, что ждало впереди.

Miller & Co. возвышалось над сердцем Нью-Йорка, его стеклянный фасад ловил солнце и отбрасывал его обратно ослепительными осколками. Мужчины и женщины в безупречных костюмах потоком проходили мимо стремительными, целеустремлёнными шагами. Карл открыл мою дверь, и я вышла, переводя ровное дыхание. В сопровождении охранников я проследовала за ним через переполненное фойе.

За стойками женщины с безупречными причёсками и лакированными улыбками приветствовали клиентов. Совершенство — созданное, отпрессованное в человеческую форму. Я внезапно почувствовала себя не на месте в этом мире чётких линий и изысканной элегантности. Я подняла подбородок, вдавливая уверенность в свою позу. Седьмое окошко ждало впереди, за ним стояла молодая женщина с идеальными белокурыми волнами.

— Доброе утро. Меня зовут мисс Элфхорн. Я здесь, чтобы кое-что сдать.

Её глаза скользнули по мне, профессиональные и прохладные. — Мисс Элфхорн, мистер Миллер просил вас подняться прямо в его офис. Двадцать седьмой этаж.

— Двадцать седьмой? — Слова выскользнули тоньше, чем я намеревалась.

Она указала на лифты ухоженными ногтями, затем повернулась к Ференцу.

— Вы и ваш коллега можете подождать здесь мисс Элфхорн.

— Мы сопроводим её наверх, — ровно сказал Ференц, уже двигаясь.

Я взглянула на него, благодарная. — Спасибо, — пробормотала я, когда мы втроём шагнули в лифт.

— Конечно. — Его глаза окинули меня взглядом, затем быстрым движением он поправил жилет, соскальзывающий с моего плеча. Его голос понизился, предназначенный только для меня. — Не позволяйте им выбить вас из колеи. Все они выглядят как куклы.