Страница 61 из 133
— Тебя там не было, — говорит она, тоже поднимаясь. — Ты гнался за своей мечтой. Ты дал понять, что это твой приоритет.
Мне кажется, будто она разорвала меня пополам и вырвала сердце.
— Если бы ты сказала мне, что я тебе нужен, я бы нашёл способ приехать, — говорю я.
— Ты должен был догадаться, — отвечает она сквозь слёзы. — Я не должна была умолять тебя выбрать меня.
Я уезжал на следующий день, когда она сказала мне, что беременна, и я убедил себя, что она всё поняла.
— Это поэтому ты перестала отвечать мне в середине тура?
— Я перестала, потому что каждое твоё сообщение напоминало мне о том, что я потеряла, — рыдает она. — О том, что у нас могло быть. Я не хотела жить, Габриэль. Мне приходилось каждый день бороться, чтобы просто выжить. Я не могла заниматься сёрфингом. Я не могла дышать. Моя семья боялась, что однажды они вернутся домой, а меня уже не будет.
За нашими спинами ревёт океан, но это ничто по сравнению с тем шумом, который звучит в моей голове.
Наша дочь. Она выносила нашу дочь. Она потеряла нашу дочь.
А я был на другом конце света.
Почему мне никто не сказал?
Как это произошло, и я об этом не знал?
Как я пропустил самый важный момент в своей жизни?
— Габриэль? — говорит она тихим голосом.
Я не могу смотреть на неё, потому что каждый раз, когда я смотрю, я вижу крошечную ручку, обхватившую её палец.
— Мне нужно… — мой голос срывается. Я провожу рукой по волосам, шагая вдоль берега. — Мне нужно время.
Её лицо сжимается. — Габриэль...
— Я не могу сейчас этим заниматься. — Я прижимаю ладони к глазам, как будто могу физически вытолкнуть эти образы из головы. — Я только что узнал, что у меня есть дочь, и только что узнал, что она мертва. Мне нужно секунду перевести дух, прежде чем я скажу что-то, чего не смогу взять обратно.
Боль на её лице почти заставляет меня сломаться, но давление в груди нарастает, и если я не отойду, я взорвусь.
— Я не бросаю тебя, — добавляю я. — Просто… мне нужно пространство, чтобы всё обдумать.
Она медленно кивает, вытирая щёки. — Хорошо.
Я иду обратно к тропинке, ведущей к дороге, мысли в голове крутятся так быстро, что я не могу удержать ни одну из них достаточно долго, чтобы разобраться. Четыре месяца она носила нашу дочь. Четыре месяца. Она рожала в одиночестве. Она хоронила её в одиночестве. А я где-то катался на доске для сёрфинга, гоняясь за одобрением.
К тому моменту, как я дохожу до дороги, у меня дрожат руки, но я вытаскиваю телефон из кармана и листаю список контактов, пока не нахожу имя Зейла.
Он отвечает на второй гудок. — Что?
— Что, блять, с тобой не так? — выпаливаю я.
Наступает пауза. — Прости?
— Ты знал, — говорю я, повышая голос. — И тебе не пришло в голову сказать мне, что она в больнице рожает мою дочь?
Его тон становится жёстче. — У тебя хватило наглости так на меня наброситься, после того как это ты её бросил.
— Она была беременна моей дочерью! — кричу я. — Она родила, похоронила её, а я даже не знал!
Ещё одна пауза. Он медленно выдыхает. — Она заставила меня пообещать.
Перед глазами у меня всё краснеет. — Пообещать что?
— Что я тебе не скажу, — говорит он. — Что я никому не скажу.
Я смеюсь, но это звучит ненормально. — Это не тебе следовало держать обещание.
— Конечно, следовало, она же моя сестра. Она не хотела, чтобы ты был там из чувства долга, — отрезает он. — Она не хотела, чтобы ты появился, потому что чувствовал вину. Она думала, что если бы ты хотел быть там, ты бы пришёл.
Эти слова поражают меня так же, как и её слова.
— Ты думаешь, я бы не бросил всё и не приехал? — спрашиваю я.
— Ты не приехал, — отрезает он. — Ты уехал на следующий день.
— Я уехал, потому что думал, что с ней всё в порядке!
— А она думала, что если бы она была для тебя важнее, ты бы остался. — Наступила мёртвая тишина. — Ты не знаешь, какой она стала после всего этого, — продолжает Зейл, и в его голосе слышится боль. — Она не хотела просыпаться. Она почти не ела. Моя мама спала в её комнате каждую ночь, потому что мы боялись оставлять её одну. Она сломалась, Габриэль. Она была полностью и окончательно сломлена.
У меня сжимается грудь. — И ты всё равно мне не сказал.
— Она заставила меня поклясться, — повторяет он, стиснув зубы.
Я не могу слушать ни секунды больше, поэтому вешаю трубку. Мне кажется, что мир вращается слишком быстро, и я не могу ни дышать, ни думать. Всё, что я вижу, — это то, что я упустил.
Нашу дочь.
Её крошечные пальчики.
Залею, одинокую в больничной койке.
Я снова пролистываю телефон и звоню Риду.
Он отвечает с обычным спокойствием.
— Всё в порядке?
— Нет, — говорю я без выражения. — Мне нужно уехать.
Пауза.
— Уехать откуда?
— Из Италии. Сегодня. Как можно скорее.
— Что случилось?
— Мне просто нужно уехать, — кричу я, несмотря на попытки сохранять спокойствие. — Если я останусь здесь сейчас, я сойду с ума.
На другом конце трубки наступает тишина, затем слышится тихое стучание клавиш.
— Лучшее, что я могу тебе предложить в ближайшие несколько часов, — это Цюрих. И это будет рейс регулярной авиакомпании. Не очень удобно, но место есть.
— Забронируй.
— Ты уверен, что не хочешь подождать...
— Забронируй, Рид.
— …Хорошо. Рейс вылетает через три часа из Неаполя.
Я киваю, хотя он меня не видит. — Пришли мне детали в сообщении.
Когда я вешаю трубку, я стою, прижав руку к груди, чувствуя, как под ней быстро бьётся сердце. Через несколько минут я медленно иду обратно по тропинке и нахожу Залею всё ещё на пляже, сидящую на песке, прижав колени к груди. Она поднимает глаза, когда видит меня, и надежда в её глазах только усугубляет ситуацию.
— Я уезжаю на некоторое время, — говорю я, выдавливая слова, пока не потерял самообладание.
— Что? — Цвет сбегает с её лица. — Ты буквально только что сказал, что не бросишь меня.
— Я вернусь, но мне нужно пространство. Я не могу это осознать, пока ты так на меня смотришь.
— Как? — шепчет она.
— Как будто я вот-вот исчезну.
Её подбородок дрожит. — Мне кажется, что так и есть.
Я с трудом сглатываю. — Я забронировал рейс из Неаполя. Рид устроил мне перелёт в Швейцарию.
— Ты улетаешь из страны?
— Только на время. — Она на мгновение закрывает глаза, как будто ожидала этого. — Я оставляю тебе машину, — добавляю я. — Возвращайся во Флоренцию, когда будешь готова.