Страница 82 из 136
Меня очень неприятно кольнуло замечание Олеси, но я могла использовать ситуацию себе на пользу, поэтому подавила обиду на нее. Олеся права, такая, как она, больше подходит на роль его пассии, он ведь ее совсем не знает, вдруг получится его переубедить таким образом. Милохина получит от него то, что ей там взбрело в голову, а я открещусь от сексуального рабства. В крайнем случае мы сможем договориться на том, что я и вправду отработаю долг в качестве бухгалтера, а Милохина пусть как знает, если ей этот Барма так нужен, даже переубеждать ее не буду, по глазам вижу, что бесполезно. Пусть она, как мотылек, летит на свет его обманчивой харизмы, пусть тешит себя иллюзиями богатой жизни. Главное — чтобы он увидел в ней ту искру, которой, как ей кажется, нет во мне.
Расстались мы с подругой на более-менее позитивной ноте. Весь день я старалась провести с родителями, на сообщения Бармы я так и ответила, что его стараниями не увижу родителей весь их отпуск, поэтому он обязан оставить меня в покое до утра, он, на счастье, согласился и не настаивал на встрече.
Утром, как по расписанию, его катафалк стоял у моего подъезда, и в этот раз я не попыталась пройти мимо, а покорно обошла его и села на переднее пассажирское сидение. Сегодня поездка с его величеством была очень даже кстати, потому что на улице лил дождь как из ведра.
— Утро доброе? — в вопросительной форме произнес он.
— Пока я вижу твою физиономию, оно добрым не будет. — буркнула я и зажмурила глаза, я осознавала степень своей грубости, но ничего не могла с собой поделать.
— А мое утро будет каждый день прекрасным, несмотря на твою ненависть. Просто потому что я тебя нашел. — ответил он, и автомобиль тронулся с места.
— Да ты прирожденный романтик. — не удержалась от колкости я.
— А ты язва. — широко улыбнулся он. — Отличная выйдет пара. Не находишь?
— Никакой пары нет, не будет и никогда не может быть. — громко хлопнула я дверцей, выходя около университета.
После окончания пар, словно приговорённая к казни, я вместе с Олесей ждала у входа в университет Демиша. В животе порхали бабочки, но не от любви, а панического ужаса.
— Ну что, в омут с головой? — прошептала Милохина, увидев приближающийся «Гелендваген».
Подойдя к машине, я распахнула дверцу, но садиться рядом с Демишем не спешила, он, словно хищник, изучающе посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на Олесю. «Это что еще за фокусы?» — читалось в его глазах. Я сделала глубокий вдох и, собрав всю свою волю в кулак, пролепетала:
— Ярослав Михайлович, не могли бы вы оказать маленькую услугу?
Он приподнял бровь, как будто ждал чего-то подобного. «Какая дерзость! Это даже забавно», — выражало его серьезное лицо. И надо признаться, если бы не стоящая рядом Олеся, я бы умерла от волнения под натиском его взгляда.
— Вы не могли бы подбросить и Олесю, вы ведь ее помните, а то на улице вот-вот всемирный потоп начнется. — скороговоркой выпалила я и постаралась выдавить улыбку.
Демиш слушал меня с ухмылкой, словно кот, наблюдающий за мышкой, попавшей в его ловушку. Я была практически уверена, что он разгадал мой замысел с первых минут, и вместо того, чтобы выпутаться из сложившейся ситуации, я еще больше запуталась.
— Ладно. Подвезем. — согласился он, выдав лучезарную улыбку.
И пока он не успел опомниться, я пропустила Олеську на переднее сидение, а сама юркнула назад. Милохина, словно пантера, грациозно нырнула в салон. Рассматривая Демиша, ее глаза сверкали. Она, как паук, плела свою сеть, стараясь очаровать его с первых минут, хлопая ресницами и не одергивая задравшуюся слишком высоко юбку.
— Ох, Мария. — хохотнул он, слегка скосив на меня взгляд. Он определенно понял, что за игру я затеяла, но по какой-то причине не стал разоблачать меня при Олесе.
Пока мы стояли в небольшой пробке, Олеся во всю щебетала, словно меня с ними в машине и не было. Ярослав, в свою очередь, играл роль заинтересованного слушателя, позволяя ей блистать. Я же, словно тень, наблюдала за этой опасной игрой, надеясь на чудо.
— А давайте вы сначала подвезете меня, а потом Олесю, — прервала я щебетание подруги, привлекая внимание к себе. — Я очень спешу, обещала маме помочь.
Олеся обернулась ко мне и просияла, ее порадовало то, что она вот-вот останется наедине с Ярославом, а мне было все равно, что будет происходить между этими двумя. В отличие от Милохиной меня Демиш не интересовал как мужчина, чего я не могла сказать о нем. Краем глаза я заметила его хмурый вид в зеркале заднего вида. Он ничего не ответил, продолжив сосредоточенно рулить вперед.
— Ой, а мы пропустили поворот! — воскликнула Олеся. — Машка живет в другой стороне, ты свернул не туда, Ярик.
Я удивилась Олеськиной то ли уверенности, то ли наглости, как она резво перешла на «ты», даже я в сложившейся ситуации не всегда могла обращаться к Барме на «ты», ну разве что в минуты кратковременных вспышек гнева, он же проигнорировал ее, словно не услышав, молча свернул по направлению к Олесиному району.
— Ярик, ты едешь не туда. — Олеся ласково погладила его плечо.
— Во-первых, — Демиш брезгливо сбросил руку Олеси с плеча, — не тыкай мне, цыпа. Во-вторых, для тебя я Ярослав Михайлович. Не советую фривольничать в мой адрес, иначе я выкину тебя из машины прямо посреди дороги.
— Что?! — выпучила глаза Олеся, явно не ожидая от него такой грубости. — Простите, Ярослав Михайлович. Но вы же слышали, Маша попросила подвезти ее первой, она спешит домой. — После секундной вспышки она быстро взяла себя в руки, пропуская мимо ушей его раздражение.
Ярослав снова проигнорировал Олесю, он явно начинал закипать, хотя в начале я была уверена, что ничего подобного с его стороны не произойдет. Я постаралась сидеть сзади тихо, как мышка, не хотелось обратить его гнев на себя, потому что именно я затеяла это всё. Всю оставшуюся дорогу пришлось ехать в напряженной тишине. Олеся стреляла в меня испепеляющим взглядом.
Когда мы медленно вкатили во двор Олесиного дома, я вцепилась в сидение обеими руками, уже понимая, что совершила ошибку, поддавшись на уговоры подруги, и теперь весь оставшийся путь до дома мне придется выслушивать гневную тираду от Демиша. Ну почему я такая глупая! Олеськина самоуверенность граничила с глупостью слишком тесно. Подумать только, а ведь раньше я была в восторге от ее манеры общения с противоположным полом, но на фоне Демиша все виделось в новом свете, и сейчас Олеся выглядела отнюдь не обольстительницей. Похоже, она и сама это ощутила, хотя и была намерена исправить ситуацию.