Эндшпиль

Появилась Кристина, и я сразу ее узнал несмотря на то, что на ней была легкая куртка и татуировку дракона я никак не мог увидеть. Она пришла одна. У меня отлегло от сердца. Осмотрела кафе, скользнула взглядам по столам, накрытым скатертями в красно-белую клетку, и наконец заметила меня. Кивнув, она подошла и присела на краешек стула напротив, видимо, решила взять быка за рога. Ну и хорошо, потому что я немного оробел, с инициативой у меня сейчас было не очень.

– Роберт, что случилось? Зачем тебе понадобилась встреча со мной? – спросила она шепотом.

Я снова так напрягся, что вспотел. Что за таинственность такая?

– Слушай, – черт, я не знал, как подобрать слова. – Помнишь, у нас с тобой кое-что было на одной из вечеринок месяцев десять – одиннадцать назад?

Она побледнела.

– Это было просто так, – затараторила Кристина. – Все прошло даже не очень удачно, как я помню, исходя из того, что в комнату влетела та сумасшедшая девчонка. Давай забудем и больше никогда не будем об этом вспоминать.

– Именно к этому я веду, – медленно начал я, не сводя с нее взгляда. – Мне тоже казалось, что это просто развлечение без обязательств. Но, возможно, после него есть последствия, о которых мне стоит знать…

Она нервно сглотнула и снова оглянулась.

– Слушай, сейчас все это выглядит странно. Ты выглядишь странно. Я не думаю, что ты так запал, что решил вспомнить обо мне через сколько, ты сказал, месяцев?

– Десять или одиннадцать, – механически повторил я, ничего не понимая.

Но она продолжала:

– Я говорила тебе тогда, но ты не помнишь, конечно. Вечеринка гремела так, что дом качался, все были весьма… веселыми. Так вот, я поссорилась с парнем перед той вечеринкой и решила… ну, ты знаешь, утопить горе в новых ощущениях. Но кто-то слил ему, что я была с тобой, подозреваю, та ненормальная, которая вкатилась в комнату. Ты что, и правда не помнишь? – Я поморщился. Помню конечно. Как Мира вкатилась в комнату, я никогда не забуду. Но вот эти все подробности о Кристине в моей голове совершенно не задержались. – Так вот где-то через месяц мой парень пришел к тебе, помнишь? И ты умудрился его послать. – Я снова напрягся, пытаясь вспомнить, но особо четко ничего не припоминал. Только то, что к нам домой действительно заявился какой-то тип. Он ругался на меня, угрожал даже, но я спросонья разбираться не стал – послал его и дверь захлопнул. – Сто процентов, та ненормальная малявка все это подстроила, она и к нам специально тогда влетела. Правда, я даже отчасти ей благодарна, потому что мой парень тогда меня приревновал, сказал, что больше не отпустит, и мы с ним вместе. Но только он поставил мне условие, чтобы мы с тобой больше никогда не общались. И вот ты ни с того ни с сего звонишь и предлагаешь встретиться. Я в самом деле не понимаю, что происходит.

От того потока, что она выливала на меня, кругом пошла голова. Я не успевал раскладывать по полочкам информацию: про ее чертового парня, про саму Кристину, про Миру, которая то вкатывается в комнату, то подслушивает. И Кристина какая-то странная – смотрит на меня, а сама трясется, будто от страха. Может, она так боится, потому что выдает моего ребенка за чужого?

– Кристина, – спросил я упавшим голосом. Я понял, что больше не могу жить в неведении. – Скажи мне честно, ты забеременела от меня после той ночи?

Я смотрел, как по мере осознания моих слов меняется ее лицо. В ужасе она стала оглядываться вокруг, ища выход, прямо как Мира. Все девчонки, что ли, так делают?

– Что? – она даже подскочила на стуле. – От тебя? Ты что, думаешь… – она снова оглянулась.

– У тебя есть от меня ребенок? – выпалил я, повысив голос, потому что терпение мое заканчивалось. Все эти нервные потрясения, игра, скаут, ночной перелет сказались на моих нервах. – Говори, есть или нет?

– Что? – воскликнула Кристина. – У меня нет ребенка.

– Но Мира тебя видела, – не унимался я. Мне хотелось потрясти ее, заставить сказать мне правду. И что только я в ней тогда нашел? – Она видела тебя с малышом и как ты выбирала ему одежду.

Кристина хлопала глазами и непонимающе на меня смотрела.

– Кто такая Мира? – наконец выдохнула она.

– Та девушка, что ворвалась к нам в спальню, а потом подслушивала. Как ты только что сказала.

– А, та ненормальная, – небрежно бросила Кристина, немного расслабившись, а моя кровь вскипела от злости. Усилием воли я заставил себя успокоиться. – Она вечно подслушивает и подглядывает. Я помню, обнаружила ее, прячущуюся среди вешалок в детском магазине. Она сбежала, как только я ее увидела. А потом еще раз где-то ее встретила. И взгляд, должна тебе сказать, у нее был безумный.

– Ты выбирала детские вещи в магазине, а потом гуляла с ребенком… – напомнил я ей.

И тут ее лицо стало таким изумленным, что я почти поверил.

– Поняла. Она решила, что это твой ребенок, потому что видела нас тогда… – Кристина прикрыла руками рот и снова обернулась. – Хорошо, что она не подкинула эту мысль моему парню. Достаточно и того, что просто ему стуканула, что у нас с тобой кое-что было.

– Она вообще ничего никому не говорила, – как же меня бесила эта курица. – Я в этом уверен.

Кристина будто немного расслабилась, потому что наконец расстегнула пальто и откинулась на спинку стула.

– Это ребенок моей сестры, и мы вместе с ней выбирали вещички, когда Мира нас встретила. Моя сестра замужем, они давно мечтали о малыше, и вот только в декабре он родился.

Мир заиграл новыми красками. Над головой засияло фиолетовое солнце, под ногами колосилась синяя трава, воздух теперь был желтым, а небо красным. Такими вспышками мой мозг осознавал только что сказанную фразу.

Я был готов расцеловать Кристину и убить Миру. Нет, сначала убить Миру, потом воскресить, чтобы снова убить. Кристину целовать не хотелось.

– То есть единственный ребенок, о котором идет речь – твоей сестры? – еще раз переспросил я.

– Конечно, – она кивнула и схватилась за телефон, потому что он моргнул, оповещая, что пришло сообщение. – Я тоже хочу детей. Но… не от тебя, Роберт, уж извини, пожалуйста.

От радости я был готов начать плясать и скупить все веганские отруби, которые здесь продавались, но вместо этого сказал:

– Ты должна будешь поехать со мной и рассказать эту историю Мире.

– Не могу, – пискнула Кристина и схватилась за красно-белую клетчатую скатерть, словно та могла ее удержать.