Страница 74 из 77
Зажимаю рот ладонью, чтобы сдержать рвущийся из груди всхлип. Денис закрывает глаза и прижимает Альбину Павловну к себе.
– Знаешь, я хожу и к твоей маме тоже, – тихо говорит она, всхлипнув. – Всегда прошу Иришку присмотреть за Анютой там. И обещаю, что присмотрю за тобой здесь. Давай ты поможешь мне сдержать обещание подруге, ладно?
Денис то ли усмехается, то ли всхлипывает, и Альбина Павловна тихо смеется. По щеке катится слеза, и я быстро смахиваю ее. Мне не по себе оттого, что я стала свидетелем этого личного диалога. Но когда Денис оборачивается, ища меня глазами, я улыбаюсь ему в знак поддержки.
Дэн помогает Альбине Павловне подняться, а затем собирает цветы, рассыпавшиеся у ног. Альбина Павловна похлопывает его по плечу и говорит:
– Мы дадим тебе пару минут, пообщайся с Анюткой. Думаю, тебе есть что сказать.
Дэн неуверенно кивает и снова бросает на меня взгляд через плечо. Я пытаюсь улыбнуться шире и тоже киваю, надеясь, что это хоть немного его подбодрит. Альбина Павловна мягко, но настойчиво берет меня под руку и отводит подальше от участка, чтобы дать Денису возможность выговориться в одиночестве. Оборачиваюсь и вижу, как Дэн опускается на корточки, чтобы оставить на могиле цветы, и бережно проводит рукой по плите.
В компании Альбины Павловны неловко. Не понимаю, как себя вести и что сказать матери погибшей девушки моего… парня? Мы молчим, наблюдая издалека за сгорбившимся силуэтом. Не знаю, испытывает ли ту же неловкость Альбина Павловна, но она тоже долго не нарушает тишину. Когда терпеть становится невыносимо, я все же тихо произношу:
– Я соболезную вашей утрате. Мне очень жаль.
Альбина Павловна вздрагивает и смотрит на меня так, будто видит впервые. Все ее мысли, должно быть, устремлены к дочери. Она вежливо улыбается, пряча эмоции.
– Спасибо. – Она похлопывает меня по плечу. – Берегите Дениса. Он очень хороший мальчик.
Ответа Альбина Павловна не ждет и уверенно направляется к дороге. Ветер треплет выбившиеся из моей косы волосы. Альбина Павловна быстро удаляется, и ее фигура исчезает среди деревьев. Я смотрю ей вслед и сама себе говорю:
– Я знаю. Я постараюсь…
Долго топчусь на месте, не спеша обратно к могиле Ани. Страшно помешать, не вовремя оказаться рядом. Не знаю, сколько времени нужно Денису, ведь он так долго не навещал ее. Когда птицы заводят уже десятую песню, решаюсь вернуться. Но Денис опережает меня и подходит сам. Его глаза красные, а нос опух. И, несмотря на все это, Дэн кажется спокойным, даже умиротворенным. Может, груз, который давил на него столько лет, никуда и не исчез, но точно стал легче. Он берет меня за руку. Уголки губ чуть приподнимаются, но улыбка не касается глаз.
– Поедем домой? – Голос едва узнаваем, будто он кричал ночь напролет без остановки.
– Конечно. – Пытаюсь угадать настроение по лицу, но ничего не получается.
Денис напоминает чистый лист. Невозможно ничего прочесть ни по глазам, ни по обычно выразительным бровям. Надеюсь, что за этим не последует бури. До машины мы идем молча, слушая песни ветра, деревьев и птиц. Хочется расспросить Дениса обо всем: о его мыслях и чувствах. Но он слишком погружен в себя. Смотрит под ноги и поглаживает мои пальцы.
Когда мы подходим к машине, Дэн открывает для меня пассажирскую дверь и, убрав мне за ухо выбившуюся прядь, произносит:
– Подождешь немного? Нужно разобраться еще с одним делом. – Эта короткая прогулка, кажется, помогла ему привести мысли в порядок. На щеках появился румянец, а на губах легкая, но уже настоящая улыбка.
Киваю, и Денис захлопывает дверь. «Какое еще дело?» – недоумеваю я, неотрывно следя за Дэном через лобовое стекло. Он же опирается на капот так, что мне виден его профиль, и достает из кармана мобильный. Кто-то долго не берет трубку. Денис начинает вышагивать перед машиной, потирая лоб ладонью.
В момент, когда ему наконец-то отвечают, лицо Дэна меняется: на нем отражается облегчение, будто он поставил на этот звонок все. Вижу, как Денис что-то сбивчиво говорит, но слова до меня не долетают. Разговор длится недолго. Дэн слушает ответ, глядя в чистое небо. Вижу, как из уголка глаза бежит слезинка, и Денис тут же поворачивается спиной, прячась от меня. Несколько секунд, и он уже открывает дверь машины со стороны водителя.
Вопросительно смотрю на Дэна, но он заводит машину и загадочно улыбается:
– Стась, ты не против, если мы доедем молча?
Все внутри обрывается. Я соглашаюсь и отворачиваюсь к окну, чтобы спрятать панику. Противный голос в голове кричит, что это все. Никакого счастливого конца не будет – Денис скажет, что это была ошибка и отношения ему не нужны. Ему не нужна я.
Как мы доезжаем до дома Дэна, я не помню. Всю дорогу я фокусировалась на том, чтобы не дать волю страху. Говорила себе: «Здесь не место и не время». Вот только мой организм отказывался это понимать. Денис аккуратно паркуется и заглушает мотор. Мы сидим в тишине пару минут. Я слышу, как Дэн делает несколько глубоких вдохов, но не решаюсь на него смотреть.
– Я говорил с отцом. – Не могу понять по голосу его настроение, но и повернуться к Денису тоже не могу. – Мы… поговорили. Он… Папа сказал, что ему жаль. И что место в его компании все еще мое, если я этого хочу.
Киваю. Я видела, что Денису отношения с отцом важны, хоть он никогда бы в этом и не признался. Это хорошая новость, но тревога внутри не позволяет искренне порадоваться. Вытираю вспотевшие ладони о джинсы и размеренно дышу.
– Стася. – Мое имя звучит так мягко, что застает врасплох. Я поворачиваюсь к Денису и попадаю в плен серых глаз.
Он улыбается и произносит:
– Спасибо.
Я моргаю несколько раз, боясь, что ослышалась. Дэн поворачивается ко мне всем корпусом и наклоняется ближе. Паника пока не спешит отступать, но уже убирает когти.
– Спасибо, что помогла мне съездить туда. Это… было мне нужно, – признается он, удерживая зрительный контакт.
Мелко дышу, боясь того, что будет дальше. «Вот сейчас он скажет, что я ему больше не нужна», – пищит в голове страх.
– Я бы никогда не справился сам, – добавляет Денис и прижимается своим лбом к моему. Я знаю, что этот жест помогает ему успокоиться. – Есть еще кое-что, что я хотел бы тебе сказать…
Сердце замирает. Момент икс настал. В ушах шумит пульс, и я тихо умоляюще шепчу:
– Денис…
– Я люблю тебя.