Страница 53 из 160
Глава 16 - Кошачья магия
Я уже мысленно готовился вручную вышвыривать всю эту компанию из подвала или, на худой конец, оттащить ту самую телегу, что подпирала дверь, но не пришлось.
Джейн, ловко управляя своим телом, аки чёртов акробат, быстро взобралась по стене и легко выскользнула в дыру в потолке. Ако последовала за ней, но в отличие от мыши, ей хватило одного мощного прыжка с места. Видимо слова про ловкие ноги всё же были правдой. Затем подошла Покс — и вот тут случился казус. С первого раза у кошки ничего не вышло: роста, увы, не хватило.
Джейн, заметив провал полторашки, язвительно хихикнула, отчего у Катуси надулись щёки, взъерошился хохолок и сдвинулись в самой обиженной складке брови. Со второй попытки всё же получилось, но мышь демонстративно отвернулась, делая вид, что не заметила этого триумфа.
— Я тоже могу! Видишь?!
— Хе-хе-хе, не вижу, — пропела Джейн, исчезая в проёме.
— Так ты посмотри! Я сама справилась! — кошка догнала Джейн и попыталась заглянуть в её глаза, но та снова отвернулась.
— Конечно-конечно… Хе-хе, половина кошки.
Покс аж встала и захлопала глазами.
— В смысле половина? В смысл половина кошки?! Я целая кошка!
Джейн наконец соизволила приложить Катуси своим хитрым и насмешливым взглядом сверху вниз.
— Ладно… Может и не половина. Три четверти кошки.
— Во-о-т… Эй! Хватит меня делить! Я целая кошка! Слышишь?! Це-ла-я!
В общем, пока сверху доносились абсолютно бессмысленные разговоры, мы продолжили выбираться из подвала. Правда уже не так быстро и не так успешно, поскольку у хомяка и медузы возникли некоторые проблемы. Зёрнышко в силу своего пухлого телосложения даже пытаться не стала, а Лаланэт грациозно подошла под самую дыру, воздела руки к небесам и... подпрыгнула. Примерно на десять сантиметров. Сделала это ещё пару раз, беспомощно жамкая пальцами в воздухе — видимо, в надежде, что потолок снизойдёт к её чарам.
Не снизошёл.
Тогда она развернулась ко мне, и её взгляд наполнился трогательной мольбой.
— Простите, мистер варвар, вы не могли бы мне помочь? Я оказалась в весьма затруднительном положении.
Пришлось помогать. Сперва закинул медузу, потом хомяка. Хомяк правда сначала попытался отбиться, а когда не получилось - отключился в процессе подъёма. Впрочем, это не помешало мне её закинуть наверх. Можно сказать, что даже помогло.
Спустя минуту наша пёстрая компания в полном составе вывалилась из развороченной котельной, где нас терпеливо поджидали Герда и Густав. Парень выглядел ещё более забабашенным, чем обычно: волосы торчали в разные стороны, очки съехали на кончик носа, а на плечи наскоро накинут плащ — и явно на голое тело.
Ночь по-прежнему царила над городом, полная луна заливала улицу холодным светом, а в воздухе висела прохладная, колючая свежесть.
— Гриз, какого чёрта?! Я все ноги себе стёр, пока вас... — начал он возмущаться и резко замолчал, увидев ушастый десант, высыпавший за моей спиной. — Что... Что происходит? Кто это?
В этот момент из-за моей ноги робко выглянула Катуси. Сначала показались два настороженных уха, а затем и она сама, широко раскрыв глаза и вцепившись в мою ногу как в спасательный плот. Доверяла она мне, похоже, уже больше, чем следовало.
— Ако похитили — я освободил. А эти... — я мотнул головой в сторону ушастого табора. — Там же в клетке сидели. Что с ними делать — понятия не имею.
Вслед за кошкой, словно из-под земли, вынырнула Зёрнышко, а затем и медуза. Ако старалась держаться в тени, делая вид, что её тут нет.
— Как это «что делать»?! — встрепенулся Густав. — Как это «что», Гриз?! Мы не можем бросить этих несчастных девушек на произвол судьбы! Ведь им же некуда...
Я уже закатывал глаза, предвосхищая очередной приступ благородства, как вдруг голос парня резко изменился. И не только голос — вся его манера держаться.
— Ах ты, тварь! — неожиданно выпалил он и отвесил Герде оглушительный подзатыльник. Голова волчицы отшатнулась, но выражение её лица осталось прежним — бесстрастным.
Тут даже я остолбенел от такого поворота.
— Густ, ты чего…
— Я вас всех поубиваю! Умрёте самой страшной смертью под пытками! — прошипел он, впиваясь взглядом в Катуси. Та отшатнулась, потеряв дар речи. Да и я вместе с ней, потому что такой резкой перемены в друге не видел никогда. У котейки аж губы от обиды затряслись.
— Что здесь происходит? — раздался за моей спиной жёсткий, властный голос, заставивший вздрогнуть всех присутствующих.
Ещё до того, как я обернулся, до меня дошло, в чём причина внезапной метаморфозы моего товарища. Впрочем, рука к топору всё равно дёрнулась.
— Офицеры! — Густав расплылся в подобострастной, раболепной улыбке. — Простите великодушно, что потревожили ваш покой.
Обернувшись, я увидел двух стражников с мушкетами наготове и масляными лампами в руках. Оба с холодными выражениями на лицах водили взглядом по нашей разношёрстной компании.
— Я спрашиваю: что здесь происходит?
— Да-а... — Густав снова занёс руку над Гердой, но на этот раз лишь показательно погрозил, сдержавшись. — Пытались сбежать, господин офицер, — он мотнул головой в сторону девушек. — Эта тварь, — он толкнул Герду в плечо, — ключи стащила, а они воспользовались. Хорошо, что я вовремя хватился.
Стражники переглянулись, ещё раз оценивающе окинув взглядом «беглянок» и нас.
— Наша помощь потребуется?
— Никак нет, господа офицеры! Не извольте беспокоиться! Мы с напарником сами со всем управимся. Я прав, Гри... Гриб?
Ако не сдержала сдавленного хрюка, моментально приковав к себе внимание стражников, но тут же спохватилась и залилась наигранным, душераздирающим кашлем. Настоящая актриса гребаного театра.
Что? Гриб? Серьёзно, Густав? "Гриб" — это лучшее, что ты смог придумать?
— Да, — сипло выдавил я, сквозь сжатые губы.
Моё новообретённое имя, судя по всему, развеселило не только крольчиху, но и стражников. Однако, встретившись взглядом с «Грибом», они быстренько сделали лица каменными, поправили каски, пожелали нам спокойной ночи и засеменили прочь.
Едва стражи скрылись из виду, Густав выдохнул с таким облегчением, что чуть не рухнул на колени.
— Фух... пронесло. Дамы, приношу свои глубочайшие извинения за этот неприглядный спектакль, но иного выхода у меня не было. И ты, дорогая, прости, — он попытался приобнять Герду, но та осталась недвижима. — Я не со зла.