Страница 78 из 100
Я даже орать не стала. Крик заставил бы Равиой поспешить, и тогда я не успела бы ни за что. Одним гигантским прыжком я метнула себя через всю комнату, боль в избитом теле сгорела от яростной вспышки бешеной злости. Я схватила Равиой за плечо и безо всякой жалости швырнула на пол. С треском захлопнула окно, как ещё стёкла-то не вылетели.
Равиой оскалилась и бросилась драться. Да, у неё не было кисти одной руки, не было одной ступни, но когда человек, ещё не отошедший толком от зелёной пыли, напрочь не чувствует боли плюс его очень хорошо учили драться с детского возраста… В голове пронеслась информация из прежней жизни про Камень Санторой, какая-то таммеотская награда в системе единоборств… И был разговор, я говорила с кем-то, что хочу начистить Равиой морду, а меня предостерегали не лезть…
Всё мелькнуло в голове одним мигом, а дальше у нас получилась Арена в одной отдельно взятой больничной палате.
Равиой выла что-то безумное, она хотела убить меня, чтобы я не мешала ей убить себя. Мне достало с ней возни! Без опыта гладиаторских боёв я не справилась бы ни за что.
Мне с огромным трудом удалось наконец-то обрушить бешеную на пол, пнуть, чтоб не вставала. Она перекатилась на спину, а я села сверху и надавала тамме-отке резких, хлёстких пощёчин. И был миг, когда мне захотелось убить её. Взять за глотку, сжать пальцы, чтобы позвонки хрустнули, чтобы глаза из орбит полезли. Я остановила себя лишь чудом, да и то лишь после того, как из носа у Равиой потянулась тягучая капля крови, почти чёрная в тусклом вечернем освещении палаты.
– Ты, сволочь, как ты смеешь!– выдохнула я, отпуская тамме-отку.
Та растеряла весь свой боевой пыл, отползла от меня, съёжилась, обхватила себя руками. Мелко дрожала, всхлипывала, но в расширенных зрачках по-прежнему не улавливалось ни искры разума.
– Я ради тебя кровь на Арене лью! – заорала я, нависая над нею и не владея уже толком собой от раздиравших меня эмоций. – Свою и чужую! Мне нигде больше не взять столько денег, сколько на твоё лечение запросили! Знаешь, скольких я уже убила? Да я сама уже не знаю, сбилась со счёта! На мне их кровь. По самое горло! Я – убийца, Равиой! Гладиатор Арены. Убийца! Я стала такой, чтобы спасти тебя. А ты лежишь тут… неблагодарная тварь… стонешь, смерть зовёшь… не можешь взять себя в руки! Хотя бы ненамного взяла себя в руки! Тебя же на Арену никто не волочёт на верёвке! Всё, что тебе нужно, лежать здесь и идти на поправку, а ты не хочешь, гадина ты клетчатая! Не смей, слышишь! Не смей, не смей, не смей переводить мои кровь и боль на дерьмо!
Равиой перестала трястись, замерла, вглядываясь в меня. Неужели? Яростная надежда переполнила меня. Неужели тамме-отка вернулась в разум? Наверное, пощёчины помогли.
Но в следующий миг я поняла, насколько я ошиблась.
Падающая на универсум Тень выплеснулась в мир паранормальной волной, задела Врата, и они… нет, пока ещё не открылись... но процесс пошёл.
Мир дрогнул, качнулся, ещё немного и поплывёт окончательно, покатится по вероятностям, разрывая на своём пути время. Ведь где-то здесь в госпитале, совсем близко к нам, находится третий ключ Врат, Ходок, оль-лейран Фоургаль Шоккваллем.
– Нет! – закричала я. – Нет!