Сестра Огня 3

Глава 35

Фоургаль довольно улыбался. Ему нравились мои эмоции. Довёл до осатанения, и стоит, счастливый, радуется.

Но вся проблема в том, что ещё, кроме просьб о смерти, говорила ему Равиой. Если у тамме-отки в момент просветления хватило ума рассказать всё про Тень и Стерегущего… в обмен на обещание помочь уйти из жизни…

– Не лезь к ней со своими представлениями о прекрасном, – резко сказала я. – Не твоя забота!

– Не думаю, что твоя подружка тебе благодарна, – насмешливо выговорил Фоургаль. – Она страдает. Каждый новый день для неё мука. Она хочет умереть, отпусти её!

– Мне наплевать на то, что ты думаешь, Фоургаль, – ответила я. – Не надо лицемерно перечислять передо мной её страдания, тебе на самом-то деле без разницы, что она чувствует: ты хочешь воткнуть иголку в меня. Всего лишь. Но если сестра умрёт…

– То что? – всё с той же насмешкой поинтересовался он.

– То я буду считать, что её убил ты, – заявила я.

– И будешь мне мстить, – покивал он совсем по-человечески и снова улыбнулся, снисходительно так, будто разговаривал с маленьким ребёнком. – А сможешь?

Чем его пронять? Убить его я не смогу, я видела, как он дерётся. Неописуемо вообще, как боец он выше меня в разы. Брат с ним бы справился, но не я, можно даже не мечтать...

– Я, – медленно выговорила я, – буду тогда считать тебя совсем чужим. Полностью. Ты мне и сейчас не родной, просто какое-то подобие взаимного уважения и дружбы у нас с тобой всё же возникло. Но если ты убьёшь мою сестру, ты станешь чужим, Фоургаль. Я даже Имя твоё забуду.

Судя по тому, как у него дёрнулись руки, я попала в больное место. Имя для любого оль-лейран значит безумно много. Иначе не существовало бы такого фатального наказания, как лишение Имени. Я хорошо помнила, как тяжело его воспринял тот,

другой

Фоургаль, из своего будущего, которое теперь было моим прошлым.

– Бочка давно мне уже надоел, – сменил вдруг тему Фоургаль, как всегда, когда ему не хотелось отвечать по существу. – Свистел везде, что я устраиваю договорные бои и потому почти не знаю проигрышей. На меня начали коситься! Хорошо же я придумал, верно?

– Ты о чём? – настороженно спросила я.

О сгинувшем Лютобочке я уже успела забыть. Вообще, вся недавняя драка быстро слилась из памяти. Раньше паранормальное восприятие смерти било наотмашь, раскалённой плетью по оголённым нервам. Сейчас всё шло мимо, оставляя в сознании лишь сам факт: да, подралась насмерть, да, опять убивала.

Восприятие утратило остроту, превратилось в обыденность, и даже сил, чтобы испугаться новой привычке, у меня уже не оставалось.

– Я позволил потихоньку доползти до ушей Лютобочки слухам, что со ставкой на тебя не всё чисто, – похвалялся Фоургаль. – Прицепись он ко мне в пределах Арены, пришлось бы драться с ним на Арене, а я не хотел показывать всем вокруг, на что я способен в бою.

– И меня провожать ты вызвался по той же причине, – обозлилась я. – Чтобы убить мерзавца и свалить всё на обычные уличные разборки обычных уличных крыс!

– Хорошо же вышло, Камнеломка! – заулыбался он. – Три в одном. И тебя проводил, и с мерзавцем закончил, и на крысиные драки указатель перевёл. Прекрасный план. И он удался в полной мере.

План-то удался, подумалось мне. Но от такого прекрасного планирования мороз по коже, хотя здесь и сейчас стоит не полярная зима.

– Ты – жуткий, Фоургаль, – озвучила я свои мысли. – Страшный. Избавь меня от своих планов, пожалуйста! Не впутывай. Довольно посредничества.

Ему не понравились мои слова, я видела. А что он надеялся услышать? Похвалу? Ах, какой ты умный и замечательный, как великолепно всё придумал, молодец, держи конфетку?!

– Ты хорошо дерёшься, Фоургаль, – продолжила я. – Лучше меня. Но я не хочу, понимаешь? Мне эти драки, эти бои, кровища эта… вот где уже, вот здесь вот, – я провела ребром ладони по своему горлу. – Я –

человек

. Человек, а не машина для убийств! Понимаешь?

– Понимаю, – сказал он, принимая мои слова. – Но ты – единственная во всём городе, от кого можно не ждать ножа в спину. И я бы хотел… больше доверия.

Он шагнул ко мне, и я невольно подалась назад. Фоургаль не ждал ножа в спину от меня, но я-то в нём не была настолько уверена. Страшный тип!

– Того доверия, что уже есть, достаточно, – заявила я.– Ты и без того помогаешь мне в безвыходной ситуации. Большего я от тебя просить не могу.

– Не можешь или не хочешь?

Да что же такое, что ж ты к каждому слову цепляешься! Во мне снова начала подниматься злость.

– Не могу и не хочу, – подтвердила я. – Я не посягаю на твою власть в этом городе, сразу тебе говорю, чтобы потом не беспокоился. Всё, что мне нужно, – спасти сестру.

– А потом? – заинтересовался он.

– Потом и посмотрим, – заявила я.

– Человек, – с неудовольствием выговорил Фоургаль. – Вы не умеете смотреть в будущее. Ваш горизонт планирования – не дальше решения текущих проблем.

– Вот и оставь меня в моём маленьком горизонте, – зло огрызнулась я. – Не подходи!

На моём плече проявился вдруг Уголок. Вот ведь зараза кристаллическая! Не видно его и не слышно, а потом оп, вот он. Или она. Или оно. Я так и не разобралась в том, что из себя представляли кристаллы Геддарсу, были ли у них мужчины и женщины, как у вуисков Радуары, рождались ли дети...

Уголок встал на кончик своего короткого плеча, а длинное вытянул в сторону Фоургаля. Бледное топазовое сияние разумного кристалла стало сильнее, потом плавно перешло в красное.

– Это ещё что за тварь? – холодно спросил Фоургаль.

– Живой кристалл, – сказала я правду. – Его зовут Уголок. Он вроде вуисков Радуарского Альянса, только другого вида. Он прошёл Врата вместе со мной. И ты ему не нравишься!

– Ты с ним общаешься? – с любопытством спросил Фоургаль.

Кажется, Фоургаль окончательно убедился в том, что я – носитель именно телепатической паранормы, а не пирокинеза. Судит по внешнему облику человека из Пацифиды. Всякие контакты и эмпат-симбиозы с чужими разумами это ведь и вправду прерогатива телепатии. Про радуарских вуисков Фоургаль в курсе, про то, что есть в Галактике кристаллическая жизнь другой разновидности, – нет, но уже и не важно.

Предположить, что уроженец Пацифиды переедет жить на Старую Терру и закажет там своим детям пирокинез, Фоургаль не мог, ему не хватило для этого воображения. У Пацифиды – всего две планетарные локали, и обе они расположены далеко от Старой Терры. Контакты минимальны, слишком уж затруднена логистика.