Сестра Огня 3

Голова пухнет от закидонов разорванного времени. Чтоб их, эти местные блуждающие Врата! Нашли момент проявиться. Правда, им Фоургаль помог, только не этот, здешний, а тот, кого мой Томпаль лишил имени.

Оль-лейран тоже красавчики, в вывертах их генетической памяти чёрные дыры горизонт событий сломят. Но если Фоургаль в моём разорванном будущем утратит свою нынешнюю личность из-за планового каскада пробуждения наследственной памяти, будет жаль. С этим Фоургалем ещё можно как-то договориться, а с тем, кто возглавит Белоголовых, уже нельзя, причём ни в каком виде.

***

Мастер Литавт оказался очень высоким, мне пришлось задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо, а я ведь нисколько не карлица. В тёмных волосах, стянутых на затылке в хвост, шли красноватые нити седины, но в целом впечатление Литавт производил вовсе не дряхлое. До настоящей старости ему как до нашей Федерации пешком, решила я.

А встретил он меня неласково:

– Арена?

Слово прозвучало как ругательство.

Я молча подала записку. Он прочёл, сунул бумажку себе в карман и кивком велел следовать за ним.

Оружейная при полицейском участке поражала воображение. Чего здесь только не было, и не всё легальное, надо думать. Отобранное у негодяев под ответственное хранение.

Ответственное – значит, сами полицейские пользоваться им могли, если возникала такая необходимость. Учитывая заинтересованность Мёртвого Глаза в ставках на Арене… Интересные тут стражи порядка. Неподкупные (нет). От Мёртвого Глаза я ничего хорошего не ждала, но Тихоречка, к примеру, весь такой из себя правильный, тоже с пятнами на репутации? Похоже на то.

Никакой динамической молекулярной брони, вроде той, какой пользовался брат Ан, я не получила. Глупо было бы даже надеяться. Если бы нивикийцы умели производить нечто подобное, они бы и в космос летали. На кораблях с гипердвигателями! И я бы давно уже отсюда убралась в Федерацию. Но космопортов в их мире не существовало в принципе.

Огнестрел мне не полагался. Мастер велел в ту сторону даже не смотреть. А вот всевозможные ножи, кастеты, шесты, пики – на выбор. Не только под нивикийскую руку, но и для тавконойса тоже. Опять же, глупо было думать, что тут будет что-то, произведённое для

человека

. Придётся довольствоваться тем, что есть.

Нож я оставила при себе тот, что отобрала тогда у Мёртвого Глаза. Он отказался его забирать: «счастливое оружие, пусть Камнеломка владеет». Нужны ему были мои победы на Арене, ох, как нужны! Тоже в госпитале кто-то из своих и доктор Зимавт их лечит? А впрочем, мне какая разница. Что Мёртвый Глаз сделает со своим заработком, меня не касается.

Защита на предплечья и на голени, сетчатая рубаха из знаменитого нивикийского сплава повышенной лёгкости и прочности пришлись мне по душе. Но движения стесняло, конечно. Уже не попрыгаешь так, как хочется.

– Все бои на Арене должны заканчиваться быстро, – дал добрый совет мастер Литавт. – В первые мгновения. Да, будет не так красиво и зрелищно, как у чемпионов. Зато Камнеломка сохранит не только жизнь, но и руки-ноги целыми. Вместе с шеей. Потом, когда Камнеломка войдёт в силу, станет понятно, как завести толпу и не проиграть при этом.

– Завести толпу, – повторила я, не очень понимая, о чём мастер говорит.

– Одни идут на Арену смотреть на то, как двое дерутся до кровавых соплей, – пояснил Литавт. – Другие гребут деньги на ставках. Третьи подставляют головы под смертельные удары.

– Есть и четвёртые, – задумчиво выговорила я. – Такие, как мастер Литавт. Кто обучает.

– Лучше бы Камнеломка попыталась выиграть на ставках, – сурово выговорил Литавт.

– Проиграть, наверняка, – пробормотала я. – Нет уж. Камнеломка не Фоургаль, ума не хватит разбираться с тем, на кого можно ставить, а на кого не надо бы.

– Что ума мало, это заметно, – мастер не собирался меня щадить.

Он взял тренировочную палку и загонял меня почти до смерти. Под конец спарринга я мечтала лишь об одном: упасть и сдохнуть прямо на месте. Давно уже я не испытывала ничего подобного.

Давно не дралась с кем-то, кто был равен не только мне, но и моему брату Ану, если брать во внимание паранорму, которой у мастера, конечно же, не было.

– Арена выплюнет Камнеломку как плодовую косточку, – сообщил мне Литавт после того, как я в очередной раз поцеловала камни под ногами. – Далеко и без мякоти.

– Спасибо, капитан Очевидность, – пробормотала я, поднимая себя на ноги.

Кажется, завтра у меня будет болеть всё, что только сможет заболеть. Плохо…

Нападать снова Литавт не спешил. Он стоял, скрестив на груди руки, и смотрел на меня с высоты собственного роста как на редкостного слизняка.

– Зачем Камнеломке Арена? – вдруг спросил он.

– Низачем, – огрызнулась я, меня уже всё настолько достало, что я перестала следить за языком. – Просто так. Скучно жить стало!

И тут же огребла палкой. Свист-удар-блок, перекат. Плазма, дуб или мочало, начинаем всё с начала.

Уходила я обратно полностью вымотанной, вся в мрачных мыслях.

Какое счастье, что я не встретила никого, равного Литавту, в своём первом же бою на Арене! Вся Камнеломка тогда бы и закончилась, причём мгновенно и сразу. Фоургаль… Злость на Фоургаля перетекла в другую, обжигающую огненной яростью, фазу. Он же всё понимал. Он же не мог не понимать! И всё равно послал меня на смерть.

Фоургаль – оль-лейран, этим всё сказано. Ему стало любопытно посмотреть, сломаюсь я или устою. Как обезопасить себя от его расового любопытства я понятия не имела.

А что будет, если шест выбьют у меня из рук?

Паранормальный щит, паранормальное копье – это всё из не видимых глазу приёмов. Огонь – на крайний случай. Фоургаль не знает, что я – пирокинетик и Стерегущий. Он назвал меня человеком из Пацифиды, так и есть, моя бабушка была родом оттуда. А там больше всего распространена телепатическая паранорма. Вот на это Фоургаль пускай и рассчитывает.

Он – враг. Однажды он решит напасть, вот Мёртвый Глаз тоже уверен в этом. Ну, пусть нападёт. Посмотрю, что каково ему придётся с моим огнём! А до тех пор Фоургаль не должен знать. Никто так-то не должен, но Фоургаль в особенности.

Я сама удивлялась своим жёстким и взрослым мыслям. Ко мне пришла холодная оценка моих возможностей и способностей моих врагов. Я постоянно думала о том, как же мне выжить.

А выжить без уловок не получится. Кто хотя бы раз ловил удар нивикийским копытом под дых, тот поймёт.

Потом меня снова озарило, второй раз за день. Я аж остановилась.