Страница 39 из 66
— Cara[30], carissima, вы лучшая, и ваша команда тоже! В следующий раз я закажу у вас платье из уважения к Дидону! Дидон — королева, не правда ли, а вовсе неgatto, не кот! Хотя я обожа-а-аю котов.
Потом она улыбнулась мне с заговорщическим видом.
Мне казалось, я сплю. Я подумала, что я невольно совершила непростительную глупость, но нет, ничего подобного! Я чуть было не расхохоталась. Честно говоря, порой случайности приходятся очень кстати. Спасибо моей счастливой звезде. И, судя по взгляду Эмили-Энн, на этот раз она определенно торжествовала.
— Решено. В честь Дидо, благодаря… Грейс де Сталь, приехавшей к нам из Парижа!
— Из Парижа? О, это самый прекрасный город в мире… Город, где царствуетdolce vite![31] Ах, в тамошней опере я буквально каку себя дома… Bend![32] Вы доставите мне мое платье?Grazie, carissimd![33]— продолжала Джианния. — Ну, что же, я побегу…
Бросив дружескоеciao, примадонна удалилась, оставляя за собой приторно-сладкий шлейф духов. Ширли проводила ее до двери…
Несколько секунд все потрясенно молчали.
— Well. Спасибо, Грейс, за все эти импровизированные огромные бонусы! — воскликнула Эмили-Энн, падая в кресло, в котором несколько минут назад восседала Джианния. — Думаю, без тебя мы бы пропали!
— Что вы, не стоит…
— Нет. Королева Джианния не хотела восторгаться, — уверенно заявила Эмили-Энн. — Она собиралась разнести нашу мастерскую в пух и прах, я это сразу поняла. У нее был вид а-ля «критикую все подряд».
— Мы ее знаем, — поддержала начальницу Дженис. — Она очень влиятельная.
— Строит из себя Марию Каллас, — добавила Джулия.
— Все оперные певицы такие, — заметила Эмили-Энн. — Как, впрочем, и вообще все звезды. Сама увидишь… Она внимательно на меня посмотрела.
— На самом деле самое сложное в этой профессии вовсе не творчество… А общение с клиентами! Нужно во что бы то ни стало проявлять терпение, гибкость и в то же время быть энергичным, если дело принимает плохой оборот… Прямо как кошка, честное слово! Упав, она ухитряется перевернуться в воздухе и — оп! — приземляется на все четыре лапы.
Я улыбнулась:
— Забавно, я уже приходила к такому же заключению.
— Наблюдая за знаменитым Дидоном?
— Не только.
И я подумала обо всем, что пережила за время учебы в Академии моды. О хороших и плохих моментах, о полученном опыте. К счастью, «огромных бонусов» было больше.
Чтобы отпраздновать удачное завершение работы с примадонной Джианнией, мы выпили чаю и весело поболтали. Я чувствовала, что Эмили-Энн испытывает огромное облегчение… И сама чувствовала то же самое. Я забыла (более или менее) обо всем, что меня беспокоило, и несмотря ни на что надеялась на лучшее… Однако когда час спустя, выходя из мастерской, я проверила мобильный, меня ждало горькое разочарование.
Ни одного сообщения от Томаса.
С другой стороны, я тоже не отправляла ему сообщений.
Возможно, мне следовало бы сделать первый шаг… Стоп. Я же приехала в Лондон ради учебы. Разве не это сейчас самое важное?
Да… В теории. Мне просто хотелось бы избавиться от этого неприятного чувства — сердце словно иголкой кололи. Это причиняло боль.
* * *
В следующие несколько дней на меня обрушилась другая печаль: невозможность и дальше находиться в компании Эмили-Энн. В среду утром мы распрощались, сделали несколько фото, и дизайнер пообещала, что постарается присутствовать на показе в Аскоте.
— Чтобы тебя поддержать, а? И заходи в мастерскую, когда захочешь, о’кей? Для тебя моя дверь всегда открыта,darling.
В каком-то смысле она напоминала мне тетю Кейт, хоть и была намного ее моложе. Несомненно, все дело в ее открытости и великодушии.
Джулия, Ширли и Дженис в свою очередь от души пожелали мне успехов. Откровенно говоря, я не многому научилась за одну неделю практики, но в человеческом плане многое приобрела. Получила невероятно ценный опыт. Спасибо, Кара!
Мы с ней терпеливо продолжали шить. Наше платье становилось все прекраснее, вторая шляпа уже обретала форму, мы не выбились из графика, и это нас безмерно радовало. Потом объявили оценки за экзамены, и жизнь внезапно перестала меня радовать. «Неплохо», «Могло быть лучше», «Слишком рассеянная!», «Мадемуазель де Сталь следует поучиться чувству меры, не увлекайтесь лиризмом…» Вот этого я, честно говоря, не поняла. Последнее замечание сделал наш преподаватель социологии моды, господин Деви, двойник Эйнштейна. Подумать только, я считала его крутым… Я спустилась с небес на землю. Поэтому, обсудив случившееся с Карой, я осмелилась пойти к преподавателю, дабы спросить, что он имел в виду.
И тут меня ждало еще большее разочарование. Господин Деви напрямик посоветовал мне читать меньше стихов: это облегчит мне жизнь и позволит писать сочинения «по делу, не отступая от темы». На данном этапе моего обучения это очень важно. Железная логика!
— Простите, я не понимаю… Мир поэзии — это же средоточие красоты! — возмущенно выпалила я. — Зрительные ассоциации, мечта, сюрреализм…
Кустистые брови господина Деви встали «домиком».
— I agree. Я согласен. Но вас оценивают не только по творческим способностям, но и по умению приспосабливаться к требованиям.
— Приспосабливаться?
— Да, иными словами, быть реалисткой. Я не советую вам отклоняться от основной темы. Вы должны проявлять оригинальность, но не чрезмерную. На данном этапе, — снова уточнил он. — Вы всего лишь на первом курсе.
— А. Значит, на втором курсе мне будет позволено проявлять больше оригинальности? А на третьем — еще больше?
— Не надо мне дерзить, мадемуазель де Сталь!
Я опустила глаза и невнятно пробормотала «извините», после чего ушла, пребывая в крайне взвинченном состоянии. Я впервые слышала нечто подобное! Когда я пересказала наш с господином Деви разговор Каре, а потом и Сиенне с Ами, все три мои подруги отреагировали одинаково: какая чушь! Однако если я хочу получать хорошие оценки, чтобы в дальнейшем защитить диплом, мне следует принять правила игры, иначе ситуация обернется против меня, заметила Кара. «Она старше меня на три года. У нее есть опыт. Она, несомненно, права…» — думала я скрепя сердце.
Тогда я позвонила Томасу, чтобы узнать и его мнение, и… попала на автоответчик.
Сообщение оставлять я не стала, рассудив, что Сиенна поступила бы так же.
* * *
— Океан, теплый бриз, водяные брызги, каникулы… Твои духи напоминают мне все это! — воскликнула Ами.