Страница 48 из 70
Рыбалко слушал внимательно, и я видел, как разгораются его глаза. Конечно, ему, боевому мужику, до смерти осточертела армейская бюрократия.
— У меня чрезвычайные полномочия, — продолжал я завлекательные речи. — И желание серьезно реформировать всю систему. Задача посложнее Авгиевых конюшен, как вы понимаете. Но зато польза для армии может быть невероятна. Вы со мной?
Он тяжело поднялся из кресла, одернул гимнастерку и коротко кивнул:
— Я согласен. Когда поезд?