Страница 59 из 93
Глава 13 Ответственный оттиск
Я не сразу поняла, о чем он: мысли были далеко отсюда — в моей типографии, над набором, в котором мне нужно было придумать, как соединить линейки.
А потом до меня дошло: он снова намекает на то, что он «благородно» готов отказаться от пари. Даже несмотря на то, что я вскрыла документы. В честь праздника, не иначе. Его оправдывало в моих глазах только то, что говорил он без издевки и преждевременного торжества. Хотя все равно это бесило.
— Я очень рада, ваше превосходительство, — начала я, — что вы настолько верите в мои силы. Но так быстро не способна справиться с задачей даже я.
Теперь пришло время удивляться генералу.
— Ваше упорство уже начинает меня восхищать, — произнес Вранов. — Но время не замедляется, а станки не начинают работать быстрее только из-за него. Вы слишком много поставили на кон.
— А вы беспокоитесь о том, что вы останетесь без ведомостей, или.. о том, что будет со мной, если я проиграю пари? — выпалила я быстрее, чем сообразила, что стоит попридержать язык.
Я за собой уже не первый раз заметила, что именно с Врановым мне невообразимо сложно держать язык за зубами и думать о должных приличиях. При каких обстоятельствах бы мы не сталкивались. И это плохо — значит, он по какой-то причине выводит меня из равновесия. А мне нужна светлая голова.
Уголок губ генерала дрогнул, он поправил правую перчатку и чуть склонил голову.
Расстояние между нами было на границе допустимого, еще немного — и стало бы совсем неприличным. Но ни один из нас не сделал шага назад.
— Конечно, я беспокоюсь о своем заказе, — сказал генерал. — Не смею больше задерживать. Завтра я пришлю Градского проверить, как идут ваши дела.
Он сделал выверенный поклон с вежливой улыбкой и спустился по ступенькам к подъехавшему экипажу.
— С дьяволом вы шутите, — пробормотала Дуня и перекрестилась. — Не нравится мне этот генерал. Смотрит он так..
— Перестань, — отмахнулась я. — Не приплетай нечистого туда, где люди сами себе проблемы наживать умеют.
Как я. Ну или другие прекрасно им их устраивают. Но вслух я это добавлять не стала.
Мы залезли в наши сани и неторопливо поехали к дому. Тихо звенели бубенцы, отстукивали мерный ритм копыта, скрипели полозья по подмерзшему снегу. Темнело.
Дуня ехала молча, да и мне говорить было особо нечего: все мысли только и крутились на том, как решить ребус с набором. Интуиция просто кричала о том, что выход должен быть, просто я его не вижу.
Сани остановились прямо перед нашим крыльцом. Дуня вышла первой, помогла вылезти мне и пошла расплачиваться с извозчиком. Я задержалась, дожидаясь ее.
На крыльцо выскочил Петька с лампой в руке — уже совсем стемнело. Свет выхватил ступеньки и спешащую к нас кормилицу.
— Варвара Федоровна, идемте ж домой, а то совсем замерзнете, застудитесь, — она потянула меня внутрь.
Ни отдохнуть, ни выдохнуть я бы сейчас все равно не смогла: все тело было напряжено, а мозг лихорадочно пытался найти решение. Никогда не любила логические задачки — они требовали слишком широкого взгляда на проблему. У меня его не было, я всегда упираясь во что-то одно. Всегда смотрела в ответы.
Только вот сейчас ответов у меня не было, и хоть ты тресни, нужно было расколоть этот орешек самостоятельно.
Я даже переодеваться не стала, только сменила верхнюю одежду, да пошла вместе с Петькой в типографию. Пока он занимался печью, я начала перебирать наборы и выдвигать ящики.
Сама не знала, что искала. Вчерашний день, наверное.
Лампа коптила, давая желтый, неровный свет. В тени углы казались еще глубже, чем обычно. А вот я, наверное, сейчас с улицы как на ладони. Непорядок — кто заглянет, точно скажет, что Лерхен с ума сошла.
— Закрой окна испорченными листами, — велела я мальчугану. — А потом можешь быть свободен.
Петька кивнул и побежал к высокой стопе отработанной бумаги, которая, однако, сейчас была так же важна, как и новая. Потому что я собиралась экспериментировать до тех пор, пока я не найду, чем заменить недостающие линейки.
Я провела пальцем по длинной линии в наборе. Мы с Матвеем пошли по самому простому пути, использовав короткие линейки. Но результат показал, что с нахрапа это не взять. И не просто так типографии не горели желанием брать заказ.
Это не ярмарочные листы, которые не страшно запороть, и в которых можно позволить себе вольность. Это военный заказ. Накосячишь — и есть вероятность попрощаться не только с типографией, но и со свободой.
Впрочем, у меня двойная ставка, даже если посмотреть с этой точки зрения, так что, Варенька, за работу. И Марина тоже.
Я вынула один участок коротких линеек, переложила их заново, стараясь добиться максимальной плотности. Подбирала один к одному, как будто пазл складывала. Чуть повернула один кусок, другой заменила на более ровный. Снова зажала винтами в раме.
— Ну давай же.. — выдохнула я.
Взяла мацу, аккуратно прошлась по набору. Положила черновой лист, кусок сукна и прокатала скалкой. Замерла на несколько мгновений.. Я давно перестала верить в чудеса. Если, конечно, не считать таковым мое попадание сюда.
Линия на оттиске была именно такой, какой и должна была получиться. Черточка-утолщение-смещение-черточка. Даже при небольшом нажиме. Чего уж ждать от полноценного пресса?
— Черт.
Я сжала губы, отложила лист в сторону и снова полезла в форму.
Снова и снова вытаскивала куски, перебирала, перекладывала, заменяла, собирала.. Пробовала. Да, я понимала бессмысленность. Но так лучше думалось.
Я откинулась на спинку стула и потерла лицо руками, забыв о краске на пальцах. В голове уже гудело от усталости, спина болела. Но я понимала только одно: даже если я захочу склеить эти куски, результат получится отвратительный. Мне нужна цельная линейка.
Так, ладно.. Шило-мочало.. Последний набор дал меньше всего клякс. В паре мест только разошлись при нажиме, как будто соскользнули. А если.. Если подпереть их не металлом, скажем, деревом?
Я огляделась. Под рукой ничего подходящего не было, кроме хлама в углу. Доски, обрезки, сломанные литеры.
Взгляд упал на длинную узкую деревянную планку — перегородку от старого кассового ящика. Ровная, сухая, с чуть засаленной от времени кромкой. Достаточно тонкая.
— Сгодишься для эксперимента, — буркнула я.
Плотно втиснула эту планку позади собранной линейки и зажала форму. Снова маца. Снова лист. Скалка.
Если бы!