Страница 54 из 59
Глава 45. Пепел и надежда
Утро выдалось серым, без дождя. Анна стояла у окна спальни, смотрела на сад. Капли вчерашнего дождя блестели на листьях, стекали на землю. Михаил спал — она слышала его дыхание за спиной и не оборачивалась, боясь нарушить тишину.
Вчерашние слова всё ещё звучали в голове: «Я люблю тебя». «Я тоже». Просто. Ясно. Но где‑то внутри оставалось сомнение — не страх, а осторожный вопрос: «А что дальше?»
— Ты уже проснулась? — его голос, хриплый со сна, заставил её вздрогнуть.
— Да, — ответила она, не оборачиваясь. — Не спится.
Он подошёл сзади, обнял. Она почувствовала тепло его тела и невольно расслабилась.
— О чём думаешь? — спросил он.
— О будущем, — честно ответила она. — Страшно.
— Мне тоже страшно, — сказал он. — Но мы вместе. Это уже много.
Она повернулась. Его лицо выглядело уставшим — не от бессонницы, а от чего‑то более глубокого. От груза, который он носил давно.
— Ты не жалеешь? — спросила она. — О том, что связался со мной? Столько проблем, столько врагов…
— Ты не проблемы, — он провёл пальцем по её щеке. — Ты смысл.
Она улыбнулась. Не той дежурной улыбкой, которую надевала как маску, а настоящей — короткой, чуть растерянной.
Позже, когда Михаил уехал по делам, Анна решила прогуляться одна. Охрана следовала за ней на расстоянии — она знала это, но старалась не замечать. Хотелось тишины.
Она шла по саду, вдыхала сырой воздух, смотрела на голые ветки деревьев. Ничего особенного — просто деревья после дождя. Но в этом было что‑то успокаивающее.
— Анна!
Она обернулась. К ней бежала Марина — живая, здоровая, с растрёпанными волосами и слишком яркими глазами.
— Ты! — Марина обняла её, чуть не сбив с ног. — Спасибо, что не бросила.
— Что ты, — Анна обняла в ответ. — Это ты держалась молодцом.
Они отошли к скамейке, сели. Марина рассказывала о своём побеге, о страхе, о том, как Глеб сходил с ума. Анна слушала, сжимая её руку. В какой‑то момент поняла, что её собственная боль не исчезла, но перестала быть единственной.
— А ты как? — спросила Марина. — Я слышала, у вас с Михаилом всё серьёзно?
— Серьёзно, — кивнула Анна. — И страшно.
— Всегда страшно, — вздохнула Марина. — Но если не рисковать, можно и не жить вовсе.
Вечером Анна вернулась в особняк. Михаил ждал её: сидел в кресле у камина, листал какие‑то бумаги. Увидев её, отложил их в сторону.
— Хорошо погуляла?
— Да, — она села рядом. — Марина приходила.
— Знаю, мои люди доложили. Она в порядке?
— Да. Она сильная.
— Как ты, — сказал он, беря её за руку.
Она посмотрела на их сплетённые пальцы. Её рука — с тонкими шрамами, его — с мозолями и старыми ожогами. Две жизни, сплетённые в одну.
— Михаил, — начала она. — А что будет, когда всё утихнет? Когда не останется врагов, угроз, интриг? Что будет с нами?
Он задумался. Долго. Потом сказал:
— Не знаю. Но я хочу, чтобы ты была рядом. Остальное — разберёмся.
— Этого достаточно, — прошептала она. — Пока достаточно.
Он притянул её к себе. Она прижалась к его груди, слушая, как бьётся сердце — ровно, спокойно. В камине потрескивали дрова. За окном шумел сад. Где‑то далеко стихали отголоски прошлого.
Анна закрыла глаза. Впервые за долгое время она не думала о том, как выжить. Она просто была здесь.