Страница 41 из 82
Глава 8
Улица Треножников. Памятник Лисикрату в Плаке
Этот памятник сохранил всё свое изящество на протяжении веков. На первый взгляд, он имеет вид небольшого храма или вотивного святилища. Вдоль фриза, в верхней части памятника, изображены сюжеты мифологических приключений бога Диониса
[50]
[На фризе изображен один сюжет из жизни Диониса — превращение пиратов, похитивших бога, в дельфинов.]
. В последующие за античным периоды истории назначение этого памятника оставалось непонятным. В рассказах иностранных путешественников и в народной традиции это небольшое здание обрело известность как «Фонарь Диогена» или «Фонарь Демосфена». Даже сегодня те, кто смотрит на него, не зная его истории, с трудом понимают его первоначальное назначение. Археологические путеводители, с их языком для посвященных, в этом не особо помогают. Неопытный турист, читая фразы вроде «пьедестал хорегического треножника, воздвигнутого в честь победы в дифирамбических состязаниях», вряд ли поймет, о чем идет речь. А ведь памятник Лисикрату уже более двух тысячелетий является свидетелем афинской истории. Неподвижно стоящий на своем квадратном пьедестале, в то время как всё вокруг неоднократно менялось, он был свидетелем самых разных событий — великих и малых. Здесь проходили процессии в честь Диониса, памятник оказался на территории монастыря, позднее разрушенного; в нем жил лорд Байрон, сделавший его своим кабинетом, а сейчас он стоит в одиночестве, последний выживший свидетель истории, окруженный столиками баров и ресторанов. Он возглавляет оживленный микрокосм — обсаженную деревьями небольшую площадь под названием Πλατεία Λυσικράτους — площадь Лисикрата, которая, в свою очередь, является центром другого микрокосма — старого района Плака, ставшего в наши дни самым туристическим районом города.
Хорегический памятник Лисикрата, или «фонарь Диогена». 334 год до н. э.
От площади Лисикрата начинается улица под названием «улица Треножников» (Οδός Τριπόδων). В туристических путеводителях написано, что это самая старая из известных улиц в мире. На самом деле она не меняла названия и проходит по одному и тому же маршруту на протяжении тысячи лет. Во времена римских императоров по ней ходил путешественник Павсаний, упомянувший ее в своем «Описании Эллады»: «От Пританея есть дорога, которая называется „Треножники“; эта местность потому так называется, что там много храмов богов… <не> больших и в них стоят треножники, медные, но представляющие по работе очень много достойного запоминания». Поэтому мы должны представить себе на этой улице, вместо таверн и сувенирных лавок, длинную череду памятников, поднимающихся к Акрополю. Все эти памятники, с бронзовым треножником на вершине, свидетельствовали о славе триумфаторов поэтических состязаний Великих Дионисий
[51]
[Великие, или Городские, Дионисии (в конце марта — начале апреля, весеннее равноденствие) включали торжественные процессии в честь Диониса, состязания трагических и комических поэтов, а также хоров, исполнявших дифирамбы.]
. Сам треножник был призом для победителей. Его вручали хорегам — частным спонсорам, оплатившим расходы на выступления. Они были если не обязаны, то, по крайней мере, ощущали моральный долг посвятить треножник городу, сделать его еще более красивым и величественным, поставив на пьедестал, который был тем помпезнее, чем выше был авторитет посвящающего.
Именно так поступил Лисикрат, хорег представления дифирамбических хоров. На Великих Дионисиях, собственно, происходили не только состязания между трагическими и комическими поэтами. Еще более пышными были состязания между хорами, которые танцевали и пели дифирамбы. Дифирамб — очень древняя песнь в честь Диониса. Название объяснял центральный миф священной дионисийской истории. Семела, фиванская царевна, по преданию, была оплодотворена Зевсом, который всегда овладевал ею в темноте, никогда себя не показывая. Но однажды Семела по недосмотру Геры, супруги Зевса, которая на самом деле хотела избавиться от соперницы и ее нерожденного ребенка, потребовала от владыки Олимпа в качестве доказательства любви разрешить ей увидеться с ним. Зевс, связанный клятвой, явился во всём своем великолепии, но его сила, воплощенная во вспышке молнии, испепелила Семелу. Тогда отец богов взял плод, находившийся во чреве своей возлюбленной, разорвал свое бедро и зашил его внутрь, чтобы продолжить свой род. Наконец на девятом месяце он родил. Так появился на свет младенец Дионис, прошедший через «две двери» (θύρας). Поэтому дифирамб (διθύραμβος) интерпретировался как песня о «двойной двери», то есть о двойном рождении бога.
Эта древняя этимология, несомненно, ложная. Но так или иначе, дифирамб всегда оставался связанным с моментом священного рождения. Рассказывали даже, что Тимофей Милетский, знаменитый поэт-нонконформист, выступавший в Афинах с конца V века до новой эры, имитировал родовые муки Семелы во время одного из представлений. Часто случалось, что авторов дифирамбов обвиняли в некоторой экстравагантности. Аристофан любит высмеивать их в своих комедиях, обвиняя в сочинении непонятной музыки, слишком авангардной, и еще более непонятных текстов, полных смелых метафор и сложных слов. Он изображает их парящими в воздухе, в облаках, пытающимися на лету уловить хлипкие музыкальные мелодии. Но, конечно, доверять шуткам поэтов-комиков можно лишь до определенного момента. На самом деле среди авторов дифирамбов для афинских праздников мы находим всех величайших поэтов того времени. Такие имена, как Симонид, Вакхилид, Пиндар, представляли собой абсолютные вершины греческой хоровой лирики. Исполнение их песен во время Великих Дионисий было моментом величайшей торжественности, в который был вовлечен весь город.