Красота внутри

Глава 19

Перед отъездом Хьюго Гаррет заперся в кабинете с Вероникой и управляющим, чтобы выслушать краткий отчет о делах и помочь начинающей помещице советом. Как ни странно, он велел присутствовать не Альберту, которого это касалось напрямую, а Диего.

Впрочем, Альберт не возражал, Диего не удивлялся, лишь родителей Доминики заинтриговало такое поведение. Но, как и свойственно аристократам, свое любопытство они почти ничем не выдали и уж тем более не стали ни о чем спрашивать. Лезть в семейные дела считалось неприличным.

— Что ж, пока все идет даже лучше, чем я рассчитывал, — дослушав, сказал он, с довольным видом откинулся на спинку кресла и закурил сигару. — Вы двое отлично сработались, если честно, не ожидал.

— Отчего же? — вежливо поинтересовался Ли Барри.

Его лицо, как обычно, прятало эмоции не хуже лица профессионального игрока в покер. Вероника же еле справлялась с собой: то ей хотелось спорить, то оправдываться, а когда Гаррет-старший их похвалил, она почувствовала себя так, словно сдала очень сложный экзамен.

— Как же, голубчик: вы не привыкли принимать женщин всерьез, а вы, моя милая, к тому, что люди низкого происхождения смеют вам перечить, — жестом он велел обоим молчать, не пожелав слушать возражений. — Но давайте поговорим об этом в другой раз, нужно закончить текущие дела. Только сперва я бы хотел услышать мнение Диего, если хозяева не против.

Вероника не возражала, тем более, ей-то мнение этого господина довелось узнать еще накануне, когда они остались в усадьбе вместе с Родриго Агиларом. Тогда она втайне порадовалась, что в свое время Доминике удалось избежать брака с ним — этот человек видел в поместье лишь источник дохода и не стал бы никого слушать и ничего беречь.

— Я абсолютно не смыслю в сельском хозяйстве, — ответил Диего уклончиво. — Могу только заметить, что зря господин Барри не присмотрелся к техническим новинкам. Хрустальные люстры и мраморные статуи, бесспорно, хороши, но за те же деньги вместо них можно было бы приобрести новые плуги, сенсацию последней выставки в Преке.

— Не понимаю, откуда в тебе этот аскетизм! — хохотнул его отец. — Если леди Доминика захочет плуги, будут ей плуги, и даже не понадобится для этого люстры продавать.. Кстати, о расходах. Мне недавно пришло письмо с вашей просьбой, по поводу выкупа долга. Признаться, идея экстравагантная..

Внутри у Вероники все сжалось. Сейчас наверняка откажет, еще и на смех подымет при Диего и, что еще хуже, при управляющем. Но Хьюго Гаррет заявил, что готов выделить средства.

— Наша милая невестка настолько очаровала вас, что вы готовы выбросить на ветер такую солидную сумму? — усмехнулся Диего.

— Узко мыслишь, сын. Даже если все деньги уйдут в чистый убыток, можно представить это как добровольное пожертвование. — Хьюго Гаррет окинул ее пристальным взглядом. — Милосердие сейчас в моде, возможно, леди Доминика в будущем займется благотворительностью. Это позволит завести новые связи и уважение в определенных кругах.

— Прошу прощения, но убытка не будет, — вмешалась Вероника. — Со временем я верну вам все до последнего гроша, только дайте срок, пока имение начнет приносить доходы.

— Не желаю впредь слышать ничего подобного! — неожиданно вскинулся господин Гаррет. Глаза его метнули молнии, и Вероника едва не вскрикнула, испугавшись этой внезапной вспышки гнева. — Я тебе не ростовщик, и никаких долгов друг перед другом у нас нет и быть не может! Это деньги семьи, а ты — ее часть. Запомни это раз и навсегда.

«Ясно, придется все-таки отрабатывать, — подумала она с тоской. — Прыгать по их приказу, как дрессированная мартышка. Ну хоть людям помогу, раз он расщедрился».

Однако щедрость Хьюго Гаррета оказалась небезграничной: денег он выделил много, но далеко не всю сумму. Выкупить предстояло только часть долгов, и Веронике предлагалось самой решать, кому из арендаторов помогать.

Ли Барри пообещал в ближайшие дни составить наиболее подробные списки и не давить на хозяйку. Господин Гаррет желал поглядеть, как она распорядится средствами.

Проводив его и Диего, она сказала домашним, что хочет немного отдохнуть, и вернулась в дом, оставив Альберта и Бекки пить чай на веранде. Видеть никого не хотелось: принимать гостей было весело, но утомительно и нервно, а разговор с Хьюго Гарретом добил окончательно.

Наслаждаясь тем, что никто ее не трогает, ничего не просит, не ждет внимания или распоряжений, Вероника бездумно бродила по пустым комнатам. Миновав бальный зал и соседнюю с ним гостиную, она свернула в помещение, которое отремонтировали по ее же просьбе, и которым она так ни разу и не воспользовалась.

Это был небольшой по местным меркам, но вполне просторный кабинет, переделанный под танцевальный класс — пережиток тех времен, когда девочки в дворянских семьях обучались дома. К счастью, Ли Барри решил посоветоваться с хозяевами, прежде чем переоборудовать его, и Вероника велела оставить комнате ее назначение.

Она зашла внутрь, прикрыв за собой дверь, не скрипнувшую тщательно смазанными петлями. Вдохнула запах свежеотремонтированного помещения и мастики. Прошлась по безупречно ровному паркету, отразившись в огромных настенных зеркалах. Скользнула ладонью по гладкому дереву балетного станка. Замерла, разглядывая себя в полный рост.

Со времени, когда она в последний раз посещала занятия танцами, Вероника сильно изменилась. Заметно похудела, похорошела, даже как будто стала взрослее. Приятная молодая дама, элегантная и ухоженная. Она и не заметила, когда успела стать такой.

К счастью, массу кружев и рюшей светлых тонов полагалось носить юным девам, к замужним дамам мода была благосклоннее. Легкое летнее платье песочного цвета с прямой юбкой, глубоким вырезом, открывающим ключицы, и короткими рукавами не сковывало движений и подчеркивало женственную округлость фигуры. В нем было бы гораздо удобнее танцевать, чем в бальных доспехах дебютанток, напоминавших орудие пыток.

Вероника вдруг осознала, как сильно ей не хватает движения (ежедневная беготня по лестницам и коридорам особняка не в счет). Надо бы, в самом деле, попросить Альберта выписать преподавателя и подучиться местным танцам — наверняка он не откажет. Или заняться верховой ездой, это точно лишним не будет, да и принц приглашал..

— Не помешал? — дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели мелькнули рыжие вихры и любопытный глаз.

— С каких это пор ты начал спрашивать разрешения? Заходи, раз пришел. Только давай о делах пока не будем, хорошо? Я планировала отдыхать весь остаток дня.