Сломленные во тьме

— Отлично. — Он наклоняется, касаясь моих губ. Поцелуй начинается нежно, но быстро становится жадным, всепоглощающим. Я обвиваю руками его шею, притягивая к себе, наш языки встречаются, исследуя, пробуя, наслаждаясь. Он медленно отстраняется, в глазах — озорной блеск, пока он скользит вниз. — Скажи ещё раз, что ты этого хочешь.

Сердце бьётся чаще, но не от страха. От возбуждения.

— Я хочу этого.

Он приподнимает мой топ, обнажая живот, и его губы касаются кожи снова и снова. В животе вспыхивает огонь, пальцы впиваются в одеяло — я никогда ещё не чувствовала такого нетерпения.

Он медленно движется ниже, не торопясь, погружая меня в туман желания. Его пальцы находят молнию на моих штанах.

— Я сниму их. Хорошо?

— Хорошо. — Я уставилась в потолок, сердце бешено колотится.

— Скарлетт.

— Да?

— Что я сказал?

О чём он? Я лихорадочно соображаю. Я уже ошиблась? Всё испортила...

— Смотри на меня, красавица. — Мои глаза встречаются с его. — Я хочу, чтобы ты видела всё, что я буду с тобой делать. Чтобы ты была здесь, только со мной. Ты здесь?

— Я здесь, — выдыхаю я.

Он стягивает штаны, я приподнимаю бёдра, помогая ему, пока они не оказываются на полу. Нервы дрожат, когда он смотрит на мои чёрные трусики, не отводя взгляда. Его большие пальцы заходят под резинку.

— Теперь я сниму их. Хорошо?

— Д-да.

Он аккуратно стягивает ткань. Прохладный воздух касается обнажённой кожи, а он застывает между моих ног, его взгляд вспыхивает первобытным огнём. Но он откашливается и медленно опускается ниже, его лицо — прямо у самой интимной части меня. Пульсация между ног становится невыносимой, я непроизвольно сжимаю бёдра.

— Раздвинь их для меня, малышка. Дай мне увидеть всю тебя.

С выдохом я расслабляюсь, позволяя ему доступ.

Он облизывает губы, не отрывая глаз.

— Какая хорошая девочка.

Медленно он опускается, его язык скользит по мне, одним долгим, размереным движением.

— О-о-о… — вырывается у меня от незнакомого, но приятного ощущения.

— Сейчас я доведу тебя до оргазма, жёнушка. — Он берёт мою руку, сжимая. — Не забывай: смотри на меня.

И затем он погружается между моих ног, словно я — его любимое блюдо, от которого не останется ни крошки.

— Лео… — я задыхаюсь, извиваясь от наслаждения.

Это неописуемо.

Так хорошо.

Но также… слишком интенсивно.

Как будто я вот-вот взорвусь.

Но я хочу разлететься на части.

Хочу потерять контроль.

С головой мужа между ног.

Я закрываю глаза, погружаясь в это всепоглощающее ощущение, но Лео останавливается — и я вспоминаю его слова прежде, чем запаниковать.

«Я хочу, чтобы ты видела всё, что я буду с тобой делать».

Я открываю глаза, замечаю его усмешку, прежде чем он возвращается к своему занятию.

— О, Лео… Это так приятно… — стону я.

Мои слова только подстёгивают его. Его язык кружится внутри, затем снаружи, находит самый чувствительный участок.

— Ты такая сладкая на вкус.

Я сжимаю его руку, из моего рта вырываются бессвязные слова.

— Да… Я почти… Сейчас… — Спина выгибается, бёдра дрожат. Его пальцы впиваются в мои бёдра, удерживая на месте, а вторая рука сжимает мою. Его губы скользят вверх, он сжимает клитор, и я разлетаюсь на части, падая в тёмную бездну, пока не оказываюсь на диване, обессиленная, часто дыша. Лео выжимает из меня последние капли оргазма, прежде чем отстраниться и нависнуть надо мной.

Ох… Просто… ох.

Я и не представляла, что так может быть.

Что это может быть так освобождающе.

Так… вселяюще силу.

Его глаза не отпускают меня, пока он поднимается выше, располагаясь надо мной.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает он, ладонь касается моей щеки.

Я моргаю, сгоняя слёзы, на губах — маленькая улыбка.

— Лучше некуда.

Когда туман страсти рассеивается, я понимаю: наверное, он ждёт, что я сделаю что-то взамен. Я сглатываю ком в горле.

— Ты хочешь, чтобы я…

— Нет, — быстро отвечает он, нежно целуя меня. — Твоё удовольствие — моё удовольствие. Всё просто, Светлячок. — Он ложится рядом, обнимает за талию, притягивая к себе. Я прижимаюсь лицом к его груди, а он накрывает нас одеялом.

— Спасибо, Лео, — шепчу я. — За то, что терпелив со мной. За то, что я не чувствую себя такой… — Одинокой. Но я останавливаюсь, не договаривая. — Я просто… Не думаю, что смогла бы пройти через всё это без тебя.

Его губы касаются моего лба, объятия крепнут.

— Те семь лет без тебя были не жизнью, а существованием. Теперь, когда ты снова со мной, я не потеряю тебя. Никогда. Потому что ты для меня всё. — Его поцелуй на моей коже разливается теплом. — Всё.