Страница 90 из 96
61. Вызов в Симбирск
Утро началось с того, что Елисей принес два письма. Я сидела за столом, пила чай и просматривала свои записи в тетради, когда он положил передо мной конверты.
— С почтой принесли, барышня, — сказал он. — Одно от того самого.. как его.. Аксакова. А второе — с большой печатью.
Я взяла верхний конверт. Знакомый почерк, плотная бумага. Аксаков. Я отложила его в сторону — читать не хотелось. Что он мог мне написать? Опять про свою нареченную, про поиски, про просьбы. Не до него сейчас. Я положила его комод в гостинной.
Второе письмо было другим. Серый конверт, сургучная печать с гербом — двуглавый орел. Я повертела его в руках, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
— От кого бы? — спросила Домна, подходя.
— Не знаю, — ответила я. — Тут печать казенная.
Я вскрыла конверт, развернула лист. Бумага была плотная, с водяными знаками. Текст написан казенным, ровным почерком.
«Ея Высокоблагородию, Ольге Семеновне Заплатиной.
Вам надлежит явиться в Симбирск, в Присутствие по делам дворянским, для выяснения обстоятельств вашего наследства. При себе иметь документы, подтверждающие личность и права на имение. Неявка в указанный срок будет расценена как отказ от наследства.
Губернатор Симбирской губернии
Н. П. Дубенский»
У меня опустились руки. Срочный вызов, а у меня ни документов, ни даже толкового платья, чтобы показаться в губернском городе.
Я без сил опустилась на стул..
— Ольга? — Домна склонилась надо мной. — Что случилось?
— Вызов, — прошептала я. — Губернатор требует меня в Симбирск. Для выяснения обстоятельств наследства.
Домна без сил опустилась на стул.
— А если не поехать?
— Откажут в наследстве. Имение отойдет казне, а мы с тобой, видимо, пойдем жить в лесную избушку, только теперь вместе с Прасковьей и Елисеем.
Я сидела, смотрела на письмо. Руки дрожали. Налог, который мы не могли выплатить, теперь дополнялся вызовом к губернатору. Что он хотел от меня? Проверить, кто я такая? Уличить в обмане? Потребовать выплатить сразу всю сумму долга?
— Собирайся, — сказала я, вставая. — Завтра едем.
— Куда? — спросила Домна.
— В Симбирск.
---
Весь день прошёл в сборах. Отобрали платья из шкафа моей предполагаемой матушки. Я велела Елисею готовить карету, которая осталась от родителей Ольги. Она стояла в сарае, накрытая холстиной, пыльная и старая. Трех спокойных лошадей взяли на время у крестьян. С собой еще возьмем две телеги, по пути обратно, если не отнимут имение, нужно будет купить много всего необходимого.
Ивана Ивановича я взяла сопровождающим. Дорога неблизкая, нужен человек, который знает тракт, умеет договариваться на постоялых дворах и не потеряется в незнакомом городе. Домна ехала со мной — куда же я без нее. И для охраны телег, я попросила Ивана Ивановича, найти надёжного парня. Он привёл Добрыню — молодого крестьянина из Алешкино, широкоплечего, спокойного, с тяжелыми, мозолистыми руками.
— Он тихий, барышня, — сказал Иван Иванович. — Но ежели что — уложит любого.
Добрыня поклонился, ничего не сказал. Мне такие люди нравились.
Деньги взяли все — часть от продажи копченой рыбы, часть что успели собрать в виде оброка.
---
Ночь я не спала. Лежала в своей постели, смотрела в потолок, слушала, как внизу возится Прасковья на кухне, как скрипит половицами Елисей. Старики тоже не спали, они также переживали за дальнейшую судьбу имения. Васька спал у меня в ногах, свернувшись клубком, и его урчание немного успокаивало.
— Василий Петрович, — прошептала я. — Что же будет?
Кот мотнул хвостом, и даже не поднял головы.
Под утро я задремала, и когда за окном засерело, меня разбудила Прасковья.
— Вставайте, барышня. Пора.