Страница 79 из 96
— Ох, — он вдруг широко улыбнулся, и лицо его стало по-детски светлым. — Вот спасибо. А то мужики наши уже заждались, когда хозяйка объявится. В праздности сидеть не привыкли — работать хотят. И землю пахать, и рыбу ловить, и строить.
Он встал, поклонился.
— Не подведем, барышня. Кровь с носу, а коптильню поставим.
Я улыбнулась. Впервые за долгое время я встретила человека, которому хотелось верить без опаски.
— Иван Иванович, — сказала я, — оставайтесь обедать. Прасковья щей наварила.
Он смутился, покраснел, замахал руками.
— Да что вы, барышня, мне неловко..
— Садитесь, — повторила я. — У нас за столом свои, чужих нет.
Он сел, и за обедом рассказал ещё много — про каждый двор в Алешкино, про мельницу, которую можно отремонтировать, про пасеку, где теперь ни одного улья. В словах его чувствовалась такая доброта и любовь к земле, что я поняла: с ним мы не пропадём.
— Так вы, барышня, — закончил он, — не бойтесь. С Божьей помощью и с нашими руками — всё наладится.
Я кивнула, и на душе стало теплее.