Страница 2 из 34
Глава 1
Глава 1
Десятью часами ранее.
Элика
Охота - словно огонь, струящийся по венам солью, наполняя сердце азартом, а разум сосредоточенностью. Я ощущала притяжение этой игры, где каждый миг на счету.
Свист лезвия, рассекающий пряный воздух, заставил меня пригнуться, инстинктивно уклоняясь от удара. Сделав подсечку, сбила с ног противника, его тело отлетело в сторону, словно листья под дуновением осеннего ветра. Ловкий кувырок, и вот уже лезвие моего клинка блестело у его шеи, как искра на острие пламени. Победа опьяняет, но порой трезвость - лучший учитель
Что-то ты сегодня не в форме, Кассиан! - скачок ядовитого смеха прервал напряжение.
Вудман, с ухмылкой на устах, выставил одного из своих охотников посмешищем перед остальными.
Я подала проигравшему руку, но тот, взъяренный, намеренно её проигнорировал, в прыжке вскочив на ноги, словно дикий котяра, готовый к следующему прыжку. Его движения были полны грубой силы и непреклонной решимости.
- Кассиан, тебя одолела мелкая, деревенская девчонка? Не теряешь ли хватку, сынок?
Кассиан стиснул челюсти, глаза его вспыхнули, как угли в камине, готовые к вспышке. Я могла почти почувствовать, как его гордость, неподатливая и упрямая, выползала на свет, обретая опасные последствия. Вудман, вспомнив, кто стоит перед ним, смягчил голос, в попытках отступить от грани, на которую сам же и толкнул сына. Но Кассиан, как всегда, оказался слишком горд, слишком строптив.
Девчонка, которую ты тренируешь с детства? - произнес он, выплевывая слова с такой ядовитой ненавистью, что мне показалось, будто он готов растоптать меня взглядом. Я почувствовала, как кровь прилила к вискам.
Вудман пожевал губами, усмехнувшись.
- Я и тебя тренирую, но ты всё ещё пасуешь на мелочах! - сказал он с легкой насмешкой, пренебрежительно оглядывая сына. Затем его взгляд переместился ко мне, он улыбнулся:
- Без слов. Лучшая.
Эти слова, тихие, как шелест листьев, но сильные как ливень, заполнили пространство между нами. Я знала, что между этими двумя всегда будет борьба, и я оказалась в центре их конфликта.
Вудман отвёл меня в сторонку. Первые лучи солнца озарили поляну. В поле шелестели травы, пьяные ароматы медуницы кружили голову, а терпкий ладан ощущался сладкой сухостью на губах.
Я огляделась вокруг, заметив, как утренний свет, пробивался сквозь листву, создавал на земле причудливые узоры из теней и света. Птицы, распевали свои утренние гимны, словно приветствовали новый день, их весёлое щебетание сливалось с тихим шелестом листвы.
Вдалеке распласталась журчащая речка, её прозрачные воды переливались в лучах солнца, как искрящиеся драгоценности.
- Ты знаешь, я люблю тебя как дочь.
Я это знала и любила его ответной любовью как отца. Его забота была для меня светом в темном царстве одиночества, и каждый взгляд, полон нежности, придавал сил. Я чувствовала, как его слова наполняют мою душу надеждой, заставляя мечтать о свободе, о жизни вдали от этого страшного места
-Девочка, на днях мы уходим, на север. Я заберу тебя. Знаю, твой хозяин будет против, но, я собрал золото, уверен он не откажет. Я знаю что ты терпишь в этом доме... видел ссадины и синяки.
Я опустила взгляд. Он ничего не знает... Хозяин меня не отпустит... и причина не в золоте.
Страх сковывал меня, но в его глазах я видела искренность, готовность бороться за меня, даже если это значит столкнуться с его гневом.
-Элика! Вот дрянная девчонка, где ты?
Услышав голос тётки Айраты, испуганно встрепенулась.
Мне надо идти!Беги, и помни: я тебя заберу!
В доме вкусно пахло медовыми пирогами. На плите скворчало жаркое. В кухне, я сразу попала под горячую руку Айраты.
- Несносная дрянь! Где только носит тебя с утра пораньше? Снова с этими «дикими» у реки сидела?
Айрата с ухмылкой пожала плечами.
«Дикими» в деревне прозвали охотников, которыми командовал Вудман. Они единственные, кто осмеливался протоптать тропы в кривом лесу, остальная деревенская беднота предпочитала держаться подальше от этого зловещего места.
Лес представлял собой непролазные чащи, сплошь заполненные туманом, где обитали существа, словно созданные самой тьмой. Деревья там были искривлены, их сучья напоминали кости, а шорохи под ногами заставляли сердце замирать. Говорили, что некоторым охотникам не суждено было вернуться, и их голоса в безмолвном крике иногда слышались среди холодной ночи.
Охотники с Вуданом пренебрегали страхом; они искали то, что другие боялись даже представить.
Они искали древние артефакты, которые ротом можно было задорого продать.
- Принимайся за работу, Господа не будут ждать!
Вместе с другими слугами, переставляла тарелки с блюдами на поднос. Пироги медовые, румяные и душистые, с мягким тестом и жидким золотистым наполнителем, переливались на свету.
Кулебяки, щедро отделанные зеленью, с мясом, запечённым в нежном песочном тесте, выглядели так аппетитно, что мне хотелось ускользнуть с одной из них. Цесарки в чесноке и сливках, источающие аромат укоренившихся в нашем доме традиций, притягивали взгляд своими блестящими, подрумяненными кожицами.
С подносом в руках вошла в гостиную. Святое, достопочтенное семейство уже восседали за огромным, дубовым столом. Все кроме хозяина
- Доброе утро, приятного аппетита!
Как всегда пожелала я, но хозяйка, шире улыбнулась, подзывая меня к себе. Ее глаза сверкали, словно свет звёзд, неожиданно обретших земное тело.
- Подойди ко мне, Элика.
Мне стало страшно, неужели...
- Покажи мне свои руки.
Внутри всё сжалось! Она видела на ладонях мозоль от рукоятки..
- Ты что, снова водилась с этими охотниками? Я же запретила тебе!
Хозяйка придирчиво оглядывала мои ладони. Ее холодные тёмные глаза источали злобу, словно черные ямы, готовые поглотить свет. В них притаилась жгучая ненависть, разжигаемая каждым моментом моего непослушания.
- Нет, госпожа, я не... начала оправдываться, совершенно позабыв о её наставлении, которое шептали мне в уши, как молитву. Каждый раз, когда она говорила, мир вокруг гас, оставляя только её властный голос, разрывающий тишину. Я волнительно теребила край своей нижней юбки, ища нужные слова, но они ускользали, как вода сквозь пальцы.