Страница 27 из 31
Глава 20
Прошла неделя. Семь дней, которые тянулись как семь лет. Я продолжала жить у Лены, спала на узком диване в гостиной, отдав ей комнату обратно. Каждое утро просыпалась от того, что её кот Барсик топтался у меня на груди, требуя завтрака.
Университет стал для меня испытанием. Я механически вела лекции, отвечала на вопросы студентов, проверяла работы. Но в голове постоянно крутился один вопрос: где Денис? Он не появлялся на парах всю неделю. Впервые за всё время нашего знакомства.
«Может, заболел?» — спрашивала себя я, тут же одёргивая: «Тебе какое дело? Ты сама решила закончить это безумие».
Но мысли не слушались. В столовой я невольно искала его в толпе, в коридорах вздрагивала, когда слышала похожий голос. Даже его одногруппники стали поглядывать на меня как-то странно — то ли с любопытством, то ли с осуждением.
Лена старалась не лезть с расспросами, но по вечерам, когда мы сидели на её крохотной кухне, её взгляд говорил сам за себя: «Ну и как ты?»
— Может, позвонишь ему? — наконец не выдержала она в пятницу вечером, разливая по бокалам красное.
— Нет, — я резко отрезала, слишком резко. — Это кончено, Лен. Окончательно.
— Но если он…
— Я сказала, нет! — бокал в моей руке дрогнул, и вино расплескалось по столу. — О чёрт, прости…
Я бросилась вытирать тряпкой красные капли, похожие на кровь. Лена молча наблюдала, потом вдруг сказала:
— Он звонил мне. Вчера.
Мои пальцы замерли. Сердце бешено заколотилось.
— И?
— Спрашивал, как ты. Говорил, что… — она замялась, — что скучает и…
Я резко встала, опрокинув стул.
— Лена, пожалуйста! Не надо! Я не хочу это слышать!
Я убежала в ванную, захлопнула дверь и включила воду, чтобы заглушить собственные рыдания. В зеркале передо мной стояла незнакомая женщина с красными глазами и синяками под ними.
«Соберись, тряпка», — прошептала я своему отражению. — «Ты сделала правильный выбор. Это невозможно. Это безумие».
Но почему тогда каждую ночь я просыпалась от того, что мне снились его руки? Почему моя кожа помнила каждое его прикосновение, а губы — вкус его поцелуев?
Я скучала, безумно скучала по Денису. Но неизвестность в отношениях с ним страшила меня, как будто я стояла на краю пропасти. Последовать за чувствами — всё равно что сделать шаг вперёд. В неизвестность.
Для меня это было сложно.
В понедельник, когда я шла на первую пару, в холле университета меня остановила завкафедрой, Лидия Петровна.
— Мария Ивановна, ко мне в кабинет, пожалуйста. Срочно.
Её тон заставил меня похолодеть. В кабинете уже сидел декан, его лицо было непроницаемым.
— Садитесь, — указал он на стул. — У нас к вам неприятный разговор.
Я опустилась на стул, чувствуя, как подкашиваются ноги. Сердце стучало так громко, что, казалось, его слышно в тишине кабинета.
— Речь идёт о ваших… отношениях со студентом Денисом Костровым, — начал декан. — Поступило анонимное заявление.
Мир поплыл перед глазами. Я сжала подлокотники кресла, чтобы не упасть.
— Я… не понимаю, о чём вы, — прошептала я.
— Мария Ивановна, — вздохнула Лидия Петровна, — мы ценим вас как преподавателя. Но вы же понимаете, что такие связи… Они подрывают репутацию университета.
— Какие связи? — голос мой дрожал. — Ничего не было! Это клевета!
Мои ладони стали влажными.
— Нам поступило анонимное сообщение, — продолжил декан. — С видео… компрометирующего характера.
Он открыл ноутбук. На экране — мы с Денисом. Мы целуемся в парке возле университета. Камера дрожит, но лица различимы.
— Это… — я сглотнула ком в горле. — Это было до того, как он стал моим студентом. Мы больше не встречаемся.
Декан покачал головой:
— Время на видео датировано, и судя по дате, это было на прошлой неделе. Факт остаётся фактом — преподаватель и студент. Аноним обещает опубликовать это, если мы не примем меры.
Лидия Петровна вздохнула:
— Маша, мы ценим тебя. Но университет не может рисковать репутацией.
Я смотрела на свои дрожащие пальцы. Кто мог это сделать? Отец Дениса? Один из студентов? Или…
— Я подам заявление по собственному, — прошептала я.
Лидия Петровна вздохнула, её взгляд стал чуть мягче.
— Это, пожалуй, лучший выход. Чтобы избежать скандала.
Я вышла из кабинета, едва держась на ногах. В коридоре столпились студенты, их любопытные взгляды кололи острее иголок.
В раздевалке я опустилась на лавку и закрыла лицо руками. Телефон в кармане завибрировал. Не глядя, я ответила:
— Да?
— Маша. — Его голос. Тот самый, от которого всё внутри сжималось. — Нам нужно поговорить.
— О чём? — прошептала я. — О том, что ты разрушил мою жизнь?
— Я позвонил, сказать, что сам разберусь, — он сделал паузу. — Никакое заявление писать не надо.
— Скажи спасибо своему отцу.
— Мой отец ни при чём, — уверенно ответил Денис.
— Тогда кто? Хотя неважно, — я сглотнула слёзы. — Я всё равно уже написала заявление.
— Маша, ну зачем. Я…давай увидимся. Поговорить надо.
— Нет. Не хочу. Хватит с меня. Как ты появился, вся моя жизнь наперекосяк пошла.
Я нажала на красную кнопку. Потом выключила телефон совсем.
В зеркале напротив я увидела своё бледное лицо. Всё кончено. Карьера. Любовь. Всё.
Осталось только собрать вещи из кабинета и уйти. Навсегда.
Наверно, так и начинается новая жизнь. С полного нуля.