Лабиринты моих снов

Глава 42

Амир

Мы вышли из здания клуба и направились к машине. Руслан устроился на заднем сиденье, достал планшет и сразу же принялся за работу. Я бросил взгляд на Рому. Он всё ещё выглядел напряжённым, но эмоции держал при себе.

— Адрес бабушки помнишь? — спросил я, усаживаясь за руль.

— Да, — коротко ответил он, пристёгивая ремень.

Машина тронулась с места, но я всё не мог перестать думать об Алине. Что-то в её поведении вызывало у меня беспокойство. Я вспомнил её затравленный взгляд и обречённость, с которой она согласилась всё нам рассказать. Как будто подписывала приговор. Бегство не выглядело подготовленным. Она очень боялась, но тем не менее сделала это не раздумывая. Шамиль её контролирует — это факт. Значит, у него есть серьёзный компромат либо другой рычаг давления.

— Родители погибли в автокатастрофе, правильно? — уточнил я, бросив взгляд на Руслана в зеркало заднего вида.

— Да, но там, оказывается, не всё так просто. — Он не отрывался от экрана. — Я проверяю архивные дела, но пока информации мало.

Я сжал руль сильнее. Не нравилось мне всё это. Интуиция просто кричала, что с этой аварией что-то не так. Руслан молчал, углубившись в свои мысли, его пальцы бегали по клавиатуре с неимоверной скоростью. Стараясь внимательно следить за дорогой, я всё же оглянулся на него и спросил:

— Брат, ты меня определи уже с маршрутом. Тебя в отдел везти к компьютеру или с нами поедешь? — спросил я друга, пытаясь уточнить его планы.

Руслан посмотрел на меня задумчивым взглядом и закрыл планшет.

— С вами поеду. Я примерно представляю себе, что там на самом деле случилось. Но это уточню потом, сперва поговорим со старушкой. Может, она ещё что-то прояснит в этой истории.

Вырулив на проспект, я передал Ромке свой телефон и сказал:

— Забей адрес в навигатор, насколько я понимаю, здесь не очень далеко ехать. И расскажи подробно, что ты узнал о них конкретно.

— Живут одни, особо ни с кем не общаются. Соседки говорили, что бабушка очень больна. Скорая чуть ли не каждый день возле подъезда. Внучку любит. И та ей очень помогает. Да я уже сто раз это рассказывал. — с терпеливым вздохом пробурчал Ромка.

— Ясно. Значит, если Шамиль угрожал им как-то, то Алина могла пойти на всё, лишь бы её защитить, — подвёл итог я.

Ромка молча кивнул.

— Нам нужно понять, знает ли бабушка что-то про него, — добавил я, перестраиваясь в левый ряд.

Примерно через двадцать минут мы прибыли на место. Это был пятиэтажный дом старой постройки, который в народе называют «сталинкой». Квартиры в таких домах ценятся до сих пор. Высокие потолки, просторные комнаты с необычной планировкой. Основным преимуществом считались тихие и уютные дворы. Как правило, жители такой недвижимости были коренными москвичами и передавали наследство своим родственникам из поколения в поколение. Мы поднялись на третий этаж, и Роман позвонил в дверь.

Долгое ожидание начало вызывать беспокойство, но вскоре послышались шаркающие шаги. В дверном глазке мелькнуло что-то светлое, вероятно, пожилая женщина проверяла, кто к ней пришёл. Через пару секунд раздался слабый голос.

— Кто там?

Я подался ближе.

— Полиция. Хотим поговорить об Алине.

Повисла пауза. Затем послышался звук отпираемого замка, и дверь медленно приоткрылась. На пороге стояла невысокая женщина в вязаной кофте и накинутом на плечи платке. Лицо измождённое, глаза тревожные.

— Здравствуйте, — вежливо сказал я. — Мы по поводу вашей внучки. Можно войти?

Старушка тут же заволновалась, прижала руку к груди и тихо спросила:

— С ней что-то случилось?

— Нам просто нужно задать несколько вопросов, — вмешался Руслан, показывая удостоверение.

Женщина поколебалась, но затем посторонилась, пропуская нас внутрь. Мы вошли в уютную комнату с круглым столом, накрытым старой, но чистой скатертью. В воздухе витал запах лекарств и травяного чая. Бабушка тяжело опустилась в кресло, сложила руки на коленях и встревоженно спросила, вглядываясь в нас слезящимися глазами:

— Что с Алиной?

Я решил больше не тянуть время и присел на рядом стоящий стул.

— Пока ничего страшного не произошло. Скажите, вы знаете, кто такой Шамиль?

Женщина вскинула на меня свои светлые глаза и, отведя их в сторону, тихо произнесла:

— Я подозреваю, что он не тот, за кого себя выдаёт. Мне кажется, этот мужчина — страшный человек. Он как клещ вцепился в нашу семью, и я не представляю, как можно от него избавиться.

Я внимательно слушал, молча наблюдая, как эмоции меняются на её бледном лице. Руслан осматривался, а Ромка стоял рядом, оперевшись на стул. Я чувствовал его напряжение. Придвинувшись ближе, я задал вопрос:

— Скажите. Как я могу к вам обращаться?

Она обвела взглядом комнату и остановила взгляд на мне.

— Елена Эдуардовна Красовская. Я всю жизнь работала преподавателем иностранного языка. А теперь, знаете ли, меня подводит память. Не помню, что было вчера.

Ромка громко фыркнул, разглядывая статуэтки в шкафу. Я грозно посмотрел на него и продолжил;

— Елена Эдуардовна. Мы отвлеклись. Расскажите всё по порядку, что вы знаете о Шамиле?

Старушка посмотрела в окно и, сжав руками подлокотники кресла, начала рассказывать.

— Дочка моя, Наташа… Была всегда послушной девочкой. А потом, как с цепи сорвалась. Пьянки, гулянки — институт бросила. Скакала с одной работы на другую, особо нигде долго не задерживаясь. В одно прекрасное утро привела мужчину. Ринат был неплохим парнем, очень старался для семьи. Мне до сих пор непонятно, как они сошлись. Совершенно разные, противоположные друг другу люди.

Елена Эдуардовна промокнула глаза и продолжила:

— То, что дочка беременная, я поняла сразу. Не первый день на свете живу. По-своему была рада. Наталье почти тридцать лет стукнуло, я уже и не надеялась. Ринат, узнав эту новость, пришёл в восторг и перебрался к нам жить. Расписались без торжества. Я особо не лезла в их семейную жизнь, а зять меня никогда не обижал. Он был сирота. Говорил, что есть какие-то дальние родственники в Казани, но он не знает кто. Потом Алинка родилась, и моя жизнь наполнилась новым смыслом. Я не помню, когда появился Шамиль… Вот вроде бы всё было нормально, а потом в одно мгновение не стало Наташи с Ринатом. И пришёл этот мужчина, который назвал себя другом моего зятя. Сказал, что всё устроит для нас и беспокоиться не о чем. Но я его совсем не помню.