Страница 12 из 35
Титры сразу настраивают на нужный лад: фигуры в белых сорочках терзают ножами подвешенное тело, пока горячечный голос Леньяни, «художника агоний», бормочет что-то про краски, текущие в его жилах. Перед сошедшим с парома аутсайдером Стефано выстраивается галерея аппетитных архетипов: пастор, деревенский идиот, знающий всю правду пьяница, целых две сексапильные учительницы, мэр-лилипут в белом костюме. Фильм начинается неторопливо, почти флегматично, но вскоре герой переезжает из гостиницы на полузаброшенную виллу, где кроме него — только прикованная к постели старуха, и тучи сгущаются, в том числе буквально. Что за ужасные фигуры окружают на стене святого Себастьяна? Кто звонит Стефано страшным голосом? Что покойный Леньяни привез из Бразилии, кроме сифилиса, и что творилось в его голове, когда он писал женское ню с собственным лицом? Финальный поворот из тех, что не забыть никогда при всем желании; «Дом», как и его пресловутые окна, улыбчивые мешки смерти, заливисто смеется последним.
Дрожь земли
В тот день, когда разнорабочие Вэл (Кевин Бейкон) и Эрл (Фред Уорд) решают наконец покинуть осточертевшее поселение Перфекшн, штат Невада (по переписи 14 человек), там случается нашествие невесть откуда взявшихся гигантских подземных червей. Перфекшн расположен в окруженной горами долине, и помощи ждать неоткуда.
Реднеки против огромных кровожадных червяков — одна из лучших формул 1990-х. Дебют Рона Андервуда, прежде работавшего в основном на детском телевидении (что ему явно пригодилось), недобрал в кинопрокате, но стал колоссальным хитом на видео и запустил франшизу, которая зачем-то живет до сих пор. Статусу семейной классики не мешают даже предельно двусмысленные отношения героев Бейкона и Уорда на фоне фаллических чудовищ; неловкий поцелуй Вэла с находчивой геологиней под занавес выглядит искусственнее, чем откровенно резиновые черви.
Практические спецэффекты, стоит оговориться, очаровательны, как и все остальное в этом энергичном и легкомысленном фильме, вестерн-комедии ужасов, игриво отсылающей к b-movies 1950-х про пришельцев и радиоактивных монстров. Здесь всего один эпизод в темноте, чтобы не мучить слабонервных, и борьба с червями, которые умудряются учиться на своих ошибках, придумана чуть остроумнее, чем требует жанр. Вэл с Эрлом без устали переругиваются («Кто умер и сделал тебя Эйнштейном?») и тут же демонстрируют готовность отдать за другого жизнь. Стремительно редеющее население деревни Совершенство состоит из колоритных и располагающих к себе персонажей: особенно хороша пара выживальщиков (жену играет суперзвезда кантри Риба Макинтайр), чьим домашним арсеналом можно было бы вооружить армейскую базу. В ход идут то антикварный дробовик немыслимого калибра, то трактор (не впервые в карьере Бейкона, вспомнят видевшие фильм «Свободные»). Корневая Америка, земля ковбойских шляп, губных гармошек и второй поправки к Конституции, с ветерком и матерком («пардон за мой французский») уделывает Америку подземную.
Ж
Жизненная сила
Британо-американский космический корабль «Черчилль» натыкается на гигантский объект, укрывшийся в хвосте кометы Галлея. Внутри — засохшие существа, похожие на летучих мышей, и три прозрачных саркофага с обнаженными гуманоидами: двое мужчин, одна женщина. Месяц спустя «Черчилль» достигает Земли; команда за исключением лидера экспедиции (Стив Рейлсбэк), который воспользовался спасательной капсулой, мертва, саркофаги в целости и сохранности. Гуманоиды, очнувшись, начинают высасывать у землян жизненную силу.
Самая курьезная глава в карьере великого Тоуба Хупера (что непросто: годом спустя он, например, переснимет свою «Техасскую резню бензопилой» в виде комедии). Спродюсированный одиозной Ca
Несколько очень насупленных мужчин, среди которых профессор-«танатолог», а также ученый по фамилии Буковский, гоняются по Лондону за совершенно голой космической вампиршей в исполнении фигуристой француженки Матильды Мэй. Из жертв последней выделяется директор психушки, которого экспрессивно играет Патрик Стюарт (на пороге своей вербовки на «Энтерпрайз»). Есть ли жизнь после смерти? Отвечает сексуальная фантазия из кометы Галлея. Четверть века спустя примерно то же самое с серьезным видом переснимет в «Побудь в моей шкуре» Джонатан Глейзер. В формате психоделического сайфай-хоррор-капустника хрупкость и в то же время жестокость человеческой породы рядом с обнаженными космическими силами выглядит даже убедительнее.
Жилец
Польский эмигрант Трелковский (Роман Поланский) разыскивает в Париже жилье по карману, и удача наконец улыбается ему в старом многоквартирном доме, где девушка по имени Симон Шуль выпрыгнула из окна. Заняв ее квартиру, Трелковский начинает подозревать, что соседи, сжившие Шуль со света, плетут теперь заговор против него.
Самый личный из хорроров Поланского, как часто бывает, поставлен по чужому роману (его автор Ролан Топор, впрочем, делит с режиссером ряд пунктов биографии). В Париже Поланский родился, туда ненадолго переехал из Польши в начале 1960-х, и вскоре после выхода «Жильца» он поселится там уже навсегда — факт, который зрителю этого фильма трудно будет уложить в голове. Французская столица изображена городом серых мостовых и облезших обоев, вульгарных коллег и усталых женщин, наглых клошаров и невоспитанных детей. Несмотря на местный паспорт и свободный язык Трелковского (Поланский использовал свой мягкий акцент и во французской, и в английской версиях фильма), каждый встречный напоминает ему, что он здесь чужой, квартиросъемщик, жилец. Как не сойти с ума?