Страница 71 из 77
Упоминание расторжения договора могло быть просто уловкой: в состоянии панического страха за жизнь близких, люди способны подписать что угодно, даже не читая. Другие люди. Не я. Вот только похитителям и организаторам похищения это было неизвестно.
Скрипнув зубами, я опёрся головой об стену позади, приложив трубку к уху и договариваясь с администратором центра о предстоящей госпитализации. После озвучивания моего имени приятный женский голос переспросил ещё раз, а когда я повторил, повисла долгая пауза, а затем она сообщила, что нас с госпожой Харнис ждут через пару дней. Я не успел повесить трубку, как мне перезвонил владелец центра и уточнил, не шучу ли я. Думаю, мой усталый, но угрожающий голос должный эффект возымел, и мне поверили.
Когда подъехали парни, я предупредил их, чтобы никого, кроме врачей, не пускали в палату, в которую перевели Нэнси. Я шёл за каталкой мрачной тенью и ненавидел себя, не отводя взгляда от её мертвенно-бледного лица.
Хотелось всех растолкать и идти рядом, держа руку на её пульсе, чувствовать, что любимое сердце билось. Хотелось – сделал, и никто не стал мне мешать. Отлично. Пропишу Рейнольдсу чаевые за такую дотошность, хотя он откажется: скажет, что это будет выглядеть взяткой. Уважаю таких людей.
Убедившись, что с Нэнси остался дежурить кто-то из медиков, а у двери стояли верные мне люди, я поплёлся к администратору и учтиво поинтересовался по поводу душа. Она встрепенулась, всеми силами стараясь не пялиться на меня, вымазанного потемневшей запёкшейся кровью, протянула мне белый халат и указала на дверь неподалёку. И на том спасибо.
Долго принимать душ мне не позволила тревога. Кое-как отмывшись, я натянул на себя халат и отправился в палату Нэнси. Мало ли, что могло случиться? Целые десять минут – огромный срок! У меня были враги и помимо Лейна, а теперь каждый из них знал, что у меня было такое важное сокровище, за которое я не пожалею собственной жизни.
Нутром я понимал, что моё нахождение рядом с ней в случае чего могло и не особо-то помочь, но так было гораздо спокойнее. Когда я завалился в палату, дежурившая возле Нэнси медсестра хотела было выставить меня, но только бессильно поджала губы и смирилась, переместившись от меня подальше. Я кивнул ей, что вызову кнопкой над кроватью, если что. Девушка облегчённо выдохнула и поспешила уйти.
Разместившись рядом с Нэнси, я осторожно коснулся её руки. Еле ощутимое тепло вырвало меня из напускной самоуверенности, личину которой я так привык носить. Я ведь мог её потерять. Навсегда. И ещё могу… Сидя рядом и перебирая тонкие пальцы Нэнси, я гонял эти мысли в голове по кругу, пока пелена сна после пережитого напряжения не сморила и меня.