Страница 58 из 77
Не знаю, по какой причине все сидящие за столом посмотрели на меня: то ли потому, что люди обычно смотрят на того, кто выходит из-за стола, то ли потому, что я не знала, с каким огнём играла, дерзя своему мужчине. Спокойно, ребятки, всё я знала. Мне кажется, Стив поэтому меня и не променял пока на фарфоровую куклу – ему со мной было нескучно.
Пока шла к столу с фуршетом, задумалась, что раньше не отдавала себе отчёт в этой элементарной мысли. Ну, пусть так. Мне с ним тоже нескучно, если так-то брать. Определённо, мы с ним стоили друг друга.
На очень длинном столе, накрытом белоснежной скатертью, чего только не было. Своего рода тоже сокровищница. Хорошо, что здесь играла музыка, а то каждый в зале услышал бы, как у меня довольно заурчало в животе. Вот только брать что-либо я не спешила, украдкой поглядывая по сторонам.
Мало ли, к еде можно было притрагиваться только какими-то инструментами или ещё какие подводные камни имелись? Я же никогда в таком месте не бывала, кто знает, какие тут правила… Утренние видео из интернета здесь тоже явно не бывали, так что не очень-то помогли.
– Рекомендую вот эти, – услышала я рядом с собой низкий женский голос, и тонкая сухая рука указала мне на какие-то канапе. – Если вы не вегетарианка.
– Нет. Спасибо, – я ухватила одну и повернулась к собеседнице.
Рядом со мной стояла невысокая худая женщина лет семидесяти, а то и больше. Судя по её дорогому тёмно-синему платью, прекрасно смотревшемуся на тонкой фигуре, у дамы с деньгами проблем не было, так что какие-то косметические операции она вполне могла себе позволить и выглядеть моложе своих лет.
Помимо этого, меня поразило, насколько статной была эта женщина: даже при её росте – на голову ниже меня – казалось, что она надо мной возвышалась. Возраста она своего не стыдилась: седые волосы белоснежными прядями спадали на плечи, и их явно ни разу не красили в попытке скрыть седину.
– Корделия Лойвенвуд, – представилась она мне, качнув бокалом в руке.
– Очень приятно, – кивнула я, – Нэнси Харнис, если это имеет значение. Не думаю, что вы всех девушек тут знаете поименно, – я грустно улыбнулась, но против общества старушки ничего не имела. Если у них со Стивом не было личной неприязни, вряд ли он будет гундеть на её счёт.
– Разумеется, нет, – Корделия легко улыбнулась, демонстрируя свои идеальные зубы. Мне даже немного не по себе стало: у моей бабули к этому возрасту ни одного своего зуба не осталось, и моя собеседница выглядела как-то непривычно. – Только тех, кто приходит по приглашению или вместе с мужчинами, как спутницы жизни, а не… сопровождающие, – она лукаво улыбнулась. – Вас я раньше не видела, Нэнси.
– Я первый раз в таком месте, – призналась я. – А почему вы решили, что я… ну… спутница жизни? Это как-то заметно?
– Самым невооружённым взглядом, моя дорогая, – рассмеялась Корделия и, понизив и без того низкий голос, воровато поинтересовалась: – Научить?
– Да, если вам несложно, – также заговорщически тихо ответила я.
– Проще простого, – кивнула она. – То, что богатые мужчины щедры – глупый миф. Если бы они разбазаривали свои деньги, никогда не стали бы богачами. Поверьте, ни один мальчик здесь, – она непринуждённо махнула рукой, окидывая зал, – не стал бы покупать для девушки из сопровождения такие украшения, как у вас. А если бы и стал – очень скоро оказался за пределами этого светского круга. Выпячивание себя и траты на то, на что на самом деле нет средств – путь к нищете. Здесь такое не оценит никто, впрочем, как и везде. Пресловутое богатство исходит из практичности.
– Очень дорогие, да? Я просто ничего в этом не понимаю, – я непроизвольно коснулась рукой колье на груди, вновь начиная нервничать. В словах Корделии был смысл, мне и раньше казалось, что вот это «купим ещё» для Стива было определённым неприятным шагом.
– Весьма, – кивнула Корделия, отпивая из бокала. – Думаю, вполне пропорционально ценности вас для вашего мужчины. Это дорогого стоит, и я не о долларах, разумеется. Посмотрите вокруг, и также легко научитесь отличать, как и я.
Нужно было отвлечься, а такой странный навык мог быть вполне полезен. Это было даже забавно – определять, кто условная жена, а кто – просто сопровождение на один вечер. Корделия одобрительно кивала, когда я угадывала, а потом мой взгляд уткнулся в даму лет сорока, одну из немногих женщин на этом мероприятии, которая была в брючном костюме и с минимумом каких-либо украшений. Я свела брови и вопросительно посмотрела на Корделию.
– Тут сложнее, да? – улыбнулась мне она. – Кармен Кроймер – успешная бизнес-леди, она сама себе сопровождение порой берёт, по настроению. Впрочем, успех для каждого свой, я бы не назвала успешностью только умение вести бизнес. Возможно, я устарела в своих взглядах, но что чувствуют и как обычно живут такие женщины… не пожелаю, пожалуй, даже врагу.
– Да? Почему? – изумилась я.
– Потому что никакие деньги не стоят тотального одиночества, – пожала плечами Корделия. – С этим чаще сталкиваются мужчины, но на деле – от пола это не зависит. Недоверие, мысли, что тобой только пользуются и живут рядом ради денег, славы или ещё какой-то меркантильной дряни – всё это приводит к замкнутости или чему похуже. Можно обманывать себя, что всё хорошо и абсолютно всё в этом мире легко купить, но это – самообман.
– Видимо, вам это знакомо, – посочувствовала я.
Тёмные глаза блеснули, отражая тёплый свет люстр, и я поняла, что попала в точку. Она тяжело вздохнула и коротко кивнула:
– Да. Более чем.
К Корделии подошёл высокий мужчина и что-то негромко ей сказал, так, чтобы могла услышать только она. Кивнув, госпожа Лойвенвуд пожелала мне хорошего вечера и ушла с мужчиной, оставив меня в раздумьях.
Такие мысли посещали и меня, но я ведь рядом со Стивом была не из-за его денег, какой мне от них толк? Разве что, он меня на работу не гнал и не истерил, мол, что я тоже должна зарабатывать и всё такое. Пит как-то выдавал такое, хотя наших стипендий и поддержки его родителей хватало, чтобы не бедствовать. Наверное, его злило, что помогали только его родители – мои и сами еле концы с концами сводили.
Почему-то чувство временности наших отношений со Стивеном ни разу меня не покидало. И дело было даже не в том, что он по щелчку пальцев мог заменить меня на другую, а в чём-то… более глубоком и страшащем меня. Не могла бы объяснить, в чём именно, но осадок на душе оно оставляло, как и понимание: каким бы кремнем не казался Стив, он вполне мог чувствовать то же, что и Корделия.