Unknown

Киска похотливо заныла и сжалась. Из щёлки потекла смазка.

Униженно завыв, я задрала ногу и поставила её на рояль.

– Прекрасно! Великолепно!.. – заголосил Гарольд. – Так, опусти её теперь немного! Держи на весу. Типа, как балерина.

Я выпрямила спину и отвела ногу. Довольно сложная поза. Учитывая, как напрягались мышцы ног и ягодиц... Лучше бы мне постараться, учитывая, что я голая. Не хотелось выглядеть, как сутулая псина. Подобные выкрутасы могли мне дорого стоить.

– Ты просто красотка! – не унимался Гарольд. – Какая девочка! Красавица, пианистка, спортсменка!..

– Да заткнись ты!! Урод!..

Его лесть за секунды вгоняла меня в краску.

– Хорошо. А теперь... Подыми-ка правую ягодицу... Какая прелесть... Полностью раздвинь их, покажи свои дырочки!

Я была готова реветь от стыда. Но хуже было то, что, похоже... Меня это возбуждало. Я старалась не смотреть лишний раз в камеру. Ведь, мало того, что у меня были красные щёки, но, что ещё постыднее – красная киска...

Гарольд продолжал гонять меня вплоть до конца перемены. Я походила между парт, достала нотную тетрадь с верхней полки, поиграла на флейте, посидела на подоконнике. Повалялась в подсобке с растопыренными ногами… Разумеется, каждое моё действие было задокументировано. До конца перемены осталось не больше минуты.

– Хорошо. Пока всё, – цокнул Гарольд. – Большое спасибо!

– Большое пожалуйста, – съязвила я, стряхивая с груди налипшую штукатурку. Без лишних церемоний я побежала на обществознание.

В кабинет я вошла с небольшим опозданием. Учитель сдержанно поприветствовал меня. Одноклассники с интересом поглядывали, как я раскладываюсь.

Не знаю, остыло ли лицо, но киску я постаралась прикрыть сумкой. Тем более, что она всё ещё подтекала.

***

Г-н Хансен в очередной раз рассказывал какую-ту ерунду. Я плашмя развалилась на парте – урок был до жути скучным. Однако, вскоре я придумала себе развлечение – подразнивать учеников, которые выходили к доске с презентациями. Одноклассник читал доклад и тут я ненароком выставляла ножку… Потом другую… Ой, как спина затекла! Никто не против, если я чуть-чуть потянусь?..

К доске вышла одноклассница, и я переключилась в сторону парт. Немного поиграла в гляделки с одним парнем. Пару секунд я сверлила его глазками и, улучив момент, нарочно потеребила сосок. Ха, моргнул! Кто-то кинул в меня клочок бумаги. Я прижалась к парте и подняла его. Там был рисунок: перевёрнутое сердечко, проткнутое стрелой в форме пениса. Я презрительно фыркнула.

Соседка справа передала ещё бумажку. На листке красовался милый щеночек на задних лапках, с подписью «школьная сучка». Я покосилась на задние ряды, пытаясь понять, кто это рисует.

– Мисс Вагнер! – в классе раздался голос учителя.

Я резко обернулась, чуть не свалившись со стула.

– Мисс Вагнер, вам не сидится?

– Простите! Я больше не буду, – пробормотала я.

– Ну, почему же. По крайней мере, вы хоть чем-то заняты. Если у вас так хорошо получается растормошить класс, то, может быть, вы этим и займётесь?

– Что вы имеете в виду?..

– Пересядьте в конец, мисс Вагнер. Вижу, господа позади совсем заскучали.

– Но там ведь нет места!..

– Разве это проблема? Кто-нибудь хочет посидеть с мисс Вагнер? – задал вопрос учитель.

Ученики засуетились. Все недоумённо переглядывались, думая, что это значит. Тем не менее, кто-то на галёрке всё же поднял руку.

– Сидите с ним в течение 5 минут, – сказал мистер Хансен.

Я осторожно поднялась со стула. С каменным лицом посмотрела сначала на учителя, а потом на парня. Словно в замедленной съёмке, я поплелась в конец класса и остановилась возле его парты. Сделав бровки домиком, я глянула на учителя. Г-н Хансен кивнул. Я развернулась боком и опустилась однокласснику на колени... Он слегка поправил брюки, чтобы моя попа никуда не съезжала. Я зажмурилась и сцепила руки в замочек. Левая грудь была прямо напротив его лица...

– Привет. Я Тим, – одноклассник был весьма худощавый. Я сидела у него на коленях, но по ощущениям, будто на голых костях. Учитывая, какой мяконькой была я, со стороны это выглядело довольно комично.

– Это ты «школьная сучка»? – прошептала я Тиму на ушко.

– Нет, – это ты школьная сучка. Не двигайся... – шепнул Тим в ответ и вдруг лизнул мой сосок! Я тихонько пискнула и распахнула глаза. Мимолётное ощущение слегка отдало в пах. Тим приобнял меня и прижал чуть ближе, чтобы попробовать и вторую грудь. Я слегка съёжилась, но не остановила его. Тим облизывал меня на протяжении целых 5 минут, пока какой-то ученик выступал с докладом.

– Вот так выглядит школьная сучка, – мурлыкнул он напоследок. Сосочки болезненно топорщились, поблёскивая от слюней.

– Возвращайтесь, Карен, – учитель позвал меня обратно. Хоть я и испытала жуткий стресс, но, кажется, оставила на штанах Тима небольшое мокрое пятно.

– Ну, что, все проснулись? – г-н Хансен деловито сложил руки на столе. – Давайте поступим так... Учитывая, что ни предмет, ни оценки вас не сильно интересуют, то будем действовать по-другому. За каждую презентацию докладчик получит пару минут общения с мисс Карен. Всех всё устраивает? Поднимите руки.

– Все парни проголосовали «за». Девочки воздержались.

– А если выберут другую?.. Она тоже будет участвовать? – спросила одна из девочек.

– Конечно. Какие проблемы?

Одноклассница отвела взгляд и притихла.

– А если парня? Как тогда это будет работать? – спросила ещё одна.

– Тогда сугубо по желанию. Касаемо женской половины – вы ведь наверняка что-то придумаете. Спрячьтесь под парту и развлекайтесь. В конце концов, разрешаю вам поделиться «призом». От подарков ведь не принято отказываться, да?

В классе разрозненно покивали.

К счастью, это был последний доклад на сегодня. Прозвенел звонок, и ученики начали собирать портфели. Девочки о чём-то перешёптывались и злобно поглядывали на меня. Я поникла и поспешила скорее выйти.

– Эй, Карен! – раздался вымораживающий звонкий голос.

– Говнюк! – рявкнула я на Гарольда. – Что тебе опять надо?!

– Сиськи, конечно!

– Гарольд, я иду в раздевалку! – запротестовала я.

– Переодеваться? – злобно хохотнул он. – Ладно-ладно, шучу! Я не буду мешать. Просто постою рядом. Вы даже не заметите.

– Тебе разве не надо учиться?

– Ничего, поживут без меня, – небрежно махнул Гарольд. – Смотри, мне дали бейджик!

На шее Гарольда болталась табличка с фотоаппаратом.