Unknown

Последний ученик вышел из кабинета как раз перед самым звонком. Ширли устало присела на кушетку и потрогала себя за соски.

– Тяжело быть врачом…

– Молодцы девочки, – похвалила медсестра.

Мы потупились.

– Ваша награда. – Она достала из шкафчика два белых футляра.

Мы недоумённо на неё посмотрели.

– Ложитесь, – махнула она на кушетки.

Подобно мальчикам, мы откинулись на кушетках и завели ноги за валик. С небольшой опаской я наблюдала, как медсестра подготавливает процедуру. В каждом футляре оказалось по небольшому виброяйцу. Протерев оба салфеткой, первое из них она вставила в Ширли и подошла ко мне. Я неловко поёжилась.

– А теперь сжали мышцы и терпим, – предупредила она. – Готовы?

Мы кивнули. Медсестра нажала на пульт.

Влагалище прошибла зубодробительная вибрация. Считанные секунды, и наши киски брызнули соками. Мы аж завизжали от удовольствия.

– Расслабились, – сказала медсестра, отпустив кнопку.

Я опустила таз. Виброяйцо выскользнуло ей в ладошку.

Мы с Ширли распластались на кушетках. Смазка всё ещё стекала по нашим дырочкам. Я сжимала ягодицы и елозила по сидушке, пытаясь унять дрожь. Ширли же так и вовсе сползла куда-то вниз, измазав попу в собственных выделениях.

– Вы… Часто это делаете?.. Эту процедуру? – спросила я медсестру.

– Вам? Нет, – ответила она. – Но вообще, как врач скажет. Могу часто.

– Так значит… Всё-таки можно… – простонала Ширли.

Не без сестринской помощи мы поднялись с кушеток. Кое-как, опираясь о стены, доковыляли до центрального кабинета. От нас пахло членами и девичьим потом. Докторшу мы застали за обследованием двух парней из наших коллег.

– Всё. Теперь идите, скажите, чтобы вам сделали процедуру, – поручила она им.

– Какую? – насторожился парень.

– Вот эту, – доктор ткнула в странный прибор на столе.

Так это были не ингаляторы?

Парни прошли мимо, окинув нас голодными взглядами. Уже намётанным глазом я взглянула на их члены с плотно прижатыми к брюху яичками. Кожа их пенисов болезненно натянулась и обнажала влажные головки. Я сделала вид, что такое уже никого не впечатляет, а вот Ширли не стала лицемерить и намеренно вильнула бедром, пытаясь задеть их попкой. Она даже ущипнула одного из парней за зад.

– Ширли! – уже в стотысячный раз прикрикнула на неё врач.

С невинным лицом Ширли подбежала к доктору и с ногами забралась на стул. Я тоже было подумала, не стоит ли мне поступить также. Всё-таки задница у меня ещё не просохла. Да и киска слегка подтекала. Впрочем, я решила не следовать дурному примеру и аккуратно села на край.

– О, какие вы румяные, – взглянула врач. – Прямо глаз радуется. Как себя чувствуете?

Мы что-то пролепетали.

– Все были?

– Да вроде все, – ответила я. – Два только осталось. Это наверно… – я покосилась на дверь, куда только что вошли мальчики.

– Эти уже всё, – полистала бланки доктор. – Теперь только вы. В таком случае, ждите: они вас измерят и можете идти.

– Хм-м-м, мисс Купер, а можно вопрос? – я решила спросить кое-что между делом.

– Да.

– Просто интересно. А зачем вы… Ну, в смысле, мы им члены мерили? Это теперь кому-то нужно что ли?..

Доктор загадочно улыбнулась:

– Сами скоро увидите. Это… – она покрутила пальцами. – Для, так сказать, особой формы для мальчиков.

– У нас будет форма? – хихикнула Ширли.

– Не совсем, – она качнула головой. – Там только один элемент.

– Пояс верности что ли? – сыронизировала я.

– Угадала, – без тени иронии кивнула докторша.

Мы округлили глаза.

– Что вылупились? Всё имеет свою цену, – сказала она, поведя бровью. – У нас в учреждении ходят голые несовершеннолетние девушки. Это большое благо для всех, но многие этого не понимают. Потому со следующего семестра мы будем раздавать юношам специальные устройства. Поверьте, так будет лучше для них.

– Это… Довольно жёстко, – скуксилась Ширли. Я тоже слегка смутилась. Звучит так, будто они собрались чуть ли не кастрировать всех парней.

– Не настолько, как кажется, девочки, – помотала головой врач.

– Но… Они ведь наоборот, только озабоченнее станут от этого!

– А вот это вас пугать не должно, – прихмыкнула докторша. – Нет, если хотите, то можете пожалеть их, конечно. Но, поверьте – всех подряд вы жалеть тоже не станете.

А тем временем из процедурного кабинета вернулись парни. С розовыми опухшими членами, которые вяло болтались.

– Мальчики, идите померьте двух леди и все свободны, – доктор указала в сторону женского отделения.

Вчетвером мы направились в кабинет. Возле самой двери мы притормозили. Наши взгляды пересеклись. Помню, как мы протиснулись в проём, потёршись друг о друга телами. Четверо несчастных и горячих подростков, невинных в своей наготе. Мы столько пережили за эту неделю, но никакие издевательства не испортили нас. Я словно чувствовала некое родство с этими ребятами. Хотя прекрасно понимала, что вижу их впервые в жизни. Нас всех только что хорошенько выдрочили и это будто ещё сильнее роднило нас. Маленький огонёк страсти теплился у меня в животике, и я медленно томилась в его жару. Меня тянуло поделиться этим огоньком со спутниками. Я знала, что они будут обращаться с ним бережно. Если бы кто-то из них плеснул ещё масла, то моя киска вновь заполыхала бы, а потушить её будет очень и очень больно.

Мальчики бросали взгляды на мою грудь и попу, и мне это льстило. Наши глаза бегали по сокровенным местам друг друга ничего не боясь. Снова и снова я возвращаюсь к этим воспоминаниям и чувствую, как искрит киска и натягиваются соски…

Ширли выпрямляется и расправляет плечи. Её грудь поднимается и растворяется на голых рёбрах. То, что у неё вообще есть грудь, можно догадаться лишь по сугубо девчачьим торчащим соскам.

– Второй размер, Карен, – говорит парень, повязывая сантиметр.

Я улыбаюсь и киваю.

– Нулёвочка, Ширли, – вторит второй парень.

– Сам ты нулёвочка! – верещит она. – Мерь нормально! Дай сюда…

Пока они цапаются, мой парень записывает результаты в бланк и велит нагнуться. Я прищуриваю взгляд. Развернувшись на 180 градусов, я нагинаюсь прямо перед ним. С абсолютно прямыми ногами и дотянувшись прямо до пола. Я могла даже ещё круче. Согнувшись сильнее, я обхватываю руками голени и смотрю на него снизу-вверх, между коленями. Парень мешкается. Мы стоим почти вплотную. Если его член поднимется – он проедется им прямо меж…

–

Потрогай

… – шепчу я.