Unknown

Юноша старался не засматриваться на Ширли: его член стоял, но не в полную силу. Видно, ещё не до конца понимал – можно ему тут стоять или нет. Так, бегая глазками, он встретился взглядом со мной. Я стыдливо отвернулась. Кажется, я опять начинала краснеть. Хотя и он тоже был не из бесстыжих. Вообще, они все были красные, когда выходили из медкабинета.

– Кхм, – кашлянул пациент рядом.

Я чуть было ручку не выронила.

– Аэээ… Проходи, – промямлила я и отошла в сторону. Парень задёрнул шторку и встал на измеритель. У меня запотели ладони. Он был на голову выше меня, подкачан, гладко выбрит и обладал тяжёлыми яйцами, которые низко свисали... Я сглотнула и поднялась на цыпочки, чтобы опустить планку.

А пока он переступал на весы, я снова взглянула на коллегу. Ширли с обезьяньим азартом игралась со своим пациентом: надавливала ему на член, а тот выпрямлялся и возвращался обратно. Линейка без дела валялась в стороне.

Стоит сказать, Ширли и внешне создавала... Рискованное впечатление. У неё были узкие ноги и такие же бёдра. Её попка вызывала нездоровую ассоциацию с мальчишеской, хотя Ширли постоянно вертелась и кривлялась, будто кто-то воткнул в неё шило. Все эти вторичные половые признаки выдавали в ней девку. Однако парни всё равно не спешили подымать на неё члены. Особенно в незнакомой компании. Поэтому, каждый раз, когда она расставляла ноги чуть шире обычного, у парней сразу отлегало от сердца.

Спереди, конечно, Ширли была чуть поженственнее. Плоский животик с пирсингом; условная грудь, что топорщилась двумя пирамидками. Мордашка у неё была вполне лучезарная, с некоторой ноткой безумия. А короткая стрижка ещё больше придавала ей образ похотливой пацанки.

– Ширли! – напомнила ей о себе медсестра. Школьник, с которым она работала уже давно оделся и вышел.

Коллега с неудовольствием отвлеклась от члена. Мы с пациентом, тем временем, уже тоже подошли к кушетке. Осталось последнее. Я попросила его нагнуться. И стоило ему это сделать, как я одновременно чуть ли не инфаркт с оргазмом испытала. А между ног будто бенгальский огонёк подожгли. После чего ткнули в клитор и сунули тлеть прямо в киску.

– Ааа… Расставь шире ноги, – позволила я себе маленькую дерзость. Уж больно захотелось рассмотреть получше.

– Так? – он переступил и постарался достать руками до пола.

– Да-а-а… – выдохнула я, закусив губу.

Его яички слегка качались. Упругие ягодицы раздвинулись и открыли запретный вид на анальное отверстие. И хоть до пола он не достал, но до пола бы точно дотекла моя смазка, не сожми я экстренно ноги. Влепив высшие баллы, я судорожно указала ему на кушетку. Кое как, кривясь, кряхтя, он таки-забрался на неё. Только вот член его вставать отнюдь не спешил.

Я посмотрела парню в глаза. Он приподнял брови. Я поднесла к его члену линейку. Затем взглянула сначала на него, а потом снова на линейку. Парень повертел кистью, интересуясь моими дальнейшими действиями. Я пожала плечами.

– Вот, что вы всё с ними возитесь… – снова послышалось ворчание за спиной.

Подозвав походя Ширли, медсестра подошла к пациенту и обхватила его член ладонью. Мы с Ширли переглянулись. Поводив большим пальцем вверх-вниз, медсестра будто бы проверила член парня на реакцию и, когда тот окреп и выпрямился, более ничем не касаясь, схватила головку пальцами и стала тереть. Парень тяжело задышал. Головка налилась и набухла. Медсестра стала тереть ещё грубее. В результате, уже спустя полминуты такого массажа член увеличился, навскидку, раза в три. У меня отвисла челюсть.

– Дальше сами, – сказала она и вручила мне натянутый и залитый предэякулятом орган.

Я осторожно подхватила его пальчиками и приложила линейку.

Восемнадцать сантиметров…

– Тихо, тихо!.. – вдруг зашипел парень.

Член запульсировал. Я тут же одернула руки.

– Аар-р!

Я в панике зажмурилась. Но всё-таки приоткрыла один глаз. На месте члена вдруг обнаружилась шевелюра Ширли...

– Ну, не вытирать же потом… – растерянно объяснила она, вытирая губу.

Дальнейшие осмотры пошли уже куда проще. Я поднимала и измеряла члены, заполняла бланк, отправляла парней к медсестре и переходила к следующим. Одноклассники входили, раздевались и всё начиналось заново. Мне кажется, я вполне себе нормально работала. Мы с Ширли даже нашли способ оптимизировать процесс. Всего-то стоило добавить нотку стриптизности нашей работе, как члены парней начали подыматься сами. А далее нам просто оставалось «отрегулировать высоту» и провести измерения. Но медсестре всё было мало.

– Девочки, быстрее! – вечно подгоняла она.

Я только закончила мерить какого-то парня. Ему я поставила самые низшие баллы.

– Ширли, мы не успеем, – передала я коллеге.

До конца урока оставалось двадцать минут, а обслужить предстояло ещё целый класс. Но ускоряться ещё я смысла не видела. Мы и так работали на пределе сил. У нас вовсю торчали соски и текли киски, благодаря чему члены мальчиков подымались быстрее. Но и это действовало не всегда. Некоторые парни стеснялись и приходилось снова работать вручную. К тому же, тут и там возникали непредвиденные проблемы.

– Дрочил утром?! А ну признавайся! – докапывалась Ширли до парня, член которого она никак не могла поднять.

– Блин, ну войди в положение! В школу уже невозможно ходить по-другому!

– А другие почему могут?

– Другие не учатся! – парировал парень.

Да и спешка всё равно больше вредила. Парни попросту не успевали разогреться, так что члены оставались такими же полустоячими.

– Эй, Карен, – бросила мне Ширли.

– Что?

– Отойди. Есть идея.

Я с сомнением подвинулась. На кушетке лежал уже другой пациент. Убедившись, что медсестра не смотрит, она запрыгнула на валик, и упёрлась ладонями в спинку. Таким образом она практически уселась на ней, как на велосипеде. Затем, подавшись назад, она раздвинула ноги и слегка опустила таз. Ловким движением Ширли проехалась киской по члену парня. После чего повторила это ещё и ещё раз, обильно смазывая его своими выделениями. Пенис парня моментально затвердел, как опущенный в воду раскалённый прут.

И правда: метод Ширли оказался на удивление рабочим. Более того – он оказывал групповой эффект. Пациенты в очереди заметно воодушевились. Поначалу я не видела надобности повторять её тактику, но мальчики стали стенать, что я обделяю их вниманием, поэтому вскоре я тоже начала залезать на кушетку. Мы выжали из себя максимум.

– Фух, – я вытерла со лба пот.

Это был последний.