Страница 26 из 206
Монах в серо-голубом одеянии улыбнулся — спокойно и удовлетворённо — и кивнул.
— Мудрое решение, принцесса.
Торн дёрнулся в руках державших его людей, пытаясь вырваться. Его глаза горели яростью.
— Принцесса… — прорычал он.
Я снова качнула головой, глядя ему прямо в глаза.
«Это бесполезно. Сейчас главное — увести их из этого дома. Увести подальше от Вэйлань и Торна».
Монах сделал жест рукой, и двое его спутников подошли ко мне, осторожно, но крепко схватив за локти. Я не сопротивлялась.
Пока меня уводили через сад, я слышала, как Вэйлань тихо всхлипнула за спиной. Торн продолжал рычать и дёргаться, но его уже крепко держали.
⊹ ࣪ ﹏?﹏?﹏⊹ ࣪
— Быть членом секты Тяньму очень удобно, — произнесла я, пытаясь найти более удобную позу для сидения. Руки, туго стянутые за спиной, уже давно онемели. «Такими темпами они просто отомрут от безнадобности», — подумала я, стиснув зубы.
— Не стоит так сильно скрипеть зубами, принцесса, — спокойно улыбнулся охранник. Точнее — надзиратель. Порой мне казалось, что он вообще не человек. Он почти не спал, почти не ел и никогда не отводил от меня глаз.
С тех пор, как меня притащили в секту Тяньму, прошёл уже месяц с лишним. С меня не спускали глаз, словно я была императорской сокровищницей, которую вот-вот попытаются обокрасть.
— Цзи Си, — проговорила я с самой сладкой улыбкой, на какую была способна, словно новоиспечённая жена, обращающаяся к мужу.
— Второй раз этот трюк не пройдёт, — нахмурился он. — В прошлый раз меня наказали и отчитали при всём внутреннем круге. Это, знаешь ли, совсем неприятно.
— Но ты же не оставишь меня совсем голодной? — спросила я, притворно надув губы.
— Глава приказал: сутки без еды и воды. В наказание за обман.
— Я и так связана по рукам и ногам, — пробормотала я себе под нос. — Куда уж больше наказания?
Это был риторический вопрос. Цзи Си, конечно, не ответил.
— Цзи Си? — позвала я снова. Потом ещё раз. И ещё.
Наконец он раздражённо, но явно наигранно, отозвался:
— Ну что?
— А когда настанет этот… благоприятный час? — спросила я. — Тот, о котором мне всё время говорят.
— Ты узнаешь о нём первой, — коротко бросил он.
Я откинулась назад, насколько позволяли верёвки.
Я думала, меня убьют сразу, как только я перешагнула порог поместья Линь Чжэ. Но я ошиблась. Вместо этого меня привезли в секту Тяньму. Путь занял всего два дня — с помощью небесных переходов.
Я всегда считала, что эти древние порталы уже многие столетия как не работают. Оказалось, они прекрасно функционируют. На моё несчастье.
Знала бы раньше — не торчала бы в Шафэнчжоу целых полгода, пытаясь найти другой способ выбраться из западных земель.
Цзи Си стоял неподвижно, как статуя, и смотрел куда-то поверх моей головы. Его лицо оставалось спокойным, почти равнодушным, но я уже научилась замечать мелкие детали: как слегка напрягается челюсть, когда я слишком долго молчу, и как он незаметно переминается с ноги на ногу, когда думает, что я сплю.
— Знаешь, — тихо сказала я, — если бы ты не был моим тюремщиком, ты бы мог мне даже понравиться. Ты такой… надёжный.
Он фыркнул — коротко и беззлобно.
— Если бы ты не желала сбежать отсюда, я бы, наверное, даже поверил.
Я улыбнулась в темноту.
— Значит, мы оба врём.
— Значит, оба, — согласился он.
Тишина снова опустилась между нами — тяжёлая и уже почти привычная.
Где-то далеко, за толстыми стенами зала, тихо звенел колокол секты — отсчитывая время до того самого «благоприятного часа», о котором мне так и не хотели рассказывать.
— Знаешь… — начала я снова.
— Нет, — тут же отрезал Цзи Си.
Я тихо рассмеялась.
Цзи Си и правда был милым парнем. Года на три младше меня. С лёгким нравом и открытой улыбкой — из тех, с кем в другой жизни мы наверняка стали бы друзьями. Рядом с ним даже воздух казался легче.
Уже было открыла рот, чтобы продолжить, когда дверь тихо скрипнула. В комнату вошёл глава секты Тяньму.
Высокий, седовласый, в простом белом одеянии с вышитыми серебряными рунами. Он коротко кивнул Цзи Си. Тот молча поклонился и вышел, бесшумно закрыв за собой дверь.
Теперь мы остались вдвоём.
— Что привело главу в мою скромную обитель? — спросила я с лёгкой усмешкой. — Извините, не могу предложить вам чаю. Руки, как видите, несколько… заняты.
Глава остановился в двух шагах от меня. Его лицо было спокойно, почти благостно.
— Ехидство вам не к лицу, принцесса. Вы выше этого.
— Вы пришли читать мне очередные морали? — я устало откинулась назад. — Не хочу вас разочаровывать, но у меня сегодня нет настроения слушать про «высшее благо».
Мне хватило прошлой недели.
Он сложил руки в широких рукавах и посмотрел на меня с тихим сожалением, будто я была заблудшим ребёнком.
— Вы связаны и беспомощны, принцесса. Ваше мнимое противостояние не принесёт вам никакой пользы. Оно лишь истощит ваш дух.
— Противостояние с сильным соперником даёт точку роста, — спокойно ответила я. — Где другие видят тупик, я предпочитаю видеть возможности.
— Похвально, — кивнул он. — Но вам это всё равно не поможет.
Он сделал паузу. В комнате стало очень тихо.
— Благоприятный час настанет совсем скоро. И вам больше не придётся переживать о своём будущем.
У меня внутри всё похолодело.
— Убьёте меня? — спросила я прямо.
Глава мягко улыбнулся. Эта улыбка была самой страшной из всех, что я видела за последний месяц.
— Нет, что вы, принцесса. Убийство противоречит учениям нашей секты.
Он шагнул ближе, и его голос стал почти ласковым:
— Мы всего лишь сделаем вас человеком.
Я замерла. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и липкие.
— …Что? — тихо переспросила я, чувствуя, как по спине побежали мурашки.
Глава смотрел на меня с той же благостной, почти отеческой улыбкой.
— Мы заберём у вас то, что делает вас… другой. Ту силу, что течёт в вашей крови. После ритуала вы станете обычной. Чистой. Свободной от бремени древней крови. Вы сможете жить нормальной жизнью. Без погони. Без страха. Без необходимости прятаться.
Он говорил так буднично, будто предлагал выпить чашку чая.
— Вы… хотите лишить меня силы? — мой голос прозвучал хрипло.
— Мы хотим освободить вас от неё, — мягко поправил он. — Это дар, принцесса. Большинство людей всю жизнь мечтают о такой возможности.
Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается ледяной ужас.