Страница 14 из 206
Третий — тот, что прыгнул в пруд, — пытался вытащить принцессу из воды, держа нож у её горла. Но принц не колебался ни секунды. Он шагнул к краю пруда и метнул свой меч, как копьё. Клинок вошёл убийце точно между лопаток. Тот выгнулся, выпустил принцессу и рухнул лицом в воду, окрасив её красным.
Принцесса судорожно закашлялась, хватаясь за стебли лотосов. Один из стражников тут же прыгнул за ней и вытащил на берег.
А Лун Юэ уже стоял надо мной.
Он опустился на одно колено, осторожно, но уверенно перевернул меня на спину. Его пальцы коснулись моей шеи — проверяя пульс. Потом скользнули ниже, к ране на боку. Лицо его оставалось спокойным, но в глазах плескалось что-то тёмное, почти яростное. Сейчас, без обычной ленивой маски, он выглядел иначе — опаснее и… человечнее.
— Принцесса Айрис… — тихо сказал он. Голос был ровным, но в нём слышалась нотки беспокойства. — Вы слышите меня?
Я попыталась кивнуть, но получилось только слабое движение. Горло горело. Глаза слезились от порошка.
Он не стал ждать ответа. Сорвал с себя верхний слой шёлковой накидки и прижал ткань к моей ране, останавливая кровь. Движения были быстрыми, умелыми — явно не первый раз он перевязывал раненого.
— Лекаря! — бросил он через плечо, не отрывая от меня взгляда. — И принести чистую воду. Быстро.
Стражники разбежались выполнять приказ.
Принц всё ещё держал меня, одной рукой поддерживая за плечи, другой прижимая ткань к боку. Его лицо было совсем близко. Я видела тонкие капли пота на его виске, напряжённую линию челюсти. От него пахло сандалом и кровью — чужой кровью, которую он пролил, чтобы спасти меня и сестру.
— Вы не умрёте здесь, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Не сегодня.
Я хотела ответить что-то колкое — «Спасибо, что разрешили», или «Сама как-нибудь справлюсь», — но из горла вырвался только хриплый кашель.
Вода в пруду ещё колыхалась, окрашенная кровью. Где-то неподалёку стонал раненый убийца. Принцесса тихо плакала на руках у стражника.
А я лежала в объятиях наследного принца Цзиньлуна и чувствовала, как его тепло медленно пробивается сквозь холод и боль. В голове билась только одна мысль — не о том, что я едва не умерла, а о том, что этот человек, которого я считала холодным, расчётливым интриганом, только что бросился спасать меня, не раздумывая.
Это было… странно. Ведь, если бы я умерла сегодня. Это решило множества их проблем.
7 глава
— Он мой жених! — крикнула Селин, врываясь в комнату так резко, что створки дверей ударились о стены с громким деревянным стуком.
Я только открыла глаза. Торн уже стоял возле моей постели — неподвижный, как гранитная статуя, с руками, скрещёнными на широкой груди. Он терпеливо дожидался моего пробуждения, словно страж, охраняющий не просто сон, а саму жизнь. Позже он поведал: в той битве меня отравили и ранили. Последнее, что я помнила, — как теряла сознание в объятиях Лун Юэ. Если бы могла, я бы покраснела от стыда. Я провалялась без сознания несколько дней.
Торн уже рассказал мне всё: император сдвинул дату свадьбы из-за нападения. Это известие совсем меня не радовало. Он также сказал, что мне вовремя оказали помощь, а на самого императора тоже покушались. Но внутри меня грызло подозрение — не всё было так просто. Почему напали именно на меня? Или целью была принцесса? На Лун Юэ тоже пытались напасть, но его героически заслонили. Селин — вместе с Юэлин.
Я хмыкнула. Лун Юэ повезло: столько прекрасных дам готовы защищать его ценой собственной жизни.
— И тебе доброе утро, сестрица, — произнесла я спокойно и подала знак Торну. Тот коротко кивнул и бесшумно вышел, оставив нас наедине.
Селин стояла посреди комнаты, тяжело дыша. Её золотистые волосы были слегка растрёпаны, глаза горели лихорадочным огнём.
— Он мой будущий муж, и я не хочу видеть тебя рядом с ним. Никогда.
Я приподнялась на постели, морщась от боли в боку, и внимательнее взглянула на неё. Вид у неё был растерянный — почти детский. Это было ново. Я медленно улыбнулась. Улыбка смыла её растерянность, мгновенно сменив её на чистую, неприкрытую злость.
— Неужто моя сестрёнка влюбилась? — спросила я тихо. — Глазам своим не верю.
Раньше мужчины готовы были горы свернуть ради её расположения. А сейчас она бесилась от ревности из-за одного-единственного мужчины. Селин нервно переминалась с ноги на ногу, не зная, куда деть руки.
— Спасибо, что спросила, сестрица. Я в порядке. Жить буду.
Она раздражённо плюхнулась в кресло возле кровати, словно капризный ребёнок, который не желает говорить о настоящей проблеме.
— Это не наш дом, Селин, — продолжила я спокойно. — Эти дикие кошки сожрут тебя, не успеешь ты и глазом моргнуть. Любовь — не то, чем нужно вооружаться во дворце. Когда очередная наложница твоего мужа решит тебя отравить, любовь тебя не спасёт.
— Ты несёшь чушь, — огрызнулась она.
Я лишь вздохнула и покачала головой. Она не хотела меня слушать. Или делала вид, что не слышит.
— Это всё? — спросила я, поправляя одеяло.
Селин возмущённо обернулась, глаза её расширились:
— Ты… выгоняешь меня?
— Лишь напоминаю, что так будет и впредь. Ты больше не любимая дочь короля Тарнхолда и больше не сможешь помыкать людьми, как тебе вздумается. Правила игры теперь другие, Селин. И в них ты — не ведущая фигура.
— Любимая дочь! — фыркнула она. — Кто бы говорил. Мне пришлось всю жизнь бороться за любовь отца лишь потому, что я не дочь той женщины.
Мы смотрели друг на друга через пропасть, которую не смог бы перекинуть даже самый прочный мост.
— Мы видим это по-разному, — ответила я тихо. — Когда мне приходилось не спать ночами, трудиться не только в учёбе, но и во всём остальном… Когда тебе было достаточно одного взгляда на отца или учителей — тебе спускали всё с рук. Тебе многое позволяли. Пока у меня не было ни одной свободной минуты. Словно это я остаюсь в королевстве, а не ты. Словно меня готовили занять трон.
Я помолчала, давая словам осесть. Я лишь сейчас начинаю понимать, для чего отец затеял эту сложную игру в кошки-мышки. Ведь враги и шпионы не спят.
— Ты хотя бы знаешь, когда мой день рождения?
Селин открыла рот… и не вымолвила ни слова.