Страница 26 из 63
Спустя некоторое время Парыгина, проведя расследование, дело прекратила за отсутствием состава преступления, усмотрев в действиях Серова необходимую оборону. А убитого Белова родственники перевезли в село Оклан, где и похоронили. При этом с решением следователя они не согласились и обжаловали его в прокуратуру округа. Прошла зима, настало лето, прокурор Корякского автономного округа отменил постановление о прекращении дела и поручил провести новое расследование мне.
Приняв дело к своему производству, я обнаружил, что следствие было организовано поверхностно, не полно, с массой недоделок. Было проведено только вскрытие трупа местным врачом, судебно-медицинская экспертиза не проводилась, орудие убийства — полено — с места преступления не изъято. Столовый нож, правда, Парыгина удосужилась приобщить к делу. Нужно было начинать все сначала.
С моим практикантом коряком Ваней Добрыниным мы вылетели в Аянку и приступили к расследованию.
Первым делом повторно осмотрели место происшествия. На косяке входной двери со стороны кухни обнаружили пятно крови и два волоска на расстоянии полутора метров от пола. Провели следственный эксперимент и воспроизведение показаний Серова и Нестеренко на месте происшествия: кто где сидел, где лежали дрова, уточнили, где лежал нож, как им замахивался Белов и т. д. Все это фиксировали на фотопленку.
Во время осмотра зашел участковый Керносенко Петр, в руках у него было березовое полено.
— Я зимой на всякий случай забрал полено, которым был нанесен удар по голове Белова, может, вам оно будет нужно, — сказал участковый.
— Какой ты, Петя, молодец. Конечно, нужно! — похвалил я милиционера, и не напрасно.
При тщательном осмотре на конце полена мы нашли пятно крови и несколько волосков. Это уже была удача.
По прибытии в село Каменское мною было принято решение произвести эксгумацию трупа Белова и провести судебно-медицинскую экспертизу.
Получив санкцию у прокурора и согласие родственников погибшего, я вызвал из города опытного судебно-медицинского эксперта Зиновьева Алексея, по прозвищу «Лепила». Зиновьев был классным специалистом своего дела, но за ним был. один грешок — любил выпить. С Лепилой по работе мы сталкивались не один раз и даже подружились.
Судебный медик прилетел самолетом через несколько дней. В село Оклан выехали на двух моторных лодках. В мою лодку «Казанку» сели мы с Лепилой, а за рулевого — сын Олег. В моторке «Крым» разместились хозяин — пожарник Домнин — и прокурор Лукин.
Две моторки, тарахтя двигателями, помчались, разрезая водную гладь реки Пенжины, навстречу неизвестности и приключениям. Через час ходу вошли в приток реки Пенжины — речку Оклан; двигались против течения. Вода была чиста и прозрачна как слеза. На перекатах мелководья мотор чиркал о песок и гальку, образуя мутные завихрения. На дне видны были сломанные винты и оторванные лопасти.
В реке в ямах резвились жирные хариусы, которые выпрыгивали из воды, как вылетают из бутылок пробки шампанского, и плюхались обратно в свою стихию. По берегам березы и осины приветливо махали путникам зелеными кудрявыми ветвями. Оклан — небольшое село эвенов. Жили в нем и несколько русских семей. Нас встретили председатель совета, приветливая Мария Ивановна, и ее муж — татарин Рашид. Пригласили двух эвенов Колю и Мишу с лопатами и киркой, а также родственников усопшего и пошли раскапывать могилу Белова.
Раскопками руководил Лепила, принявший на грудь сто граммов спирта, полученного для вскрытия трупа.
Прокурор ушел в клуб читать лекции, а пожарник проверял объекты на противопожарную безопасность. Эвены быстро раскопали указанную родственниками усопшего могилу. Земля за лето оттаяла, кирка почти не потребовалась. Вскоре лопата ударила в крышку гроба.
— Осторожнее! — крикнул судебный медик, нагнувшись над разрытой ямой, поскользнулся на мокрой земле и свалился в могилу на голову эвена Коли. Тот вывихнул ногу и заорал от боли. Вытащили Лепилу, потом Колю и гроб с мертвецом. На месте медик вправил эвену вывихнутую конечность.
— Спасибо, дохтол, однако! — поблагодарил Коля врача.
При помощи кирки сорвали крышку гроба. В холоде покойник хорошо сохранился. Труп Белова эвены перенесли в морг больницы, и Лепила, дыхнув на нас спиртными парами, приступил к вскрытию. Закончив свое неблагодарное, но необходимое дело, Зиновьев изрек:
— Труп в город везти нет необходимости, а вот череп я полностью заберу. Похоже, удар по голове был не один.
Это обстоятельство в корне меняло дело. Версия о необходимой обороне отпадала, возникала новая — нанесение тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть при превышении пределов необходимой обороны. Серову светила возможность попасть за колючую проволоку.
Переночевав в Оклане, с утра тронулись в путь. Прокурор сел в лодку сына, а мы с экспертом — в «Крым» пожарника Домнина. Над речкой стоял белесый туман, веяло прохладой, в кронах деревьев на все лады распевали какие-то птицы. Реки Камчатки очень быстры и коварны, немало человеческих жизней погубило и унесло навсегда их стремительное холодное течение.
Глубины внезапно сменяются невесть откуда взявшимися мелями. Налетит моторная лодка на меляк, ревущий мотор подпрыгнет вверх, как футбольный мяч, рассыплется на части гребной винт. Потом двигатель заглохнет, и неуправляемую лодку, как щепку, понесет течением вниз по реке. На этот случай необходимо иметь в запасе несколько винтов, иначе плавсредство унесет в открытое море. Но самое страшное на безумной реке — залом. У берега в воду падают стволы деревьев, вывороченные корни, сучья, ветки кустарника, образуя нагромождения — затор. Это и называется «заломом». Вода в заломе кружит бешеными водоворотами; попавшую в залом моторную лодку закручивает водяная центрифуга, бросает из стороны в сторону, как щепку, и в девяти случаях из десяти переворачивает. В чертовой круговерти спастись людям практически невозможно, безжалостные водовороты затягивают тела в омут залома под пни и коряги. Совсем недавно рентгенолог Казбек Тимофеевич с женой и приехавшей в гости с материка сестрой возвращался из Оклана в Каменское.
Лодка попала в залом, перевернулась. Врач успел схватить жену за волосы и чудом выбраться на берег. Жену он спас, а вот сестру затянуло под воду, и она утонула. Тело ее так и не нашли.