Бывает и хуже? Том 8

Глава 23

В этом был весь Ткачёв. Любой другой человек на его месте посмотрел бы на меня как на чокнутого. Затем задал бы тысячу и один вопрос. А потом ещё десять раз подумал, стоит ли вообще влезать в такое сомнительное мероприятие.

А Ткачёв уже разве что кастрюлю не достал, чудной человек. Но сначала всё равно стоило всё объяснить.

— Никита Александрович, — остановил я его. — Подождите. Вы сначала хотя бы послушайте, зачем мне всё это.

Ткачёв сдвинул свои солнцезащитные очки на кончик носа и посмотрел на меня поверх них.

— Ну, если так хочешь — выкладывай, — разрешил он. — И прошу, хватит уже мне «выкать». Мы с тобой огонь и воду прошли, Йорика на два кабинета делили, тут уже не до церемоний. А то попадёшь ко мне на стол — что мне, как-то по-особенному тебя вскрывать?

Ох уж этот особый юмор патологоанатомов.

— Хорошо, — кивнул я. — Давай на «ты».

— Выкладывай, — живо сказал тот. — Что у тебя там за тёмные делишки?

Я сел напротив него и рассказал всё по порядку. Про культ, который завёлся в Аткарске, он знал и до меня. Сам мне говорил, что его племянница тоже увлеклась вампирской темой, хотя на сами вечеринки и не ходит.

Я рассказал про лейтенанта Жарова и про то, что я по его просьбе внедрился в этот культ под именем Эдварда. И про то, что Старейшина попросила меня принести на следующую встречу кувшин крови.

Ткачёв слушал очень внимательно, не перебивал.

— Вот такие дела, — закончил я. — И мне нужна кровь, похожая на настоящую. Простой томатный сок тут не подойдёт.

Никита Александрович помолчал.

— Слушай, — наконец сказал он. — А чего ты мудришь-то вообще? Забыл, что мы в больнице работаем? Возьми обычной крови вон — и дело с концом. Зачем все эти сложности?

Я покачал головой. Об этом уже думал, сразу же после той просьбы.

— Нельзя, Никита Александрович, — сказал я. — Сам я тоже сначала так подумал. Но потом сообразил: а что, если они её и вправду выпьют?

— В каком смысле? — переспросил он.

— В прямом, — ответил я. — Это же вампиры. И они стараются быть максимально приближенными к этой культуре, к этим ритуалам. Вдруг кто-то решит сделать глоток для большего антуража? Там дети, по сути. Я не хочу рисковать их здоровьем.

Ткачёв задумчиво кивнул.

— М-да, об этом я не подумал, — признал он. — Тогда да, не подходит это.

— Поэтому и нужна искусственная, — продолжил я. — Чтобы выглядела как настоящая, но при этом была абсолютно безопасной. Пусть хоть пьют, хоть с головы до ног ею мажутся, но чтобы всё было безопасно.

— Ну ты голова! — щёлкнул пальцами Ткачёв. — Всё логично.

— Так что скажешь? — спросил я. — Сделаем?

Ткачёв расплылся в своей фирменной улыбке.

— Йорик Геннадьевич, он ещё спрашивает! — обратился он к скелету. — Как будто я вообще могу отказаться от чего-то столь интересного! Конечно сделаем, Саня! Наконец-то развлечение, а не новый труп.

Ага…

— А что для этого нужно? — уточнил я. — Что мне купить?

— О, тут целая наука, — оживился он. — Значит, так: нужен глицерин для вязкости, красители определённые, какао, немного соли для запаха и металлического вкуса, кукурузный сироп для блеска. И я сварю тебе такую кровь, что никто не отличит!

Подозрительно глубокие познания в этом деле.

— Ты это уже делал, что ли? — удивился я.

— Не, — хмыкнул Ткачёв. — Но всю жизнь хотел попробовать. Меня же эта тема давно интересует! Вот изучал вопрос, как на съёмках кровь делают. А применить что-то негде было. Теперь пригодится!

Ну хоть кому-то моя авантюра в радость.

— Тогда так, — сказал я. — Прямо сейчас не получится, у меня вызовы, а вечером ещё лекция в школе здоровья. Давай после лекции и начнём.

— Договорились, — кивнул Ткачёв и поправил свои солнцезащитные очки. — Приходи, как освободишься. Я подготовлю всё что надо. Будет тебе кровь высшего сорта. К тому же вечером в морге особенно уютно и тихо, нам не помешают.

Ага.

Я поблагодарил его и вышел из морга. Отлично, один из вопросов закрыт. По крайней мере я смогу попасть на следующую вечеринку.

Зашёл к себе в кабинет, собрался и отправился на вызовы. Адресов было восемь, и жалобы начались со стандартных случаев. ОРВИ, давление, боли в спине. В последнем адресе в графе «жалобы» несравненная Ирина написала «плохо».

Я добрался до нужного частного дома, меня встретила встревоженная женщина лет пятидесяти.

— Доктор, проходите, — засуетилась она. — Это к мужу я вас вызвала, к Геннадию. Он совсем плохой стал. Я думаю, с сердцем у него что-то.

Я прошёл в комнату. На диване полусидел крупный бледный мужчина и держался за грудь.

— Доктор, здравствуйте — проговорил он. — У меня сердце начало часто прихватывать. Уже третий раз за неделю. Вызывал скорую, там сказали, всё в порядке. Но прихватывает — и всё тут. Таблетки никакие не помогают.

— Так, спокойно, — сказал я и присел рядом. — Сейчас разберёмся во всём. Рассказывайте по порядку, что именно вас беспокоит?

— Да вот, — Геннадий прижал руку к груди. — В груди что-то сжимается. Сердце начинает стучать как ненормальное, и воздуха не хватает. Жена говорит, это на инфаркт похоже.

— Если такие приступы были три раза за неделю, то это точно не инфаркт, — покачал я головой. — Давайте осмотрю вас.

Я начал осмотр. Померил давление, измерил пульс, выслушал сердце и лёгкие. Так, всё в порядке. Пульс частый, да, но ритм правильный. Давление чуть повышено. Праной никаких сердечных отклонений я тоже не обнаружил.

— А когда приступы начинаются? — спросил я. — В какой момент?

— Да по-разному, — ответил он. — И на работе бывает, я по сменам охранником работаю. Дома тоже бывает. Один раз прямо в магазине плохо стало.

— А боль куда-нибудь отдаёт? — уточнил я — В руку, в челюсть?

— Нет, — подумав, ответил Геннадий. — Нет, никуда она не отдаёт, только в груди вся.

— А долго длится приступ? — задал я следующий вопрос.

— Минут двадцать, — задумавшись, сказал он. — Может, полчаса. А потом потихоньку отпускает.

Нет, это явно не сердечные боли. И я уже начал догадываться, в чём тут проблема на самом деле.

— А скажите, — попросил я, — что у вас сейчас в жизни происходит? Может, нервничаете из-за чего?

Геннадий и его жена переглянулись.

— Да на работе у него проблемы, — ответила за мужа женщина. — Начальник новый пришёл, лютует. Смены начал неудобные ставить, обязанностей всё больше вешает. Гена очень переживает, на кофе вот подсел, по ночам почти не спит.