Страница 68 из 73
Я затем рассказал про свои новости. Не говорил Лиле про уход из больницы, поэтому и про то, что остаюсь, смысла рассказывать не было. Просто рассказал пару забавных моментов, интересные случаи.
Вечер прошёл хорошо.
Утром Лиля отправилась к себе, а я пошёл в поликлинику. Новость о том, что я остаюсь, уже разлетелась по всей больнице. Многие меня уже поздравили лично, кто-то просто улыбался.
А возле моего кабинета меня поджидал человек, который точно был не рад этой новости. Татьяна Александровна.
— Александр Александрович, — процедила она, когда я подошёл к ней. — Это правда? Вы действительно решили остаться в нашей поликлинике?
— Правда, — спокойно ответил я. — Я забрал заявление и никуда не ухожу. Обстоятельства изменились.
Татьяна Александровна поджала губы ещё сильнее.
— Понятно, — выдавила она. — Что ж, поздравляю.
Что-то не слышно в её голосе радости. Хотя оно и понятно.
— Спасибо, — вежливо кивнул я и собрался было пройти мимо. Но она меня остановила.
— Знаете, Агапов, — вдруг сказала она, понизив голос, — а ведь вы заняли чужое место. Вы хоть это понимаете?
Я остановился и обернулся.
— Чьё же? — спокойно поинтересовался я.
— Это место должны были отдать грамотному специалисту, — злобно ответила та. — У меня… у нас в семье медицина — это призвание. Мой отец был врачом, лучшим терапевтом в нашем городе. А меня вот в медицинский не взяли. Завалили на экзаменах, совершенно несправедливо. Я всю жизнь проработала старшей сестрой.
Это уже что-то новенькое. Кристина рассказала мне только про сына Виталика. А тут, оказывается, копнуть надо глубже. Целая семейная драма, тянущаяся из прошлого.
— И вы решили, что хотя бы сын исполнит то, что не вышло у вас, — предположил я. — Правда, мне непонятно, как вы вообще хотели это устроить. Не вы же решаете, кто станет заведующим.
Татьяна Александровна вздрогнула.
— А вы откуда… — начала она, но осеклась. — Впрочем, неважно. Да, Виталик должен был занять это место. Он как раз является отличным врачом. И я бы легко это устроила, когда Лаврова бы выгорела окончательно. Она бы не видела кандидатур в нашей поликлинике, а тут такой Виталик. У меня был целый план, но вмешались вы. Власову было бы всё равно, но это явно из-за вас у нас появился этот Кречетов!
Что-то она чересчур разговорилась. Не может уже держать в себе весь свой злодейский план?
Что ж, её мотивация стала ещё понятнее. Ко всему добавлена личная обида, обида за сына и прочее.
— Татьяна Александровна, — ровно сказал я. — Я никого не подсиживал и ничьё место не занимал. Я просто работаю. А что касается вашего сына: если он действительно хороший врач, то найдёт себе место и без интриг. Хороший специалист везде пробьётся.
— Не вам судить, какой он специалист! — огрызнулась она.
— Не мне, — согласился я. — Но и не вам решать за всю больницу.
Она фыркнула от возмущения.
— Вы пожалеете, что остались, Агапов, — с угрозой заявила она. — Помяните моё слово.
— Увидим, — спокойно ответил я и отправился к себе в кабинет.
Что ж, эта война продолжается. Но я и не ожидал, что все проблемы резко решатся. Не в моей жизни.
Не успел я даже включить компьютер, как ко мне заглянул Шарфиков с папкой документов.
— Сань, можно? — спросил он. — По комиссиям есть пара вопросов.
— Заходи, — вздохнул я. — Спрашивай.
Стас уселся напротив и принялся задавать вопросы. Всё было по существу, он меня даже порадовал. Я пояснил ему несколько моментов, и он понял всё с первого раза.
— Молодец, Стас, — сказал я. — Вопросы грамотные. Видно, что стараешься разобраться, не халтуришь. Так держать.
Шарфиков аж порозовел от удовольствия.
— Стараюсь, — пробормотал он. А потом замялся, заёрзал на стуле. — Сань… а можно личный вопрос? Не по работе.
Начинается.
— Давай, — вздохнул я.
— Ну, я это… — Стас нервно потёр шею. — Помнишь Кристину? Медсестру мою, точнее, она уже не моя, получается. Которая, ну… В меня влюблена была. Я её сначала отшил, ты помнишь. Вообще не знал, что ей нравлюсь. А теперь вот думаю: может, зря? Она, оказывается, нормальная девчонка. И изменилась как-то в последнее время. Подобрела, что ли. Я к ней присмотрелся и… В общем, не знаю, что делать.
Я тяжело вздохнул. Ну за что мне это, а?
— Стас, — терпеливо сказал я, — ну при чём тут я?
— Да ладно тебе! — возмутился Шарфиков. — Посоветуй, чего тебе это стоит!
Ох, ёлки-иголки.
— Ладно, — кивнул я. — Если тебе нравится Кристина, то не майся дурью, а просто пригласи её на свидание. В кафе там, в кино, куда угодно. И поговорите. Вот и весь мой совет, никакой высшей математики.
Шарфиков просиял и торопливо закивал.
— Точно! — выпалил он. — Так и сделаю!
И умчался из кабинета, едва не забыв свою папку.
Я покачал головой, глядя ему вслед. Что за Санта-Барбара у меня в жизни? Один любит другого, другой третьего, и все приходят за советами ко мне. Я кроме терапевта ещё и сваха. Заведующий по сердечным делам, чтоб его!
Но бывает ведь и хуже.
До вызовов оставалось время, и я решил потратить его на очень важное дело. И отправился в морг.
Ткачёв был у себя в кабинете, сидел за столом и что-то увлечённо строчил в журнале. Увидев меня, он расплылся в улыбке.
— Саня! — воскликнул он радостно. — Какими судьбами в мои владения? Живые сюда нечасто заглядывают по доброй воле.
— Здравствуйте, Никита Александрович, — я прикрыл за собой дверь. — Есть к вам разговор. Не для посторонних ушей.
Ткачёв заинтересованно приподнял бровь, отложил ручку и подался вперёд.
— Заинтриговал, — сказал он. — Ну, выкладывай. Что за тайны?
Я сделал паузу, подбирая слова.
— Никита Александрович, — сказал я. — У меня к вам необычная просьба. Мне нужно сварить кровь. Поможете?
— Спрашиваешь, — фыркнул он. — Давай варить!