Страница 33 из 258
Сад зацвел. Двор в порядке. Люди работают. Кто шьет, кто вяжет, готовя товар к осени – зиме. Мастериц правда у меня немного, и работают они в особом помещении, куда еще не каждый войдет. Только вот все, что связано с фарфоровыми куклами, я запретила делать. Мастера изготовлением посуды озадачила. Решила, что не нужно создавать лишних кукол. Куколок из ткани чужие мастера теперь и сами сделают, а вот повторить фарфоровых красавиц у них не получится. Есть у них секрет, который я из прошлой жизни помню и вместе с мастером смогла его повторить, а вот другие не смогут. Да и разрисовать лица, как у моих «деток», тоже у них вряд ли получится.
А еще мне нравится то, что мои красавицы стоят безумных денег. Агашка рассказала мне, что одна из молоденьких аристократок, для которой отец покупал куклу, отказалась ради нее от летнего сезона в столице. Этих ведь денег на содержание дома в столице, новые платья, кареты с конной парой хватило бы. Из ее рассказа поняла одно – мои куклы должны быть редким товаром. Только тогда они будут по-прежнему так дорого стоить.
И вот… Девочки учатся. Няньки барончика лелеют. Мастера работают. Мастерицы без дела не сидят. У крестьян и вовсе ни минуты свободной нет. Стражники охраняют не за страх, а за совесть. А в доме опять ремонт. Скучно. Подумаешь, камины в комнатах на печи круглые меняют, а если точнее, то на втором этаже особняка камин останется только в моей комнате и в гостиной. Во всех остальных их уберут. В подвальном этаже будут сложены большие печи, которые не только позволят иметь в доме горячую воду, но и дом обогреют. Извилистые дымоходы от них будут проходить в стенах и только уже на самом выходе, под крышей встраиваться в каминные трубы. Очень надеюсь, что тепло после этих изменений в трубы каминов, вылетать не будет. А огонь в печах при минимуме дров теперь дом сам при помощи источника поддерживать сможет.
Да, я даже ров втихую во время магических тренировок почистила, расширила и чистой водой наполнила, можно крокодилов запускать. Жаль, нет их в этом мире. А потому заскучала я. И… накаркала.
Гости пожаловали. Как же вовремя мы камины и стены разворотили, ковры и гобелены со шторами убрали, а уж вазы, фарфор, мою шикарную новую посуду от пыли-грязи прикрыли – спрятали. Теперь точно – целее все будет.
Глава 17
К нам приехал «ревизор»! А если серьезно, то да, приехал. Королевский посланник явился. Да не один, а с любовницей, свитой и охраной, само собой. Вот только ворота у нас после того, как их вместе со стеной восстановили, открытыми и без присмотра никогда не остаются. Пришлось всей этой разряженной толпе топтаться на мосту перед ними в ожидании моего прибытия, потому как без моего разрешения во двор никогда никого не пустят. А меня дома не было, и возвращаться я в тот день не торопилась. Ну, а зачем мне? Кто меня предупреждал о визите таких важных гостей? Никто. То, что об их прибытии я узнала, как только они пересекли границу моих земель, знать никому не положено. Я себя иногда с пауком сравниваю. Где бы он ни находился, всегда знает, что и где в его владениях происходит. Вот и я с каждым днем все четче и яснее чувствую связь со своей землей.
Вот потому я и вернулась к стенам родного дома только через пару часов после их прибытия. Совсем уж наглеть не стала. Зачем выбешивать до крайности такого важного человека. Явилась пред его очи запыленная и заморенная. А какая я еще могла быть после работы с землей? И хоть лошади меня уже не пугали, и в седле я держусь уверенно, но работа с магией тоже выматывает. Не руками работала, конечно, но земля, она и есть земля. Особенно тогда, когда ты выложился по полной, и сил нет даже на то, чтобы одежду магией почистить. А на мосту столпотворение, пройти негде, но переругиваются гости и охрана ворот уже без запала.
Знакомились, не слезая с коней. Я поахала, пролепетала извинение, промямлила о том, что не была предупреждена о приезде гостей, и пояснила свое отсутствие делами, связанными с ленивыми крестьянами, которых очень трудно заставить работать.
Виконт Август Кларн посмотрел на нас, а рядом со мной был Шамир и пара его воинов, свысока. А мое тщедушное, заморенное тельце, судя по всему, его не впечатлило. Ну не нарастает на мне жирок, все калории уходят на работу с магией. Платье же я в этот день напялила на себя не просто простое, а откровенно старое. И в седле на великолепном жеребце я при этом выглядела, конечно же, нелепо. Гости, глядя на меня, кривили губы. Виконт же в конце концов соизволил принять мои приветствия и извинения.
Но и после этого никто из прибывших даже легкий поклон в мою сторону не соизволил изобразить вежливости ради. Зато я с удовольствием позлорадствовала, где-то глубоко в душе, приглашая их разделить со мной кров и стол. Гостеприимство наше всё. Двор у нас чистый, камнем вымощенный. Парадное крыльцо тоже новое, выше всяких похвал, а то, что дом обшарпанный, и в самом доме от самого порога разруха, как после бомбежки, так не виноватые мы, ремонт у нас. Камины «ремонтируем», вместе с забитыми сажей дымоходами. И хоть сами спим и проживаем в очень стесненных условиях, но ради таких гостей мы не против потесниться еще. Даме и ее камеристкам можем предложить комнату экономки, одну на всех. Воинам в казарме койки поставят. Для самого главного гостя вместе с его камердинером, лакеем и личным поваром тоже отдельная комната найдется. Гувернер наш, тот который учитель, им свою на время уступит. Она хоть и тесновата, но камин в ней разобрать еще не успели.
Готовить вот только новоприбывшему повару не из чего, да и негде. Кухня… Она тоже… Того… Наш-то повар во времянке во дворе то, что попроще, на всех в одном котле готовит. А так-то мы, со всем усердием и удовольствием, гостям рады. Это они удачно к нам заехали. Зачем вот только? Кому мы понадобились?
Работнички мои, без моих распоряжений, одевшиеся опять, как последние оборванцы, со всем уважением предлагали услуги гостям. Одни кланялись и угодничали, другие тут же за углом рты зажимали, чтобы не заржать. Заразы! Хорошо им, весело. Они-то сменяли друга, а мне от начала до конца «правильные» эмоции изображать пришлось. И по дому мы их провели так, что мастерские наши они так и не увидели. И правильно – многие знания, многие печали. А еще говорят – знания жизнь укорачивают. Зато комнаты, готовые для заселения, показали.