Страница 42 из 68
— Она никуда не уйдет! Она — моя жена, леди Лебран. Отстаньте он нее!
"Не отпустит!"
И эта мысль, вместо того, чтобы огорчить, наполнила ее сердце глупым, противоестественным ликованием.
— Или что? — Эрик выставил вперед подбородок — Вызовешь своих стражников? Их у тебя два десятка на весь замок. У меня — пятьдесят ветеранов. Думаешь, они испугаются каких-то красно-черных щеголей?
Клауд не ответил. Он просто смотрел, холодно и зло. И под этим взглядом даже Эрик, пылая от ярости, невольно сглотнул.
— Это не вопрос численности, генерал! — тихо сказал Клауд — Вы вошли в мой дом без приглашения и угрожаете моей семье. По какому праву?
— По праву того, кто любил ее первым! — выкрикнул Эрик — По праву того, кому она обещала ждать! Ты украл ее! Обманом или силой — неважно!
Клауд взглянул на Мегану. В его взгляде был немой вопрос: «Обещала?»
— Не обещала! — произнесла Мегана — Генерал ошибается. Выдает желаемое за действительное.
— Она говорит, что нет! — констатировал Клауд — И даже если бы обещала — она сделала свой выбор. Вы опоздали, генерал. Война на юге отвлекла вас. Жизнь не ждет.
— Выбор? — Эрик фыркнул — Какой выбор могла быть у запуганной девчонки после того, как ты ее изнасиловал? Вся столица шепчется об этом!
На лице Клауда появилось презрительное выражение.
— Слухи — грязная валюта! — сказал он — А вы, генерал, судя по всему, готовы платить ею. Отпустите мою жену. Последний раз прошу вежливо.
— Иди к черту, Отшельник! — прошипел Эрик — Она идет со мной. А если попробуешь остановить..
Его рука опустилась на эфес меча.
В библиотеке повисла звенящая тишина. Мегана видела, как пальцы Клауда медленно сжались в кулаки. Видела, как по его скуле пробежала судорога.
Он был без оружия. Но в этой комнате он казался опаснее вооруженного до зубов Эрика.
Ей стало так страшно, не за себя, а за них..Они же поубивают друг друга!
" Боже, что же делать?"
— Эрик, не надо! — произнесла она — Пожалуйста, уйди!
— Молчи! — рявкнул он — Ты всегда была такой! Холодной, расчетливой! Нравиться быть женой принца? А мне все равно!
Он снова потянул ее к двери. И в этот момент Клауд двинулся.
Это было стремительное, точное движение. Он просто оказался между ними, его рука, быстрая как молния, легла на запястье Эрика, сжимавшее плечо Меганы. Пальцы Клауда впились в сухожилия.
Эрик ахнул от боли и неожиданности, его хватка ослабла. Мегана вырвалась и отпрянула к камину.
— Ты.. — зарычал Эрик, хватаясь за меч.
— Не советую! — холодно сказал Клауд, все еще держа его за руку — Вытащишь клинок — это будет объявлением войны не только мне, но и короне. Вы — герой, генерал. Не губите свою карьеру, и жизнь своих людей, из-за сплетен и собственных обид.
Он говорил тихо, но каждое слово било, как молот. Он апеллировал не к силе, а к разуму. К реальности.
Эрик тяжело дышал, его лицо пылало. Он смотрел то на Клауда, то на Мегану, стоявшую у камина с холодным, застывшем лицом. Было заметно, какая борьба кипела в нем — ярость, боль, осознание правоты слов Клауда.
И было ясно, что он ждал от Меганы одного единственного — знака, что она хочет уйти. И тогда бы он ее увел, несмотря на последствия.
Но знака не было.
Наконец, с силой выдернув руку из тисков Клауда, он отступил на шаг.
— Это не конец, Отшельник! — прошипел он — Ты выиграл сегодня. Но война только начинается. И помни: у меня за спиной не только мои солдаты. У меня — доверие короля и народа. А у тебя что? Заплесневелый замок и испорченная реутация? Мы еще встретимся. И тогда посмотрим, чье право окажется сильнее.
Он бросил последний, полный ненависти взгляд на Мегану.
— А ты пожалеешь о своем выборе! Клянусь!
Развернувшись, он вышел из библиотеки, громко хлопнув дверью. Его тяжелые шаги затихли в коридоре, потом раздались на лестнице. Вскоре с улицы донесся звук отъезжающего отряда.
В библиотеке воцарилась тишина. Мегана стояла, обнимая себя за плечи. Клауд неподвижно смотрел в закрытую дверь. Потом медленно повернулся к ней.
— Довольна? — спросил он — Твои старые связи начинают напоминать о себе. И приносят с собой войну.
Она не ответила. Что она могла сказать? Он был прав. Ее прошлое, ее старые ошибки настигли ее здесь, в этом замке. И теперь Эрик, с его армией и его обидой, стал новой, страшной угрозой. Угрозой не только для нее, но и для хрупкого, опасного равновесия, в котором существовал Клауд.
Отшельник подошел к высокому стрельчатому окну и мрачно посмотрел на пыльное облако, уносимое вдаль отрядом Конрада. В воздухе повисла тяжелая, звенящая тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем напольных часов.
— Он не отступит! — тихо сказала Мегана, глядя в его широкую спину.
Эти слова предназначались скорее ей самой, чем мужу.
— Он будет искать способ ударить.
Клауд резко обернулся. Его взгляд был тяжелым, как свинец.
— Ты только что сделала мое положение в десять раз опаснее. Поздравляю! — выплюнул он, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.
Он сделал шаг к ней, останавливаясь на опасном расстоянии. В темноте его глаз мелькнуло нечто болезненное, темное и неприрученное.
— Эрик Конрад.. — его голос дрогнул, понизившись до хриплого шепота, в котором ядовитым шипом торчала ревность — Он был твоим любовником?
Мегана замерла, пораженная его тоном.
— Ты же знаешь, — ответила она, и вздернула подбородок, глядя ему прямо в глаза — в нашу брачную ночь я была девственницей.
— Делить ложе и распалять страсть — не одно и то же! — криво усмехнулся он — Удовлетворять мужчину можно по-разному. И принадлежать ему — тоже.
Воздух между ними, казалось, заискрил. И в эту секунду Мегана заметила: в глазах Клауда не было той холодной равнодушной темноты, с которой он отверг ее в прошлой жизни. В них бушевала буря из ревности, злости и.. желания?
Она вдруг осознала: все мужчины в этом схожи — банальная похоть часто туманит их мозг, заставляя забыть о доводах разума. А ревность часто вызывает желание. Клаудом можно управлять также, как и Эриком.
И поняла, что появился шанс пробить глухую стену, которую муж возвел между ними.
Сердце забилось, и она сделала шаг навстречу — так близко, что почувствовала жар его тела.
— Как именно — по-разному? — спросила она, невинно захлопав ресницами и чуть склонив голову вбок, словно прилежная ученица — Покажите мне! Я ведь ничего не знаю об этих способах.