Пустыня смерти

Сейчас – да. Селкет, призвав силу Красной Пустыни, воспользовавшись слабостью и скорбью Нуна, пленила его. Мы не созданы для вмешательства в жизни творений – мы слишком изменчивы. И Нун стал заложником песков, рушащих его суть. Нун, мой Нун.. Он творец, а не разрушитель. Его уничтожает то, что Селкет делает с ним.

— Но если богиня скорпионов использует силу первозданного хаоса, почему она ещё не уничтожила Осириса?

Нун сопротивляется. Он борется с ней, и всё же его суть растворяется. Вскоре Селкет добётся своего. Помоги нам, иначе Нун растворится в ненависти Селкет и сухости песка и весь ваш мир падёт. Всё вернётся в изначальное ничто.

— Я хочу помочь! Хочу! Но я не знаю, как..

Найди скрижаль. Богиня-мать Исида создала её, чтобы ослабить Селкет, хоть и не знала, откуда та берёт силу.

— Что будет после? Мы останемся.. в изоляции? Всё вернётся, как было?

Вероятностей много, и кому-то придётся решить, по какому пути пойдёт мир. Кому он принадлежит – богам или смертным?

— Кто должен выбирать?

Ты знаешь ответ. А мы, каков бы ни был исход, останемся с вами водой, небом, землёй и даже песком.

Ифе овладел страх. «Я не хочу выбирать! Я всего лишь человек! Я ничто – одна из песчинок мира.. Как я могу выбрать или даже задуматься о таком выборе?!» Внезапно Наунет послала ей новое видение.

Волосами Ифе играл тёплый морской ветер. Она стояла на берегу моря, глядя вдаль. Девушка была прекрасна. Спокойствие, долгожданное и заслуженное, окутывало её фигуру. И всё же аментет знала, что покой – это не конец и что впереди её ждёт ещё так много интересного.

Кому бы ни принадлежал этот мир, единственной видимой фигурой в нём была Ифе. Она понимала, что где-то там, вдали от моря или даже за морем, был её дом, друзья, близкие.

— Это будущее, в котором боги и люди разделены? – сквозь слёзы спросила она.

Не знаю. Решать тебе.

Ответ Наунет был глухим и далёким. Ни её, ни Нуна не было в том мире, который предстал перед взором Ифе, как не было и зримых богов. Аментет попробовала воззвать к Сету, Анубису, Амт и даже к Атсу.. Они не ответили привычными голосами, не явили себя, но Ифе ощутила тепло их присутствия в мире. Она не чувствовала скорби или потери, ведь знала, что боги приняли свободу смертных и покинули их добровольно. Нет, не покинули – отстранились, продолжая наблюдать и поддерживать возможностью веры издалека, давая смертным идти по своему пути, а им самим, богам, – по своему.

— Этот путь кажется правильным, – прошептала Ифе, – как будто так и должно быть.

И пусть она не приняла однозначного решения вслух, сердце аментет забилось быстрее от осознания, что она может выбрать. И выбрать правильно. Молчание Наунет же стало ей мягким, принимающим ответом.

— Нужно уходить!

Внезапный окрик Одайона вырвал Ифе из видений. Она открыла глаза, чтобы тут же вскрикнуть от боли, вызванной песчаным ветром, ударившим в лицо.

Освободи Нуна..

Последние слова Наунет растворились в завывании бури, налетевшей на берег. Только теперь Ифе поняла, что всё это время они с Одайоном были на краю Та-Дешрет. Алое небо и тучи двигались к морю, захватывая новые владения. Вода, только что искрившаяся на солнце, иссохла, открывая изрезанную трещинами безжизненную землю.

— Что происходит?! – Обернувшись к Одайону, Ифе увидела, что в сложенных ладонях он держал остатки морской воды.

Она быстро утекала сквозь пальцы мужчины.

— Ищи скрижаль, – прорычал он. – Я задержу Селкет и приду, чтобы ты сделала верный выбор.

Ифе поняла, что Одайон не слышал её разговора с Наунет и не знал, что в её планы уж точно не входило полное избавление от богов. «Лучше ему и не знать..» К счастью, ответа от неё разбойник не ждал.

Он выпил из ладоней остатки воды, и аментет ощутила отголосок силы Наунет. «Наверное, из-за неё он мог делать то, что неподвластно даже богам..»

— До встречи, – сказал Одайон.

Ифе задохнулась от пронзившей её боли, а в следующий миг иссохшее море осталось позади.

* * *

В старом, заброшенном зале Селкет ничего не изменилось.

Даже боги и Кейфл стояли ровно в том положении, в котором стали свидетелями похищения Ифе, и пришли в движение, только когда аментет со стоном упала на каменный пол, как будто для них не прошло и мига.

— Я вернулась.. – прошептала девушка.

Кейфл и Анубис бросились к ней, но она, оставаясь инстинктивно верной принятому решению о честности, потянулась к Амт. Богиня упала на колени рядом с Ифе, притягивая её в объятия.

— Как ты? Что произошло?!

— Меня похитил Одайон.

— Но тебя не было меньше мгновения..

— Для меня – намного дольше.

Амт помогла Ифе встать на ноги, а Атсу быстро подвинул стул, на который аментет тяжело опустилась.

— Я всё расскажу.. Сейчас расскажу..

Никто не торопил её с тревогой и ожиданием глядя на то, как Ифе опустила голову между коленями. Оказавшись среди спутников, она ощутила прилив спокойствия, который слишком резко сменил страхи.

Это чувство напомнило ей о видении, посланном Наунет, – о покое в мире.

С трудом отдышавшись, Ифе посмотрела на богов и Кейфла. Она тихо рассказала всё, что произошло с момента появления Одайона в зале Селкет. Почти всё. Ифе умолчала о принятом решении, ведь ей ещё нужно было обдумать его самой. А пока.. их ждала скрижаль. Давно ждала.

— Амт, – голос Ифе звучал серьёзно и напряжённо.

Богиня недоверчиво кивнула, показывая, что слушает.

— Когда Одайон забирал меня, ты прокричала что-то вслед.. Я точно помню имя. Сесен, как цветок лотоса.

— Ифе, я не уверена..

Не дав Амт договорить, аментет спросила:

— Это были воспоминания Исиды, верно?

Богиня кивнула, плотно сжав губы.

— Тайны уже почти потеряли всякий смысл. Ответь мне, Амт. Кто такая Сесен? Это моё настоящее имя?

Все спутники Ифе смотрели на богиню с неменьшим ожиданием. Сет не пытался её остановить, и, возможно, именно поэтому Амт решилась на ответ.

— Да. Одно из твоих имён.

— Сесен.. – Ифе ожидала почувствовать головную боль, мгновенное возвращение воспоминаний – хоть что-то.

Но слово «сесен» оставалось для неё только словом, пусть и странно-тёплым, успокаивающим.

— Я не помню его, – призналась аментет.

— Мне жаль, – прошептала Амт.

Быть может, в иной ситуации Ифе спросила бы богиню про другие имена, раз она сказала, что Сесен было лишь одним из них. Но разочарование в отсутствии воспоминаний стало удивительно болезненным. Аментет коротко кивнула и тихо поблагодарила Амт за ответ.

«Ифе. Я – Ифе. Пока что это всё, в чём я уверена», – решила она.

Та-Дешрет. Тронный зал Селкет