Страница 34 из 75
Глава 22.
В библиотеке Родерик Корвэн стоял у окна. Не сидел, как обычно, а именно стоял, заложив руки за спину. За время своей работы в имении я успела заметить: когда он сидит - просто чем-то занят. Когда стоит вот так, прямой и неподвижный, как столб - думает о чем-то неприятном. Или уже подумал и принял решение.
Впрочем, оба варианта мне сейчас не нравились одинаково.
Мы с госпожой Хоффт вошли почти одновременно. Она чуть впереди - успела занять выгодную позицию у стола, я встала чуть сбоку. Мелочь, но красноречивая.
- Закройте дверь, - сказал лорд, не оборачиваясь.
Я закрыла, раз уж стояла крайней.
- Письма, которые я просил срочно отправить еще позавчера, - произнес он ровно, - до сих пор не получены адресатами. Мне пришел запрос из королевской канцелярии с вопросом, когда ожидать документы. - Он обернулся. Светлые серо-зеленые глаза были холодными, как вода в нашей горной реке в марте. - Госпожа Вотерли, вы отправили письма?
- Да, - ответила я твердо. – Позавчера в полшестого вечера, скорой доставкой. У меня есть квитанция.
- Скорее всего, госпожа Вотерли просто забыла, - произнесла Хоффт с той особой ласковой интонацией, за которой всегда присутствует злорадство. - Увлеклась походами по лавкам. Письма, вероятно, так и лежат у нее в сумке. Может, стоит проверить?
Я посмотрела на нее. Она смотрела на меня в ответ - спокойно, почти участливо, с еле заметной улыбкой человека, который уже знает финал спектакля, потому что сам написал пьесу. И тут меня кольнуло предчувствие. Холодно, остро, под ребра.
- Вы можете принести свою сумку? – спросил лорд.
Я кивнула и тут же бросилась в свою комнату. Пока бежала по коридору, едва могла справится с волнением и злобой. Ну надо же, гадина какая! Я забыла отправить письма! Схватила сумку, открыла ее и убедилась, что писем нет. Так же быстро вернулась в библиотеку.
- Пожалуйста, - сказала я, подняла сумку и поставила на стол. Старалась говорить спокойно, но, кажется, немного сорвалась. - Смотрите.
Лорд приподнял брови, ему явно претило устраивать обыск личных вещей.
Зато Хоффт подобными методами не брезговала. Сразу же потянулась к сумке - быстро, уверенно, с видом человека, который точно знает, что там найдет. Раскрыла боковой карман - именно боковой, не основной, не средний -
боковой
, куда я никогда не кладу письма.
И нашла.
Три конверта с темно-красными печатями лежали аккуратно, словно их туда специально положили. Что, скорее всего, так и было.
Я уставилась на них. В голове было странно тихо. Не пусто, а именно тихо, как бывает за секунду до того, как понимаешь, что очень по-крупному вляпалась.
- Вот видите, - произнесла Хоффт с торжествующей улыбкой. - Я же говорила.
- Этого не может быть, - сказала медленно, не веря собственным глазам. - Я отправила их. Я заполняла бланки, платила за доставку. Монета к монете. У меня есть квитанция.
- Квитанция, - повторила Хоффт, и в этом повторении было столько скептицизма, что хватило бы на целую обвинительную речь.
Я сунула руку в сумку, в тот карман, куда всегда кладу важные бумаги. Пусто. Второй карман. Третий. Трясущимися руками вывернула все содержимое на стол - кошелек, платок, ключ от комнаты, огрызок карандаша, бумажка с чьим-то именем из списка слуг.
Квитанции не было.
Я медленно подняла взгляд. Лорд Корвэн смотрел на меня без злости, без торжества. И в этом равнодушном взгляде было что-то хуже любого обвинения.
- Госпожа Хоффт, - произнес он тем голосом, который не предполагал возражений, - вы свободны. Госпожа Вотерли, останьтесь.
В полнейшем молчании вторая экономка покинула комнату, я же трясущимися руками собрала все свое добро назад в сумку и спустила ее на пол, чувствуя себя глупой и совершенно никчёмной.
Лорд отошел от окна и сел за стол. Медленно, с тем особым выражением лица человека, который принял решение и не намерен его пересматривать.
- Сегодня мы закончим с документами, - сказал он. - Завтра утром вы получите расчет.
Я стояла перед столом и смотрела на него. Внутри что-то сжалось - не от страха потерять место, нет, хотя и он тоже присутствовал. Больше от несправедливости. От того, что я все сделала правильно, стояла на той почте, смотрела, как конверты падают в ящик, и теперь стою здесь дура дурой.
- Уборщиц у меня достаточно, - продолжал лорд ровно. - А вот толкового секретаря и экономку найти сложно. Жаль, что вы не смогли выполнить такое простое поручение.
- Я выполнила его, - сказала тихо. Не оправдываясь, просто констатируя факт, потому что это правда.
- Письма нашлись в вашей сумке.
- Кто-то их туда подложил.
Лорд какое-то время молчал и просто медленно препарировал меня взглядом. Словно что-то искал в моем лице, глаза... Пытался уличить во лжи? Я прямо встретила его тяжелый взгляд и не опустила глаза. Мне скрывать нечего!
- Присаживайтесь, - сказал он, - и приступайте к работе.
Я села. И работала. Три часа без единой ошибки, без малейшей кляксы, без лишнего звука. Злость помогала сосредоточиться, превратилась в топливо, которое горело ровно и жарко. Лорд диктовал, как обычно четко, без лишних слов. Я писала. Цифры шли ровными рядами, буквы не дрожали, хотя пальцы под столом были сжаты в кулаки.
В какой-то момент я поймала его взгляд, он смотрел на меня не так, как обычно. Не холодно и не раздраженно. Как-то иначе. Словно что-то взвешивал, пересчитывал, сравнивал с тем, что думал раньше. Но решения своего он не изменил.
В конце дня, когда я собрала тетради и встала, он тоже встал, вышел из-за стола, подошел ко мне.
- Вы хорошо работали, - сказал он.
- Благодарю, - ответила.
Он протянул руку. Я подала свою спокойно, без колебаний.
Лорд пожал мою ладонь - крепко, коротко, как пожимают руку деловому человеку. Но не сразу отпустил. Задержал на секунду дольше, чем требовали приличия. На две секунды дольше. Светлые серо-зеленые глаза смотрели на меня внимательно, с каким-то странным выражением. Что это? Сожаление? Облегчение? Все сразу?
Я смотрела на него в ответ и думала, что вот он - последний раз. Завтра расчет, и я уйду. И он никогда не узнает про квитанцию и женщину с поджатыми губами на почте, и про то, что я стояла и смотрела, как конверты летят в ящик. Но кто я такая, чтобы верить мне на слово, так ведь?
Потом лорд отпустил мою руку и отступил назад.
- Всего доброго, госпожа Вотерли, - сказал он.
- Всего доброго, - ответила я и вышла.