Страница 17 из 75
Глава 12.
Царапину на двери я заметила утром случайно, когда закрывала дверь на ключ и не смогла нормально его провернуть, пришлось чуть налечь своим весом и тогда я почувствовала под рукой борозду. Длинную, глубокую. Она шла от середины двери вниз. Я могла поклясться, что вчера ее не было! И значит... Ход моих дальнейших мыслей мне совершенно не понравился, поэтому я на время их отбросила и занялась более насущными делами.
На кухне госпожа Марта молча поставила передо мной тарелку с кашей. Без обычных булки и чая. При этом смотрела на меня так, словно я по ночам ем детей. А потому, утром голодная быть не должна.
Госпожа Хоффт сидела напротив. Как обычно прямая, в безупречном платье, с таким лицом, словно ей решительно все равно и она просто завтракает. Но в светло-серых глазах плясало сытое довольство. Ну-ну.
Я взяла ложку и спокойно поела, получив удовольствие от утратившей счастливый вид Хоффт. Питер ушел в сад сразу после завтрака - молча, с грустным видом, словно его ведут на казнь. Горничные разошлись по своим делам. Госпожа Хоффт удалилась с видом занятого человека.
Я же осталась на кухне. И решила, что вот теперь можно убрать ложку и достать меч.
Кухарка быстро убирала со стола, демонстративно не замечая моего присутствия. Ее дочка мыла посуду у окна.
- Госпожа Марта, - позвала я.
Кухарка не обернулась.
- У меня есть пять минут, - продолжала я спокойно. - И разговор, который стоит этого времени.
Сначала ноль реакции, но потом госпожа Марта все-таки обернулась - медленно, с тяжёлым взглядом человека, которого оторвали от важного дела.
- Слушаю.
- Я не собираюсь извиняться за вчерашнее решение, - сказала я. - Клаусу нужна была помощь, и он её получил. Это правильно, и я бы сделала точно так же снова.
Госпожа Марта молчала и смотрела куда-то мимо меня.
- Но я хочу, чтобы вы кое-что поняли, - продолжила. - Я не враг вашей семье. Питер работает в саду между приготовлением еды - не вместо готовки. Его место на кухне никуда не делось, и я не собираюсь его забирать.
- Госпожа Хоффт говорит...
- Госпожа Хоффт говорит то, что выгодно госпоже Хоффт, - перебила я мягко. - А я говорю то, что есть. Вы можете дружить со мной или с ней - это ваш выбор. Но подумайте вот о чем: я пришла сюда надолго. Мне нужна работа и я все сделаю, чтобы здесь остаться. Приведу дом в порядок и лорд Корвэн не сможет этого не заметить и не оценить. Если мы с вами поладим, то я поделюсь рецептами, благодаря которым вы получите не только благодарность хозяина дома, но и щедрую прибавку к жалованию. Или вы можете продолжать слушать госпожу Хоффт... и все останется, как есть... возможно.
Когда я замолчала, пауза вышла долгой. Госпожа Марта смотрела на меня - внимательно, цепко, оценивающе. Потом молча поставила передо мной чашку чая. И булку.
Я взяла сдобу.
- Благодарю, - сказала с легкой улыбкой.
Госпожа Марта хмыкнула в ответ и вернулась к своих кастрюлям. Я же, довольная беседой, допила чай и пошла искать Аннет. Дом сам себя не вымоет.
Бальный зал обнаружился за третьей дверью от гостиной - огромный, с высоченными потолками, хрустальной люстрой в чехле и паркетом, который когда-то, судя по всему, был предметом законной гордости. Сейчас же - предметом моего личного горя.
- Боги, - выдохнула Аннет тихо.
- Именно, - согласилась я.
Паркет покрывал толстый слой пыли, в углах обосновалась паутина такой плотности, что казалось, ее можно было резать ножом. Высокие узкие окна не мылись очень давно - мутный серый свет пробивался сквозь них с трудом, едва освещая огромное пространство. Вдоль стен стояли стулья в чехлах, в дальнем углу темнел огромный рояль под пыльным покрывалом.
- Ну что, - сказала я, закатывая рукава, - приступим.
Аннет мученически вздохнула и пошла за ведрами.
Работали долго. Паутину сняли, чехлы убрали, окна протерли, стекла решили оставить на завтра. После обеда занялись паркетом из тёмного дуба со сложным геометрическим узором, явно дорогая искусная работа.
Я мыла на коленях - методично, участок за участком, используя особый раствор для паркета. Аннет работала у дальней стены, напевая что-то себе под нос - тихонько, почти неслышно. И все было очень даже неплохо, пока я не наткнулась на пятно.
Большое, темное, въевшееся в дерево намертво - прямо в центре зала, там, где когда-то, наверное, кружились пары. Я намочила тряпку раствором, потерла. Пятно даже не посветлело. Я еще намочила и снова упорно потерла. И... результат тот же.
- Аннет, принеси щетку, - попросила горничную.
Чудесная девушка и самая лучшая в мире помощница убежала. Я же попробовала еще раз – начиная потихоньку злиться. Казалось, что пятно смотрело на меня с нескрываемым вызовом. Ладно. Хорошо. Значит, так!
Я встала на ноги, склонилась вниз и навалилась как следует, принялась тереть с такой решимостью, словно от этого зависела моя жизнь. Пятно чуть-чуть посветлело - едва заметно, но все же. Я сдвинулась чуть назад, не меняя позы. Еще немного. И еще.
И вдруг уткнулась во что-то твердое. Странно. Насколько я помню, позади никакой мебели не было.
Я машинально протянула руку назад, чтобы проверить, во что я там уперлась. Пальцы прошлись по плотной теплой ткани, потом чуть выше... и нащупали что-то определенно живое и совершенно точно не являющееся предметом мебели.
Резко разогнулась и повернулась.
Родерик Корвэн стоял прямо за мной. Обычно светлые глаза сейчас сверкали, залившись тьмой. Еще бы... ходил себе, проверял, чем заняты слуги, а тут экономка решила пощупать за самое так сказать... дорогое. За почти семейную реликвию. Да уж... неудобно получилось.
- Прошу прощения, - сказала я спокойно, хоть и чувствовала, как заливаюсь краской по самую грудь. - Не слышала, как вы вошли.
- То есть, вот эти ваши... телодвижения – это случайность? – спросил лорд сухо.
- Именно так. Простите.
Он продолжал сверлить меня взглядом. Не верил? Мне что, поклясться?
- В следующий раз потрудитесь следить за тем, куда тянете руки, - рыкнул на меня лорд и, резко развернувшись на пятках, вышел, плотно закрыв за собой дверь.
В следующий раз? Это что, намек?