Принцесса и медведь

Старуха ушла, а Виола осталась сидеть на лавке, рассеяно глядя на суетящихся вокруг селян. Вот из-за сарая показался Бьорн, и к нему тут же подошел мужик в красном кушаке. Судя по всему — это глава семейства. Наверняка, он приходится Биргит сыном: у них обоих одинаковые вытянутые лица и широкие приплюснутые носы.

После короткого разговора Бьорн отправился дальше, но стоило ему поравняться с колодцем, как его окликнула Милдрид. Виола заерзала на скамье. Девка ей сразу не понравилась, и, похоже, это взаимно.

Бьорн без видимых усилий крутанул ворот одной рукой. Когда над срубом показалось ведро, он, играючи, подхватил его, и поставил на землю. Виола не слышала, что говорит ему деваха, но, судя по слащавому выражению ее глупой морды, должно быть, источает патоку и мед. Фу, до чего же неприятная особа! А этот олух и рад — развесил уши и внимает ее лживым речам.

Наконец Бьорн оторвался от выслушивания хвалебных од в свою честь и подошел к столу.

— Скучаешь? — поинтересовался он, усаживаясь на лавку.

— Да нет, не особо, — нарочито равнодушным тоном ответила Виола. — А где эти.. Оглаф и Пендальф, которые поругались?

— Оддольф и Фаральд, ты имела в виду? — осклабился Бьорн.

— Ну да, а я как сказала?

— Завтра, — махнул рукой Бьорн. — Сегодня поужинаем и отдохнем, а завтра с утра поедем на межу разбираться.

— Завтра? — Виола удивленно уставилась на него. — Выходит, это было не так уж и срочно?

Он пожал плечами.

— Эти двое собачатся уже целую вечность, а значит, вполне могут еще немного подождать.

— Но к чему тогда была такая спешка?

Большая теплая рука накрыла ее ладонь.

— Я хотел увезти тебя.. хотя бы на пару дней, — тихо сказал Бьорн. Его прозрачно-синие глаза, казалось, заглядывали в самую душу.

— Спасибо, — одними губами шепнула Виола.

Вскоре ужин был готов, и все расселись по лавкам. Перед трапезой Милдрид обнесла гостей большой чашей с водой для омовения рук. Сперва она подошла к Бьорну и с елейной улыбкой наклонилась к нему. Так близко, почти интимно.. Вот стерва! Виола с досадой поджала губы.

Когда Бьорн сполоснул ладони, настал черед Рагнара, а затем и Виолы. Милдрид окинула ее неприязненным взглядом. Ее глаза, водянисто-серые, напоминали зенки дохлой рыбы. Она протянула чашу с таким видом, будто делает величайшее одолжение.

Виола окунула руки и тут заметила, что Милдрид вытаращилась на ее покалеченную кисть. Зардевшись, Виола поспешно вытащила ладони из воды, чтобы спрятать их от любопытных взоров

В следующий момент Милдрид чуть заметно прищурилась, и тут же резко дернула чашу на себя.

На Виолу плеснулась вода.

— Ай! — На серой тунике расплылось большое мокрое пятно.

— Ой, я такая неловкая! — ядовито ухмыльнулась рыжая гадина.

Безумно захотелось отвесить негодяйке пощечину, но Виола сдержалась. В конце концов, эта девка не ее служанка — вдруг хозяева разобидятся.

— Вот дура криворукая! — ругнулась Биргит. — Живо тащи госпоже полотенце! А то она такая чахлая, бледная, того и гляди, простудится и помрет.

— Ничего, все в порядке, — пробормотала Виола, краснея под устремленными на нее насмешливыми взглядами.

Вот же чертовы селюки!

— Возьмите, — сквозь зубы процедила Милдрид, швыряя ей на колени скомканную тряпку.

Виола подняла ее за уголок — на грязно-серой ткани отчетливо проступали жирные пятна. Фу, какая гадость! Она брезгливо бросила лоскут на землю. «Ну все! С меня довольно!» — она хотела было вскочить, но Бьорн поймал ее за запястье.

— Пошли, переоденешься в сухое, — сказал он, поднимаясь со скамьи. — А ты, Милдрид, в следующий раз будь аккуратнее. И вот еще что.. — Он поддел тряпку носком сапога и ловко забросил ее гадкой девице прямо в руки. — Полотенца нужно стирать тщательнее, а то такую засранку замуж никто не возьмет.

Со всех сторон раздались смешки. Виола с удовлетворением отметила, как Милдрид побагровела и скукожилась. И поделом мерзавке!

Они отправились к конюшне. Лошади уже были расседланы, а дорожные сумки стояли на лавке у ограды. Порывшись в котомке, Виола достала тунику и нижнюю рубаху и быстро переоделась за углом, а затем, развесив мокрые вещи на спинке скамьи, вместе с Бьорном вернулась к столу.

* * *

Ужин был в самом разгаре. Кружки с крепкой медовухой громко бахали по столешнице, со всех концов лилась оживленная речь, и время от времени двор оглашался раскатами громового хохота. Виола сидела, объевшись и захмелев, едва способная дышать из-за набитого живота.

Небо уже потемнело, но из-за дыма и отблесков костра звезд на нем было не разглядеть. Селяне беспрестанно сыпали байками и сплетнями, и Виола уже давно перестала следить за нитью повествования, окончательно запутавшись в хитросплетениях родственных связей местных жителей.

— А еще случай был.. — перебивая общий гомон, начал глава семейства, и Виола с тяжелым вздохом подперла щеку рукой. Ей уже до смерти надоело это застолье. Лица окружающих расплывались перед глазами, а от звуков грубого лающего языка невыносимо раскалывалась голова.

Милдрид сидела где-то на другом краю стола и не отсвечивала, чем несказанно радовала Виолу. Неизвестно, что ее связывает с Бьорном, но деваха явно положила на него глаз. Это не про нее ли тогда говорила Биргит, что та, мол, дала от ворот поворот троим женихам? Неужто надеется охомутать хозяина этих земель? А губа у нее не дура!

Когда, наконец, всеобщее веселье начало утихать, Виола уже вовсю клевала носом, привалившись к сидящему рядом Бьорну.

— Эй, проснись. — Он легонько потряс ее за плечо.

Виола открыла глаза.

— Что?

— Идемте в дом, говорю, — сказала стоящая сзади Биргит. — Я уже вам постелила.

— А, хорошо. — Виола встала и попыталась перешагнуть сиденье, но от выпитого закружилась голова, и если бы Бьорн не подхватил ее под локоть, то грохнулась бы на радость всем присутствующим.

Старуха подвела их к двери.

— Проходите.

Когда Виола шагнула в сени, в нос шибануло навозом, да так резко, что на глаза навернулись слезы. О, господи! Она помахала перед лицом и попыталась дышать ртом, но даже это не помогло — мерзкое зловоние просочилось в глотку, отвратительным вкусом отдаваясь на языке.

— Фу! Чем так смердит-то? — скривился Бьорн.

— Смердит? — бабка принюхалась. — А я не чую. Да это корова со дня на день отелиться должна, вот мы и взяли ее в дом.

Словно в подтверждение ее слов, раздалось оглушительное:

— Му-у-у!!!

Виола подпрыгнула от неожиданности.