Страница 45 из 120
Когда всадники выехали за частокол, перед глазами открылась потрясающая картина, от которой у Виолы захватило дух. Густые изумрудные сосны пологими склонами спускались до самого озера. Его зеркальная гладь отражала глубокую синеву, а вдалеке, в золотистой дымке, круто вздымались величавые горы.
Виола с Бьорном снова ехали на одном коне: Бьорн побоялся, что она захочет удрать, и на то были основания. Жадно вглядываясь в окружающую местность, Виола сочетала приятное с полезным — любовалась красотами и продумывала побег. Она старательно примечала ориентиры, мысленно соотнося их с увиденной картой.
Впереди, на том берегу, Виола заметила высокую светлую скалу. Она вспомнила, что уже видела ее по дороге в Рюккен. Оттуда начинался путь в Ангалонию. Если удастся украсть лодку, то плыть нужно будет как раз до этой скалы..
Ближе к вечеру путники остановились на ночлег. До приметного утеса уже было рукой подать, и Виола, помешивая кашу в котелке, не отрывала взгляд от каменной громады, белесым зубцом торчащей среди зеленых отрогов.
— Брокков клык, — сказал Бьорн, присаживаясь рядом.
— Что? — Она в недоумении повернулась к нему.
— Скала так называется, — пояснил он и принялся нарезать хлеб на толстые ломти. — Каша готова?
— Почти. — Виола взрыхлила ложкой крупу.
— По легенде застукал как-то Ньорун Брокка со своей женой Фридой.. ну, сама понимаешь за чем, — начал он. — Они подрались, и Ньорун выбил Брокку зуб. Этот зуб упал на землю и превратился в скалу.
— Веселенькие нравы у ваших богов. — Виола махнула рукой, отгоняя назойливую осу, которая пыталась забраться в миску с нарезанной колбасой.
— Это ты еще сагу о восьминогом коне не слышала. — Бьорн дождался, пока насекомое усядется на край тарелки, а затем ловким щелчком пальцев сбил его на траву. — Как-нибудь расскажу. А сейчас просто помираю от голода.
Он поднял крышку, и из котелка повалил густой ароматный пар, заставляя рот наполниться слюной.
— М-м-м, как вкусно пахнет! — На поляне показались Дарри и Рагнар.
— Ну как поохотились? — поинтересовался Бьорн.
— Вот. — Рагнар швырнул на землю пару заячьих тушек.
— Негусто.
— Все ж не с пустыми руками к его бабке приедем. — Рагнар кивнул на мальчишку. — А то у них, поди, и жрать-то, нечего.
— Тебе лишь бы пожрать, — усмехнулся Бьорн. — Ужин готов, прошу к столу.
Все расселись вокруг костра — кто на бревно, кто на траву — и принялись уплетать пшенную кашу. Горячая, рассыпчатая, с ароматом дымка — на свежем воздухе у Виолы проснулся зверский аппетит, и она, опустошив тарелку, насыпала себе добавки.
— Бьорн тебя, поди, совсем не кормит, — насмешливо бросил Рагнар. — Тощая-то какая, кости гремят.
Виола буркнула что-то невнятное: рот был набит вкусной кашей.
— И ничего она не тощая. — Бьорн окинул ее лукавым взглядом. — Все на месте, есть за что подержаться.
Дарри сдавленно хрюкнул, Рагнар ухмыльнулся, а Виола вспыхнула, припомнив, как Бьорн ласкал ее на постели, а потом отдал на растерзание своему господину. Вот бы швырнуть в него чем-то тяжелым, да жаль, под рукой ничего нет!
Виола погрозила ему кулаком, а он в ответ улыбнулся ей краешком губ. В его глазах заплясали веселые искорки.
Ну и как на такого злиться? Она тяжело вздохнула и снова принялась за еду.