Пешка Затмения

Он замолчал. Его взгляд скользнул по моему избитому лицу, разбитым губам, следам засохшей крови и разорванной одежде. На мгновение в черных глазах промелькнуло что-то тяжелое, почти нечитаемое, но уже в следующую секунду привычная холодная маска вновь скрыла любые эмоции.

Ксайдер разжал пальцы, бесцеремонно отталкивая меня обратно на кушетку. Голова качнулась, а ребра снова прошила острая боль. Ксайдер выпрямился во весь рост, поправляя полы черного плаща.

— Я распоряжусь, чтобы тебя вывели из этой ямы и отвели во дворец. Приведи себя в порядок.

Он развернулся и направился к выходу. Тяжелый засов двери глухо звякнул под его рукой. Я наконец-то сделала глубокий вдох, чувствуя, как страх медленно отступает от груди.

Но у самого порога Ксайдер внезапно остановился. Мужчина обернулся через плечо.

— И не думай, Амира, что сбежав от Рейздана, ты стала свободной.

Лорд Ночи на миг замолчал, и в его взоре вспыхнуло опасное пламя Тьмы. Он снова оглядел меня с ног до головы, задерживая тяжелый взгляд на избитом теле, и с яростью добавил:

— А за это ответят абсолютно все.

Дверь со стуком захлопнулась за его спиной, оставляя меня в тишине карцера. Я бессильно опустила голову на колени, прекрасно понимая, что именно он имел в виду. Иллюзия свободы растаяла без следа. На его проклятом Своде Вечного Затмения я оставалась точно такой же бесправной рабыней и пленницей, какой была во дворце Целестии. Меня просто швырнули на другую клетку доски.

План казался нереальным, полным сумасшествием. Ксайдер — первобытный хищник, способный видеть людей насквозь. Лорд не верит ни единому слову, замечает каждый вздох и считает меня бесправной вещью. Переиграть этого монстра на его же доске и не лишиться рассудка казалось невыполнимой миссией.

Но перед глазами снова вспыхнули лица Талии и Митеи, запертых в Целестии под прицелом Кукловода. Паника мгновенно испарилась, уступая место холодной ярости.

Ради них придется пойти на всё. Абсолютно на всё.

В Гнили личные границы оберегались свято. Существовали табу, которые невозможно было нарушить даже за глоток чистой воды или мешок крупы. На грязных улицах трущоб проще было сдохнуть от голода, чем позволить кому-то переступить эту черту. Но прежние правила больше не работали. Если ради спасения сестёр придется лгать, унижаться и играть роль покорной дикарки — так тому и быть. Если ради их свободы придется впустить Ксайдера в свой мир, позволить этому опасному Лорду приблизиться слишком близко и переступить запреты, которые раньше казались нерушимыми, — колебаний не возникнет.

Долгое время не получалось даже пошевелиться, тело сковало свинцовой слабостью.

Пальцы осторожно коснулись разбитой губы, и на подушечках осталась свежая, темная кровь.

Попытка сделать глубокий вдох обернулась катастрофой — ребра мгновенно прострелило такой острой болью, что в глазах на миг потемнело. Подняться со старой кушетки удалось только со второй попытки, судорожно цепляясь за холодную каменную стену. На ватных ногах пришлось медленно доковылять до деревянного ведра, стоявшего в углу камеры. Ледяная вода обжгла лицо, смывая грязь, и жидкость в посудине мгновенно окрасилась в бледный розовый цвет.

Я попыталась пригладить спутанные волосы руками, тщетно пытаясь вернуть себе приличный вид.

Только сейчас взгляд опустился вниз, фиксируя масштаб повреждений: мой темный плащ был безжалостно порван рабынями, а левый рукав полностью разорван и сильно испачкан в дорожной пыли подземелья. Пришлось приложить немало усилий, чтобы хоть как-то завязать лохмотья ткани и привести себя в порядок, хотя рассудок трезво подсказывал, что выгляжу я сейчас просто ужасно. Снаружи тем временем вовсю кипела привычная жизнь Стигии. Сквозь толстую решетку отчетливо доносился глухой лязг железных дверей, приглушенные крики других заключенных и размеренный топот проходящих мимо стражников Лорда Ночи.

Силы окончательно покинули измученное тело, заставляя прекратить эти бесполезные попытки.

Я бессильно опустилась обратно на жесткий матрас кушетки, прижимаясь спиной к камню и тяжело ловя ртом воздух. Внутренности сковал озноб от пережитого унижения, но упрямая ярость внутри не позволяла сломаться. Именно в этот момент томительного ожидания ржавый засов на входе с грохотом сдвинулся, и на пороге показались двое гвардейцев.

Глава 4

Просторная, залитая мягким фиолетовым светом комната никак не укладывалась в голове. Ожидания полностью разбились о реальность. Во дворце Рейздана мне выделили скромные гостевые покои, больше похожие на изящную клетку. Здесь же, на Своде Вечного Затмения, передо мной раскинулся огромный зал.

Взгляд бездумно скользил по высоким темным колоннам, и в памяти невольно вспыхнули события последнего часа. Почти сразу после ухода Ксайдера тяжелый засов карцера снова со скрежетом поддался. Вошедшие гвардейцы без лишних слов вывели меня на поверхность, где уже ждал патруль на страшных адских конях с горящими фиолетовыми глазами. Дорога до дворца сквозь морозные сумерки Стигии казалась бесконечной, а от рычания чудовищ под седлами всадников кровь стыла в венах. У парадных ворот меня беззвучно передали внутренней дворцовой страже в тяжелых доспехах.

Сам дворец Стигии поражал воображение своей суровой, величественной красотой. Высеченный из монолитной черной скалы, он шпилями уходил прямо в беззвездную высь Затмения. Но когда меня провели внутрь, дыхание сперло окончательно. Стены из полированного черного мрамора отражали сияние фиолетовых кристаллов, заменяющих факелы, а полы были выложены темной, безупречно гладкой плиткой, в которой, как в зеркале, дрожали тени. Вокруг царила роскошная тишина.

До последнего мгновения не покидал страх, что патруль просто переведет меня в другую, более глубокую подземную тюрьму. В лучшем случае — закроет в тесной каморке для прислуги на нижних ярусах. Но вместо этого тяжелые створки распахнулись перед этими роскошными покоями с огромной кроватью под фиолетовыми шелками.

Сопровождающие гвардейцы неожиданно склонили головы в уважительном, синхронном поклоне.

— Лорд Ксайдер распорядился, чтобы вы отдохнули, — произнес старший стражник, не поднимая глаз. — Также к вам направлен лекарь. Он прибудет в ближайшие минуты. Приводите себя в порядок.