Страница 91 из 103
Глава 21. Бал
Китовый дворец, окутанный мягким предвечерним светом, показался Ирис дворцом из волшебной сказки. Его стены были облицованы белым мрамором и тёмно-синим лазуритом, по плафонам из которого бежали изящные белоснежные фигурки, изображающие различных морских животных. Тут тебе и грозные десятиноги, и мулякры, и рыба-меч-дряхлого рыцаря, и южные змеи, сплетающие кольца вокруг тонущих моряков. А ещё рыбы-павлины, водяные драконы и тритоны. На просторной террасе стояли кадки с цветущими миртами, подстриженными шариками. Вниз бежал каскадный фонтан, вытекая из дворца каналом с изящными мостиками. Ирис знала, что позади находится огромный парк, местами напоминающий скорее лес. И океанариум – чудо инженерного искусства, с настоящей морской водой. Именно там она видела однажды хищных мурен.
– Ваше Высочество, – к ней спешил хозяин дворца.
В белом мундире с золотыми эполетами, с галунами на обшлагах рукавов, с восьмигранными золотыми пуговицами, с тиснёным золотым поясом. Принцесса вздрогнула, но смогла преодолеть неприязнь. Он служил её отцу, а сейчас так же верно служит Ширану.
Первый советник совета распахнул руки и церемонно поклонился старинным поклоном, а потом повернулся к герцогу:
– Ваша Светлость.
Ирис улыбнулась, подавая руку для поцелуя. Сегодня она принцесса. И как же тепло и сладко становилось на сердце от этой иллюзии! Вложила руку в руку старика, спиной чувствуя на себя тяжёлый взгляд Ширана.
– Как я рада видеть вас, милый Горий! – проворковала мило. – Как ваши мурены? Вы ещё не избавились от этого ужаса в вашей коллекции?
Старый советник пушисто коснулся её пальчиков усами:
– Что Вы, Ваше Высочество! Мурены – гордость моего морского собрания. Эти твари почти не выживают вне природы.
– Не понимаю, как можно любоваться на такой ужас!
Ирис мило улыбалась ему и чирикала всякую светскую ерунду.
Они прошли по анфиладе роскошных залов, где уже столпились дамы и кавалеры, и принцесса с невольной горечью заметила, скольким людям из тех, кто посещал балы Белокурдов, на самом деле глубоко безразлично где и у кого танцевать. Она улыбалась этим предателям по-королевски милостиво и приветливо, отмечая про себя сдержанность или откровенную радость приглашённых. Слушала, как возглашают её имя, имя герцога Ширана и других именитых гостей. Сохраняла улыбку на лице. «Не думать, не думать» – приказывала самой себе.
Она – принцесса. Это – её верные и любящие подданные. И сегодня праздник. Прекрасный, наполненный светом электричества, ароматом расставленных повсюду букетов, блеском драгоценных камней и зеркал и пленяющими звуками музыки. Праздник в честь гибели друга её брата и его людей, ни в чём не повинных.
– Вы позволите пригласить вас на танец? – улыбнулся Горий.
Ирис заглянула в его голубые глаза, не потерявшие с возрастом своей яркости. «Почему и ты, даже ты, предал моего отца? – подумала с болью. – Ты теперь служишь тому, кто…» и не стала додумывать мысль, лишь улыбнулась любезно.
– Мне будет очень приятно открыть бал с вами.
Строго говоря, это не был её выбор. Здесь и сейчас Ирис была наиболее знатной особой из присутствующих, а потому первый танец обязана была танцевать с хозяином дворца.
Танец был медленным, довольно долгим, состоящим из повторяющихся движений: сойтись, разойтись, поклониться или присесть в реверансе, снова сойтись, обойти вокруг друг друга… Ирис так устала от душевных переживаний и унижений, что в какой-то момент совсем забыла про ужасное настоящее. Просто кокетничала с улыбающимся стариком, просто наслаждалась музыкой и танцем. И вниманием. И красотой всего вокруг.
Но вот танец завершился. К ним тотчас подошёл Ширан, и Горий сразу же посторонился, поклонившись. Герцог не стал тратить слов на приличия, предложил Ирис руку, и та вложила в неё пальчики.
И вдруг вспомнилось…
Ей шестнадцать. Первый бал, на котором её дебют так весело провалил Эйв. Тогда жениху принцессы достался четвёртый танец: сначала Эйв, потом отец, потом Астор, и только потом – Ширан. И её язвительное, с милой улыбкой: «Ваша Светлость, вы так мужественны, что у меня невольно возникает чувство, будто я не на балу, а на войне. Того и гляди лишусь подола своего платья».
Древние! Какой же дурочкой она была, так бессмысленно бросая ему один за другим вызовы-шпильки! А потом ещё смеялась с подружками, что герцог не нашёлся что ответить! Дескать, природа не наградила Ширана остроумием, но это ничего: зачем остроумие тому, кто умеет так давить взглядом? И кстати, среди подружек хихикала над герцогом мурен и красавица Эстэль… Ирис вздрогнула, сжала пальцы партнёра.
– Постарайся удержаться от флирта, – процедил герцог, вступая в танец, как в бой. – Когда я вижу, как ты улыбаешься другим мужчинам, мне хочется тебя выпороть. Или ты нарочно провоцируешь?
И беспечная радость тотчас растаяла, как весенний снег под тёплым дождём. Ирис закрыла глаза. Но – Эстэль… Она сейчас непременно наблюдает за ними.
Принцесса шагнула ближе, нарушая границу дозволенной дистанции. Коснулась затянутой незабудковым атласом грудью его мундира.
– Вы сами велели мне улыбаться, – шепнула с упрёком.
– Что ты делаешь? – хрипло поинтересовался он.
Ревнует! Он её ревнует. И эта ревность его возбуждает, кажется. Глаза герцога золотились.
– Вас смущают приличия? Я соскучилась по моему дракону. Обними меня, пожалуйста. Если, конечно…
Ирис обвила его шею руками и почти повисла на нём, совершенно расслабившись. Она чувствовала на себе косые обескураженные взгляды, но не обращала на них внимания. Боялась, что он сейчас холодно отстранит, подчёркивая разницу между ними. Показывая, что она для него не принцесса, а лишь служанка. Это бы провалило весь замысел.
– Здесь ваша невеста, – прошептала тихо, – и её брат. Я понимаю, что веду себя предосудительно, и вы должны… Но пусть хотя бы этот танец будет мой.